Мичман Империи. Часть вторая

Четвертнов Александр

Эх, жаль только тесак наверху остался. Ничего, вон у них сколько железок, отниму.

Молчание затягивалось и я нарушил его первым, указав рукой на дверь:

— Мы закрыты, но я не прочь поговорить, -модет дипломатия поможет?

Вперёд вышел молодой китаец с фингалом в половину лица и крикнул:

— Это он убил Чженя!

Бандиты тут же сделали дружный, но неуверенный, шаг в мою сторону. Многие оглядывались на китайца старшего возраста, что стоял в центре толпы. Каким-то шестым чувством осознал, что с ним не справлюсь.

Сегодня точно. От этого во мне поднялась и расправила крылья какая-то отчаянная уверенность в себе. Желание драться до конца.

— Снова толпой на одного? — оскалился я.

Да пофиг. Меня мало, но я в тельняшке. Скинул халат и уперся ногами в пол.

— Ну, давайте!

Глава 17

Не знаю, понимали Китайцы русский язык или нет, но атаковать не спешили. Наоборот качнулись назад. Нет, они не отступали, просто… шуганулись, что ли.

Замешательство бандитов от моего пассажа прошло практически мгновенно. У бойцов в передних рядах расширились глаза. Открылись для крика рты, а в руках взметнулось оружие.

— Чжань! — неожиданно выкрикнул китаец постарше, тот самый, который опасен для меня. — Стоять! В стороны!

Готовность к бою у бандитов как рукой сняло. Толпа расступилась, пропуская главаря, и он медленно вышел вперёд. Остановился в паре шагов передо мной и спросил:

— Ты Туров?

Прежде чем ответить оглядел его с ног до головы. Белое кимоно подвязано чёрным поясом, по которому вились змеиные узоры. На лбу такая же повязка, а длинные волосы убраны в хвост. Остальная внешность типично азиатская. От толпы он отличался только возрастом, словно был лет на двадцать старше.

Наши взгляды скрестились и я, выдержав паузу ответил:

— Вежливые люди сначала представляются сами.

Главарь банды постоял молча, не отводя от меня глаз, словно изучал внешность, а потом легко улыбнулся:

— Вэньмин Цай, а ты Ростислав Туров, мичман, — я хотел что-то ответить, как-то увести в сторону неудобную для меня тему, но он неожиданно поклонился и произнёс: — как мы можем загладить нашу вину?

Я недоумевал. Бандиты пребывали в шоке. Даже Лао стоял в дверях на кухню, как громом поражённы, а Вениамин всё также гнул спину.

Прошло пять минут. Всё те же, всё там же. Ничего не изменилось. Тишина стояла такая, что в ушах звенело.

— Я не знаю, что сказать, — не, ну а что ещё говорить?

Сами подумайте. Вчера мы с китайцами отделали друг друга по высшему разряду. Имеются жертвы. А сегодня они приходят мстить, но вместо этого извиняются. Я не суеверный, но творится какая-то чертовщина.

— Бывает, — Вениамин выпрямился и снова улыбнулся. — Не знаешь сейчас, подумай и позже скажешь. Говори всё, что необходимо, а мы обеспечим. После обеда пришлю посыльного, передашь ему.

— Ёжкин кот, да что происходит? — не выдержал я.

Вениамин рассмеялся. Не глядя

махнул рукой и его бойцы пошли на выход из ресторана.

— Очень интересное выражение, — довольно произнёс китаец, — кот у ёжика. — Он покачал головой, словно справлялся со смехом и добавил: — мы чтим договор, и сожалеем, что чуть его не нарушили.

Отзвенела входная мелодия. Китайцы исчезли, будто их тут никогда не было. Ушёл с поклоном Вениамин, а я стоял, смотрел на оцепеневшего Лао, и ничего не понимал.

— Кушать будете? — ожил Лао.

* * *

— К жандармам никто не пойдёт, не беспокойтесь, — успокаивал меня старый китаец.

После ухода банды я первым делом рванул в комнату за сумкой. Вооружился, проверил свои нехитрые вещи и выскочил обратно в зал, подзывая Облепиху.

Лао перехватил меня на лестнице. Взял под руку и стал быстро-быстро говорить.

— Ни кто из банды не пойдет к властям, иначе свои же со свету сживут, — рассказывал он, подводя меня к дальнему от окна столу.

Ксу в этот момент снова повесила на двери табличку «закрыто» и умчалась на кухню.

— Присаживайтесь, — предложил китаец, указав на стул, — вам нечего опасаться.

Признаться, у него получилось мне удержать только потому, что я сам не знал, что делать и как быть. Всё происходящее было странным и до крайности противоречивым.

— Ты уверен? — уточнил я, расположившись на стуле. — У тебя будут проблемы за укрывание.

— Уверен, — улыбнулся Лао, а ко мне на колени запрыгнула Облепиха, ещё и живот заурчал громко-громко, будто реактивный движок. — А вам надо покушать. — он махнул рукой, и его жена вместе с Ксу стали выносить подносы с едой.

Китаец проконтролировал работу женщин и продолжил:

— Сотник змеиных клыков никогда бы не винился и не кланялся просто так или из хитрости. Тем более в шутку. Значит всё так и есть, озвучьте им всё, что нужно.

— Он говорил о каком-то договоре, — поднял я интересовавшую меня тему. — Ты что-то знаешь о нём?

— Нет, — покачал головой Лао, помогая жене снять блюдо с подноса. — Дела банд никого не касаются, и о них не распространяются.

Нда. И что мне делать? Вообще ничего не понимаю. Кажется я произнёс это в слух, потому что Лао ответил:

— Покушайте, а потом составьте список необходимых вещей. У вас же ещё остались дела на планете?

Посмотрел на стол и решил последовать совету, а то вдруг мебель не выдержит и рухнет под весом снеди. Чего тут только не было. Перечислять всё не буду, да и названий не знаю, но мясо и овощи радовали взгляд своим обилием.

Лао с семьей намеревался обедать отдельно, но я настоял на совместной трапезе. Ведь ничто так не сближает людей, как преломление хлеба. Да и разговор под чаёк идёт легче, а мне хотелось о многом ещё узнать.