МИ (Цикл)
Шрифт:
— Так-так, — произнесла, ухмыльнувшись, сестра Дульчи. — Какая дерзость! На твоем месте, сестра Верна, если бы я не хотела поссориться с аббатисой — а именно это ты, по-моему, сейчас делаешь, — то постаралась бы выкинуть из головы подобные мысли. Если сестра Леома разгневается, от тебя не останется мокрого места!
— Итак, сестра Дульчи, — улыбнулась в ответ Верна, — ты собираешься поддержать сестру Леому? Или просто пытаешься найти способ убрать ее со своего пути и самой сразиться за должность?
— Хватит! — спокойно
— И что же это за мистификация, о которой идет речь? — спросила Верна, не двигаясь с места.
Сестра Филиппа грациозно повернулась к Дворцу, и подол ее простого, но изящного желтого платья взметнулся.
— Следуй за нами, сестра Верна. Ты и так нас задержала. Ты осталась последняя, а потом мы сможем вернуться к нашим делам. А о твоей дерзости мы еще поговорим.
Она заскользила по мосту. Обе старшие сестры пошли за ней. Уоррен с сестрой Верной обменялись недоумевающими взглядами и двинулись следом.
Уоррен замедлил шаг и, когда они немного отстали, нахмурившись, прошептал:
— Иногда мне кажется, сестра Верна, что ты способна вывести из себя ясный солнечный день! За последние двадцать лет здесь было так спокойно и мирно, что я забыл, какими неприятностями чреват твой острый язычок. Зачем ты это делаешь? Тебе просто нравится их дразнить?
Сестра Верна ответила ему сердитым взглядом. Уоррен в отчаянии закатил глаза и предпочел сменить тему.
— Для чего, по-твоему, эти трое собрались вместе? Я думал, они соперницы.
Сестра Верна быстро глянула на идущих впереди сестер, желая убедиться, что те не слышат.
— Если собираешься вонзить нож сопернику в спину, нужно подойти к нему достаточно близко.
В самом сердце Дворца сестры остановились перед тяжелыми воротами из орехового дерева и обернулись. Сестра Филиппа уперла указательный палец Уоррену в грудь, заставив его отступить на шаг.
— Это касается только сестер, — произнесла она ледяным тоном и, поглядев на его шею, добавила: — А когда новая аббатиса приступит к своим обязанностям, ты снова наденешь Рада-Хань, если хочешь остаться во Дворце Пророков. Мы не потерпим присутствия здесь неуправляемого мальчишки.
Сестра Верна незаметно положила ладонь на худую спину Уоррена, не давая ему сделать еще шаг назад.
— Я сняла этот ошейник по праву любой сестры Света. Это решение было принято с одобрения руководства Дворца и не может быть отменено.
Взгляд темных глаз сестры Филиппы скользнул по ней.
— Мы обсудим это позже, в более подходящее время.
— Давайте скорее закончим, — вмешалась сестра Дульчи. — Нас ждут другие дела.
Сестра Филиппа кивнула.
— Идем с нами, сестра Верна.
Уоррен с растерянным видом остался
За дверью обнаружилась комната с низким потолком. Между белыми колоннами с золотыми капителями и резными дубовыми листьями спиной к двери стояла сестра Леома. Она была примерно одного роста с сестрой Верной. Ее густые седые волосы, перевязанные золотой ленточкой, ниспадали до пояса, а скромное коричневое платье почти касалось пола.
Большой коридор за колоннами вел к просторному залу со сводчатым потолком. Сквозь огромный витраж, изображающий Создателя в окружении сестер Света в старинных одеяниях, пробивались солнечные лучи. Создатель простер руки над сестрами, как бы благословляя их, а они, словно весенние цветочки, нежно тянулись к нему.
Вдоль каменной балюстрады балкона толпились, опустив взгляд, сестры и послушницы. В зале тоже стояли сестры — как заметила Верна, постарше и занимающие более высокое положение. Иногда тишину нарушало чье-то покашливание, но никто не разговаривал.
В центре зала, напротив фигуры Создателя, возвышалась сверкающая колонна, сотканная из белого света. Сестры старались держаться от нее на почтительном расстоянии. Так и должно было быть, если сияние означало именно то, о чем подумала Верна. Какой-то небольшой предмет — она не могла рассмотреть какой именно — лежал на самом верху постамента, находящегося внутри световой колонны.
Сестра Леома повернулась к вошедшим:
— А! Рада, что ты присоединилась к нам, сестра.
— Это то, о чем я подумала? — спросила Верна. На морщинистом лице Леомы мелькнула легкая улыбка.
— Если ты подумала о световом коконе, то да. Немногие из нас обладают даром или могуществом, чтобы соткать его. Впечатляющее зрелище, не правда ли?
Сестра Верна прищурилась, пытаясь разглядеть, что лежит на постаменте.
— Я никогда не видела этого постамента, во всяком случае, здесь. Что это? И откуда?
Сестра Филиппа посмотрела на белый столп кокона. Ее невозмутимость куда-то пропала.
— Когда мы вернулись с погребения, он уже стоял здесь, поджидая нас.
Сестра Верна снова вгляделась в загадочный предмет.
— Что там лежит?
— Перстень аббатисы. — Сестра Леома сплела сухие пальцы. — Печать власти.
— Перстень аббатисы?! Что, во имя Создателя, он там делает?
— Действительно, что? — приподняла бровь сестра Филиппа.
В ее темных глазах Верна уловила отблеск беспокойства.