Миледи и притворщик
Шрифт:
Признаться честно, первой мыслью было сказать веское "нет", но очень быстро во мне взыграла жадность. Нет, больше дарить винодельни отцу мне не хотелось, а вот с мечтой организовать первый в королевстве завод по производству материалов для цветной печати я так и не рассталась. После затратных покупок земель и акций я осталась почти на мели, так что очередной гонорар за альбом, которому гарантирован успех, точно не будет лишним.
– Ладно, я подумаю над предложением твоих компетентных знакомых, – обтекаемо сказала я, чтобы дядя не радовался раньше времени. – Только объясни мне, каким образом я попаду в Ормиль, если
– На самом деле, не закрыт, – удивил меня дядя. – На континентальную часть сатрапии можно попасть по личному приглашению приближенных к сатрапу лиц. А вот ормильский остров Макенбаи к северу от материка открыт для туристов.
– Макенбаи? – припомнила я. – Точно, это же что-то вроде Камфуни, только без пятидесятилетней аренды. Наши танцовщицы в отеле говорили мне, что раньше работали на Макенбаи в отеле. По вечерам они танцевали перед тромскими туристами, а днём жили в деревне в пяти километрах от берега.
– Вот видишь, ты даже о Макенбаи кое-что знаешь. Осталось только решить, как ты туда доберёшься? Что думаешь об авиации? Долететь на самолёте до острова будет намного быстрее и проще. Сможешь договориться с тем приятелем Лориана, что увёз тебя с Камфуни?
– Понятия не имею. Самолёт – это не его личный транспорт, а собственность почтовой компании. Разве кто-то посылает из королевства авиапочту на Макенбаи?
– Может и посылает, об этом у своего знакомого и спроси. И сообщи издателю о своих планах, пусть выплатит тебе аванс, чтобы были средства добраться до Восточного Сарпаля. Найми ассистента, чтобы было не страшно одной путешествовать по безлюдным местам. И в путь. На Макенбаи тебя встретят и отдадут пригласительное письмо от сатрапа Джелеха мин-Зибана. А дальше тебя ждёт работа, море новых впечатлений и ещё больший успех у любителей южной экзотики.
Действительно, заманчивая перспектива. Вот только мне интересно:
– С чего это вдруг наше министерство так печётся об издании альбома об Ормиле? Королевству мало Чахучана, хочется забраться ещё и в восточную сатрапию?
– Почему бы и нет? Если честно, мне неведомы мотивы министра, знаю только, что твой фотоальбом поможет ублажить ормильского сатрапа и растопит его чёрствое сердце. Пример Старого Сарпаля научил ормильцев настороженно относиться к иностранцам. Тромцев там абсолютно точно не ждут, разве что туристов, с которых можно получить немалый доход в валюте. А вот аконийцы – совсем другое дело. Мы демонстрируем в Чахучане совсем другую политику международного общения, выказываем больше уважения к местной культуре и религии. В общем, ведём себя как заинтересованные в долгосрочном сотрудничестве компаньоны. Но одной демонстрации мало. Так что, Эмеран, на тебя вся надежда. Сделай красочный альбом об Ормиле с приятными комментариями под каждой фотографией. Помоги родному королевству завоевать расположение ормильского сатрапа и открыть границу. Уверен, ты с этой задачей справишься.
– Да будет так, – пришлось согласиться мне.
Всё-таки одни лишь деньги не способны удовлетворить все желания человека. Нужна ещё и уверенность, что ты вершишь великие дела. Или помогаешь их вершить. Хотя бы самую малость.
Да и есть кое-что ещё, что заставляет моё сердце биться чаще при любом упоминании Сарпаля. Шанти. Знаю, в Ормиле я его точно не встречу, но обязательно зайду в местный
Глава 2
С началом рабочей недели я стала неистово готовиться к предстоящей поездке в Ормиль. Первым делом я добилась аудиенции у заместителя министра иностранных дел и заручилась письменным обещанием в поддержке предстоящего предприятия. Не хочу, как в прошлый раз остаться на чужбине без поддержки аконийских дипломатов.
После министерства я сразу же отправилась в госпиталь, чтобы сделать новые прививки, а потом и в оружейный магазин, где приобрела револьвер с пятью коробками патронов. Да, я теперь учёная, и без убедительного средства защиты в незнакомую сатрапию не сунусь. К тому же, продавец заверил, что из купленной мною модели можно успешно охотиться хоть на гусей, хоть на морских медведей. Поэтому после магазина я отправилась в тир – надо же мне научиться добывать мясо для собственного пропитания.
После ежедневных тренировок в тире я взяла за правило посещать городскую библиотеку и изучать всевозможные книги, статьи и брошюры об Ормиле и навыках выживания в длительных походах. Теоретическая подготовка крайне важна в моей работе, теперь я это знаю.
Следующим этапом стал поиск лётчика с пассажирской машиной, который согласится на трансокеанский перелёт до Макенбаи. Я обратилась к моему спасителю Дамьену Монье, и он обещал поискать такового среди коллег. Мне же оставалось только ждать ответа, набираться опыта в стрельбе, узнавать много нового о северо-восточном Сарпале и собирать подходящий инвентарь для пешего путешествия.
В один из дней я всё же наведалась к издателю и известила его о своих планах. Он пришёл в восторг и обещал за три дня найти инвестора, который оплатит и аренду самолёта, и экипировку, и плёнки с фильтрами для съёмки.
В итоге я вернулась в издательство в оговоренный день, но застала в кабинете моего редактора вовсе не его самого, а сидящего возле стола графа Гардельского.
– Вот мы и встретились, маркиза.
До чего же приторная улыбка играет у него на устах. Так и хочется её стереть какой-нибудь колкостью.
– Если вы и есть тот самый инвестор, – с ходу начала я, – давайте скорее сюда чек, мой издатель вернёт вам деньги после публикации альбома.
– О, неужели вы готовы принять от меня деньги? А как же финансовая независимость? Как же лелеемая вами свобода? Как же принципы и честь незамужней женщины? Не думал, что за четыре с половиной месяца, что мы не виделись, вы так сильно изменитесь.
– Зато вы всё тот же. Снова путаете личную выгоду с деловой.
– Правда? А разве не вы только что потребовали у меня чек?
– Если это вас так смущает, можете отдать его моему редактору, а он передаст чек мне. О тратах я отчитаюсь перед редактором, а он отчитается перед вами. Остальное меня не интересует. И если чека нет, всего доброго.
Я выждала пару секунд и, не видя от графа никакой реакции, поспешила развернуться и направиться к двери. И тут он произнёс:
– Кроме чека у меня есть для вас кое-что поинтереснее. Что скажете, Эмеран?
– Скажу, что не люблю загадки. Ближе к делу.
– О, сколько нетерпения. Вы такая соблазнительная, когда на вашем лице появляется этот высокомерный взгляд.