МИ (Цикл)

Гудкайнд Терри

Как первые в очереди, Сол и Элджин привязали концы длинных пеньковых веревок к своим поясам и закрепили их к фок-мачте. Затем они взобрались на поручни, балансируя на босых мозолистых ногах. Мужчины прикрепили железные гири к крючкам на поясах, чтобы груз тянул вниз не затрачивая их времени и дыхания, погружая до места назначения. Достигнув нужной глубины среди рифов, они могут легко отцепить и сбросить гири, прежде чем всплыть к поверхности.

Два ныряльщика стояли, держа равновесие в солнечных лучах, вдыхая и выдыхая, затем втянули побольше воздуха,

расширяя грудь, наполняя свои легкие. Одновременно и молча эти двое нырнули за борт и исчезли с едва заметной рябью на воде. Канат стал разматываться вслед их погружению.

Капитан Илай почесал свою бороду. Он казался вполне довольным и спокойным.

— Мы можем остаться здесь на якоре день или два. Это зависит от того, сколько времени потребуется, чтобы наполнить наш сундук.

— В сундук поместится много жемчужин желаний, — заметил Натан.

— Да, так и есть. — Капитан снял свою шапку, вытер волосы, а затем посадил ее на место.

Прошло уже несколько минут, а Бэннон все смотрел за борт, наблюдая за возвращением двух ловцов жемчуга. Он озирался на Рома и Пелла — те крепили пояса на талиях, цепляя к крючкам железные грузы в сетчатых мешках, готовясь совершить погружение, как только появится первая пара.

— Как вы думаете, я когда-нибудь смогу стать ныряльщиком за жемчужинами? — спросил Бэннон двух мужчин.

Ром посмотрел на него как на насекомое.

— Нет, — ответил он.

Выражение лица молодого человека изменилось, но все же он продолжил вглядываться за борт.

— Вон они! — вскоре крикнул юноша.

Ныряльщики вырвались на поверхность. Задыхаясь, они трясли головами, сбрасывая воду с длинных слипшихся волос. Прошло почти десять минут и Никки поразило, что мужчины могли так долго оставаться под водой. Вместимость их легких оказалась соразмерна их высокомерию.

Ныряльщики схватились за свисающие веревки и взобрались на борт корабля. Сол и Элджин перелезли через перила, окатив водой палубу, и тут же опустошили свои мешки, высыпав множество бугристых серых раковин, напоминающих своей формой ладони, сложенные в молитве.

— Милостивая Мать моря, это замечательно, — воскликнул капитан Илай, когда экипаж набросился на добычу. — Совершенно замечательно.

Команда «Идущего по волнам» приступила к работе. Короткими плоскими ножами моряки раскрывали мокрые раковины и вырывали мякоть, чтобы добраться до серебристо-ледяной жемчужины.

Затем Ром и Пелл нырнули за борт, пока их товарищи отдыхали. Сол растянул губы в ухмылке, обращаясь к Никки:

— Если ты предложишь мне должное вознаграждение, я подарю тебе свою собственную жемчужину желаний.

— У меня уже есть одна. Ее подарил мне Бэннон, — сказала, Никки не задумываясь.

Сол ответил лишь раздраженным ворчанием.

К тому времени, когда Ром и Пелл вернулись на поверхность, с таким же удачным уловом, следующие ныряльщики уже были наготове. В течение нескольких часов мужчины с обнаженным торсом ныряли вновь и вновь; экипаж очищал раковины и извлекал из них жемчужины.

Натан

в любопытстве поднял одну из выброшенных на палубу расколотых ракушек.

— Поразительно. Они выглядят как человеческие ладони, сжимающие жемчуг.

— Ладони сомкнулись чтобы исполнить желание, — произнес Бэннон.

В глазах Никки они лишь были грубыми пальцами, что удерживали спрятанные внутри сокровища.

— Эти рифы богаты раковинами, — сказал Буна после третьего погружения. — Здесь их хватит на сотню плаваний.

— И мы сюда еще вернемся, — пообещал капитан Илай.

Поскольку команда «Идущего» получала часть своего жалованья жемчужинами, то они подгоняли ныряльщиков погружаться снова и снова. Никки была рада видеть этих высокомерных бездельников работающими без передышки.

Но в конце дня, когда солнце садилось в сполохах оранжевых и золотых огней, пятеро ловцов изрядно вымотались. Хотя Сол, Элджин и Ром не казались склонными выполнять дополнительную работу, Пелл и Буна все же совершили последнее погружение. Обвязавшись веревками с грузами, мужчины прыгнули в воду.

Матросы сидели на палубе, болтали, выковыривали жемчуг и сваливали отходы за борт. Пелл и Буна уже долго находились под водой — дольше, чем при предыдущих погружениях в этот день. Натан вышагивал по палубе со все более озабоченным взглядом. Капитан тоже выглядел обеспокоенным.

Наконец Сол, нахмурившись, подошел к перилам и наклонился, заглядывая в темную воду.

— Тяните за веревки, надо вытащить их.

Он в напряжении схватил один из мокрых пеньковых канатов, Бэннон взялся за другой.

Канат Бэннона сначала натянулся в его руках, затем внезапно рванул вниз, обжигая пальцы. Юноша вскрикнул и ослабил хватку; канат выскользнул из его рук, хлопнув по корпусу корабля: что-то тянуло его в глубину.

— Ни один пловец не смог бы тащить с такой силой! — буркнул Сол, напряженно борясь с незримым соперником.

Второй канат скрипел, упираясь под действием невидимой силы. Ром и Элджин бросились помогать, в попытке вернуть своих товарищей. Странная хватка тянула с такой мощью, что весь корабль накренился.

Ныряльщики рычали от натуги.

— Поднимайте их! — кричал Сол.

Неожиданно обе веревки лопнули и повисли в воде, словно плавающие водоросли. Быстро работая руками, мужчины яростно потянули одну из них, пока не показался оборванный конец.

— Зачем им понадобилось их резать? — изумился Элджин.

Бэннон уставился на порванный обрубок.

— Конец протерт, а не срезан.

Никки сразу поняла его мысль.

— Что-то разорвало веревку.

Пока неудавшиеся спасатели вытаскивали второй канат, Ром забрался на перила, готовый нырнуть за борт и попытаться спасти своих товарищей, но прежде чем он успел прыгнуть, из воды показался конец второй веревки. На нем болтался привязанный пояс, оставшийся от ныряльщика за жемчужинами. В поясе запутались влажные петли разорванных кишок и три позвонка, будто нападавший просто вырвал пояс сквозь спину человека.