Мичман Империи. Часть вторая
Шрифт:
— Угощайся, — поднял телекинезом жареное мясо и передал его в руки старика.
— Благодарю, господин, — старик принял крысиную тушку, поклонился и представился: — Вей У.
Затем он уселся на бортик и с удовольствием принялся есть.
Вей У никогда не владел индексом развития выше пятнадцати единиц (хм). Он прилетел на Гусь-Налимск двенадцать лет назад. И пять из них, иногда выбираясь на поверхность, скитался по канализации. Когда-то успешный предприниматель, он решил эмигрировать в Российскую Империю. Очень уж его манили слухи, будто китайские женщины
Так и оказалось. Женился он уже через месяц после приезда. Девушка оказалась моложе на двадцать лет. Но его это не смутило, подумаешь, ещё нет тридцати, зато детей будет легче рожать. Главное семья хорошая. Правда, бакшиш пришлось отдать знатный. Примерно половину от состояния Вей У, но оно того стоило.
— Горячая была девица, — рассказывал старый китаец, смакуя крысиную лапку.
Семь лет продлился чудесный брак. Детей не появилось, зато дела пошли в гору. Прачечная, несколько магазинчиков, своя ферма налимов, всё это помогло Вей У не только вернуть деньги, что ушли на бакшиш, но и заработать с лихвой.
А вот потом оказалось, что женушка спелась с кем-то из банды тигриных хвостов и к Вей У пришли. Пришли не просто забрать девицу, но и всё его имущество.
Гордость Вей У не смогла покориться чужой наглости и он встал на тропу войны. Тем более дело знакомое, в родном Китае же как-то выжил. Но здесь всё оказалось иначе.
Отказались вмешиваться те, кому платилась мзда за защиту бизнеса: слишком сильны тигриные хвосты. Местные власти развели руками — мол, это ваши дела, китайские, а нам всё равно, кто будет платить налоги.
В отчаянии Вей У обратился к летящей цапле. Заложил им большую часть своего бизнеса, и те согласились помочь. Вот тут старый китаец и допустил ошибку. Не дождался, когда банды решат дела меж собой, а сам наехал на тигриных хвостов, хвастаясь чужой помощью.
За наглость и поплатился. Заступники тоже обернулись против него. Забрали всё, а его сослали в канализацию, разрешив появляться на поверхности только по праздникам.
— Ничего, жить можно, — Вей У достал потёртую флягу и отхлебнул, а затем протянул мне, — настойка из туннельного мха, попробуй.
— Не пью, — отказался я.
— Нас здесь несколько сотен человек живёт, у меня даже вторая жена появилась, — продолжил китаец, по виду довольный, что его настойка мне не приглянулась. Хотя, кто его знает, что он там подумал.
— Знаешь Вей У, — вдруг выдал я на полном серьёзе, почему-то мне захотелось поверить ему несмотря на странности в рассказе, — сейчас у меня нет возможности тебе помочь, но позже обязательно помогу восстановить справедливость и вернуть твоё имущество.
— Ты хороший и добрый, Ростислав, не прогнал меня, — лучился сытым довольством китаец, хитро поглядывая на горелку и пачку сухого спирта.
— Надо? — кивнул я на приспособу.
— Не откажусь, надо, — закивал Вей У.
— Тогда расскажи, откуда моё имя знаешь?
Старик хитро улыбнулся и снял с горелки новую крысу, которую поймал для него совсем недавно. Подул на горячее
— Только не говори, что по телевизору, — не принял я его попытки игнора.
Вообще разговор проходил странно. Я понимал, что Вей У не прост, и явно сильнее меня. Хотя, иногда он убалтывал так, что об этом забывалось. Он же знал, что я это знаю, но продолжал играть свою игру. Театр одного актёра блин. У меня уже не было страха. Хватит, отбоялся. Навалилась усталость от интриг и недомолвок. Неужели нельзя прямо сказать, кто такой, что здесь делаешь и чего надо?
— По нему самому конечно, — произнёс старик, как только прожевал и тут же добавил: — а здесь я искал продолжения старой истории, но нашёл гостя, пусть и незваного. И нет, я не читаю мысли, это невозможно, — усмехнулся он.
— И что теперь? — спросил я, не зная как реагировать на его слова. — Хоть что-то было правдой в твоей истории?
— А это важно? — ухмыльнулся Вей У. — Вот у тебя тоже есть своя правда, у капитана Сычкина своя. Обе об одном и том же, но разные.
— Моя ближе к истине, — бросил я, приготовившись к любому развитию ситуации, ощутив внутри стальную уверенность в себе. Что ж, пусть не вернусь домой, но без боя не дамся.
— Как и сказал, я не причиню зла, — Вей У выставил палец и указал им на Облипиху, — кошка мертвеца к злодею не пойдёт, и ты тот самый Туров из телевизора, а значит я обязан исполнить старый договор.
— Что? — ошарашил меня очередной поворот в нашем разговоре. — Какой договор?
— Старый, не важно, — отмахнулся Вей У и с кряхтением встал на ноги. — Пойдём, обменяю твою горелку и рваные вещи на деньги. Не торопись, собери всё тщательно, не оставляй следов, и фонарик выключи.
Сомнения накатили на меня волной, но разбились о реальность. Деватсья всё равно некуда. На поверхности неизвестность, а здесь хоть какая-то определённость. Если что, хоть буду знать, откуда ждать удара. Так что пойду и посмотрю, что будет.
Старик подождал, пока я упакую своё имущество и довольно бодро пошёл в темноту туннеля. Я шёл за ним, всё также ощущая пустоту на его месте. Единственное, что спасало — техника третьего глаза. Хотя всё равно на месте старика было серое пятно.
— Вей У, — догнал китайца и пошёл на шаг позади, — почему я ощущаю вместо тебя пустоту?
— Это старая история, — произнёс он.
— Её продолжения ты здесь искал?
— Можно и так сказать, — усмехнулся Вей У, — но она ещё и не интересна никому, кроме меня.
Хотел сказать, что мне любопытно, но вовремя понял, так он уходит от темы. Ладно, пусть, но куда мы идём? Это я и спросил.
— В город бездомных, тебе же нужна одежда и деньги?
— Спасибо, — поблагодарил его я. — Это будет кстати, чтобы затеряться и выжить на поверхности.
— Затеряться у тебя в любом случае получилось бы, а вот выжить, только если банды вспомнят о договоре.
— Да что за договор? — надоели уже эти загадки.
— Старый, — мне кажется или он улыбается в темноте? Ехидно так улыбается.