Мэйсон

Шейд С. М.

Он улыбнулся в ответ на мое фырканье. – Не помню, чтобы я называла тебя богом секса.

— Я вижу это в твоих глазах.

— О, да. – Я пристально посмотрела на него. – И что мои глаза говорят тебе сейчас?

Он прижался своим лбом к моему, его ярко синие глаза сверлили мои. Его притворное выражение шока заставило меня рассмеяться. – Ах! Такие непристойные мысли в этих красивых глазах. Ты развращаешь меня! Я испорчен!

Я шлепнула его по заднице, когда он потер глаза сжатыми кулаками. Я знаю, что он делал, он пытался разрядить напряжение и избавить меня от огорчения из-за его просьбы.

Он всегда заставляет меня чувствовать себя лучше. Не представляю своей жизни без него, так почему же я сопротивляюсь?

Он провел меня по дому, и я постаралась представить себя, живущей с ним. Это великолепное место, четыре спальни с примыкающими ванными комнатами, большая современная кухня и симметричная столовая. Но именно большая комната напротив хозяйской спальни заставила меня желать переехать сюда завтра же.

Три стены были заняты книжными полками, в то время как четвертая выделялась широким камином. Толстый ковер шоколадного цвета был таким мягким, что мне захотелось разуться и погрузиться в него босыми ногами. – Тебе нравится комната отдыха? – Спросил Мэйсон. – Мы могли бы убрать ковер и оставить деревянные полы, как и в остальных комнатах.

— Не смей, — выдохнула я. Его брови взлетели до потолка – туда где размещался потолочный свет, должна добавить – и он широко улыбнулся. – Это идеальная библиотека. – Я представила себя свернувшейся калачиком на мягком диване с одной из своих любимых книг, огонь потрескивает в камине.

— Тебе здесь нравится? – Спросил он, ведя меня обратно вниз по лестнице.

— Я обожаю это место. – Я остановила его, когда мы подошли к машине и взяла его за руки. Знаю, что он так волновался, привезя меня сюда, и надеялся услышать в ответ да. Я разочаровала его, из-за этого я чувствую себя ужасно. Если бы он только знал, как сильно я хочу сказать да.

— Я могу представить жизнь с тобой здесь. Я хочу этого. Я хочу тебя…но…я боюсь. Так много всего, что может пойти не так, многое мы должны еще решить.

Он отпустил мои руки и обнял меня за шею. – Тот факт, что ты признаешь свой страх, что ты рассказала мне о своих чувствах, показывает, как далеко мы продвинулись. Мы справимся, если будем честны друг с другом. Давай пообедаем и поговорим об этом.

— Ладно.

По пути домой Мэйсон остановился в IHOP (IHOP — International House of Pancakes – дословно Международный Дом Блинов — сеть ресторанов – закусочных, где вы можете насладиться своим любимым завтраком в течение всего дня. Они знамениты своими блинами и оладьями, но также имеют более 600 видов других блюд в меню. Прим.пер.), и я застонала, когда мы уселись напротив друг друга в кабинке. – Ты меня убиваешь. Я не могу есть тут, не заказав французский тост. Моя задница станет такой толстой, что тебе придется меня отсюда домкратом вытаскивать.

— Детка, твоя задница никогда не будет слишком большой.

— Хорошо бы, да? – Спросила я улыбающуюся официантку, стоящую сзади него.

— Извините, — сказал он, совсем не имея этого в виду. Она приняла наш заказ и поспешила уйти. Помолчав пару секунд, он спросил, — Что больше всего беспокоит тебя в нашем совместном переезде?

Я вертела в руках маленькую коробочку с карандашами, которая лежала на столе рядом с детской бумажной салфеткой под горячее. Мой

самый большой страх заключался в том, что, если он будет проводить со мной слишком много времени, то увидит, какая я на самом деле, и поймет, что не любит меня. Это происходило с каждой парой приемных родителей и с единственными серьезными отношениями, которые у меня были. – Что, если тебе не понравится жить со мной? Если ты будешь несчастен, наши отношения разрушатся.

— Почему мне должно не понравиться жить с тобой?

— Я неряха. – Сморозила я первое, что пришло на ум.

Его низкий смех заставил меня улыбнуться. – Мы наймем домработницу. Я тоже не такой уж чистюля.

— Иногда я могу быть настоящей стервой, — предупредила я.

— Правда? Я не заметил. – В его голосе слышалось веселье.

— Я серьезно.

— Ты имеешь ввиду, когда ты голодна или замерзла, или не выспалась? – Поддразнил он. Черт. Может он действительно знает меня. – Я накормлю тебя, заверну в одеяло и уложу в кровать. А потом, заставлю тебя кончить, чтобы поднять тебе настроение. – Я не смогла удержаться и захихикала. У меня закончились отговорки. – Это все мелочи. Хочешь знать мое мнение, чего ты боишься?

— Пожалуйста, просвети меня.

— Любить. Это делает тебя снова слишком уязвимой, но уже слишком поздно, Панда. Мы любим друг друга, и неважно живем мы вместе или нет. – Его теплые руки накрыли мои. – Я не сделаю тебе больно, Эви. Клянусь своими братьями, я всегда буду рядом с тобой.

Черт возьми. Из-за него я сейчас расплачусь прямо на глазах у всех. – Ты слишком хорош, чтобы быть правдой, Мэйсон Рид, – сдавленно сказала я. – Я люблю тебя. Обещаю быть всегда рядом, когда буду нужна тебе. Если ты рядом со мной, то и я рядом с тобой. Всегда.

Прекрасная улыбка расплылась на его лице. – Ты переедешь со мной?

— Да.

Вскочив на ноги, он обогнул стол и проскочил на сиденье рядом со мной. Меня накрыло восторгом почти девяносто килограммового — и к тому же возбужденного – мужчины. – Он прошептал мне на ухо. – Сегодня я собираюсь трахать тебя всю ночь.

— От меня ты не услышишь ни слова против.

— Теперь. – Он перевернул детскую подставку для горячего чистой стороной вверх и схватил синий карандаш. – Давай запишем это на бумаге.

— Что ты делаешь? – Засмеялась я, пока он что-то быстро писал. Когда он откинулся назад, я увидела, что он написал.

Мэйсон Рид и Эверли Холл настоящим соглашаются со следующим.

1. Любить друг друга вечно.

2. Заниматься восхитительным, грязным, извращенным, сумасшедшим сексом так часто, как вагина Эви сможет выдержать.

Я схватила карандаш, чтобы добавить свои обещания.

3. Прикасаться к гениталиям только друг друга и целовать губы только друг друга.

4. Быть честными и не иметь секретов.

Он вырвал карандаш у меня из рук и добавил к списку.

5. Обсуждать наши проблемы вместо того, чтобы убегать или прятаться.

6. Никогда не просить Мэйсона покупать предметы женской гигиены.

7. Защищать и оберегать Эви ценой моей жизни.

Я все еще смеялась над шестым пунктом, когда он передал мне карандаш. Я зачеркнула седьмой пункт и написала.

7. Защищать и оберегать друг друга ценой наших жизней.