МИ (Цикл)
Шрифт:
Когда великан, тот, что навалился на нее и ударил по лицу, повернул голову на шум, Кэлен заметила у него страшный шрам через всю щеку. У воина не было одного глаза. Кэлен удалось извернуться и схватить его за горло.
Только теперь она поняла, что странный грохот — это стук конских копыт. Она увидела Брима и Питера, которые верхом на Дэйзи и Пипе скакали вдоль линии д’харианцев, натянув цепь. Враги падали на землю, как деревья, увлекаемые селевым потоком в горах. Они еще явно не опомнились от внезапности атаки и даже
И тогда Кэлен дала волю своей магической силе, поразив этого — со шрамом.
Беззвучный гром прокатился вдоль людской цепи.
Сильный толчок отбросил многих назад. Они закричали от боли при соприкосновении со столь мощной силой магии.
Ник, который так и стоял рядом с Кэлен, тоже содрогнулся от боли и ударил копытом по голове врага справа от Кэлен. Затрещала кость, и на лицо ее попали брызги крови.
Одноглазый с благоговением смотрел на Кэлен. Он прошептал:
— Госпожа, повелевай мною!
— Защити меня! — приказала она.
Он тут же уселся поудобнее и, подняв за волосы каждой рукой по воину, отбросил их в сторону, как котят.
Правая рука Кэлен теперь была свободна, и она нанесла удар мечом еще одному, смертельно ранив его.
Одноглазый гигант с диким ревом разбрасывал воинов, как кегли. Теперь Кэлен совсем освободилась и вскочила на ноги. Надо спешить.
— Помоги мне сесть на лошадь! — велела она.
Одноглазый схватил ее за ногу одной рукой и подсадил в седло, Кэлен с размаху ударила мечом того, кто держал Ника, и он упал. Одноглазый рубил головы воинам Д’Хары своим боевым топором.
— Беги, госпожа, спасайся! — заорал он. — Орск прикроет тебя.
— Сейчас, — ответила она. — Беги сам, Орск, не позволяй им схватить себя.
Д’харианцы оставили Кэлен в покое, теперь им было не до нее, надо подумать о собственном спасении, когда одновременно нападают Орск с его топором и люди с цепью. Исповедница пришпорила Ника голыми пятками, когда подъехали Брин и Питер. Втроем они поскакали прочь.
По снежной тропе она неслась по теряющейся в тумане долине, а люди Ордена тем временем опомнились и бросились в погоню. Погибло не так уж много д’харианцев, в живых остались многие тысячи.
Питер отстегнул цепь, которой он поразил сотни врагов, и, чтобы она не болталась, обернул вокруг хомутины.
Во время этой скачки во тьме Кэлен послышался чей-то тихий смех за спиной. Она поежилась, почему-то отчетливо вспомнив, как ее целовал в шею Даркен Рал. И снова она остро ощутила свою наготу. Несмотря на холод, ее прошиб пот. Из распухшей губы текла кровь.
— Я уже и не думала, что снова увижу вас, — крикнула она.
Брин и Питер улыбнулись.
— Мы же говорили, что сделаем свое дело, — ответил Брин.
В первый раз за всю эту ночь Кэлен улыбнулась.
Тут она разглядела в тумане удалявшихся всадников на ломовых лошадях.
— Вон
Брин и Питер ускакали, помахав ей на прощание. Кэлен поскакала дальше одна и вскоре нагнала тех, кто шел пешком. Сначала она заметила одного — он был ранен в ногу и не мог идти. Она знала, что ей придется оставить его здесь на снегу. Д’харианцы слишком близко, вот-вот настигнут. Увидев ее, раненый поднял голову, пытаясь встать. Он тоже знал, что она должна будет оставить его. Это ведь ее собственный приказ: держаться, или тебя оставят.
Поравнявшись с раненым, Исповедница наклонилась над ним, протянула руку и помогла сесть на лошадь позади нее.
— Держись, воин! — сказала она.
Раненому трудно было удержаться и не свалиться с лошади на землю.
— Но… за что? — пробормотал тот.
— Держись за мою талию.
— Но…
— Ты что, никогда прежде не обнимал женщин за талию?
— Но ведь не голых…
— Так сделай это сейчас, не то свалишься, и я не вернусь за тобой.
Все еще мучимый сомнениями, он все же обнял ее за талию, и похоже, руки его не слушались, были как деревянные. Исповедница похлопала его по руке:
— Когда потом будешь хвастаться, ничего не прибавляй.
Он лишь жалобно застонал в ответ.
Они поскакали дальше, и Кэлен почувствовала, как по ноге течет кровь. Она слышала, что преследователи совсем близко. Раненый потерял много крови. Обессилев, он положил голову ей на плечо. Если его не перевязать как следует, он может истечь кровью, подумала Кэлен. А она голая, и ей нечем перевязать его, даже если бы они и могли сейчас остановиться.
— Зажми рану, — сказала она. — И обними меня покрепче другой рукой. Я не хочу потерять тебя по дороге.
Он последовал ее совету. В это время они поравнялись с отрядом пехоты. Кэлен видела, что все они очень устали и замерзли. Оглянувшись, она увидела воинов Ордена и поразилась, что их так много.
— Бегите! Бегите, пока нас всех не схватили! — закричала она.
В тумане виднелась скала, кое-где поросшая чахлыми деревцами. И они что есть сил побежали по ущелью, пытаясь спастись.
Когда все вошли в ущелье, Кэлен трижды ударила мечом о камень, подав сигнал.
Тот, кто бежал впереди, обернулся и крикнул:
— Еще рано! Мы еще не достигли нужного места.
Кэлен ударила мечом по камню еще три раза. Она надеялась, что ее вовремя услышат.
— Поторопитесь! — крикнула она. — Иначе враг тоже сможет пройти здесь.
Сначала она просто почувствовала сотрясение. Подняв голову, Кэлен поглядела на вершину утеса, теряющуюся в тумане. Пока ничего не видно, но она поняла, что это началось. Оставалось только надеяться, что идущий впереди ошибся, и это случилось не слишком рано. Услышав позади боевой клич, Кэлен подумала, что выбора у нее уже нет.