Мэйсон

Шейд С. М.

Эви, не колеблясь, села рядом с ней, бок о бок, не обращая внимание на кровь. – Как тебя зовут, милая? – Тихо спросила она.

— Дженни, — ответила она между рыданиями.

— А я Эверли. Я знаю, ты напугана и сбита с толку, но мне нужно, чтобы ты послушала меня. – Ты хочешь помочь своему малышу?

Это заставило Дженни остановиться. – Да, конечно.

— Хорошо. Видишь мужчину в красной рубашке? Он управляет приютом для женщин и детей, подвергшихся насилию. Полицейский сообщил нам, что тебе нужна помощь, и поэтому

мы здесь. Ты понимаешь? – Эви взяла дрожащую руку женщины.

— Да.

— Тогда мне нужно, чтобы ты пошла и собрала свои вещи и вещи своего малыша. Прямо сейчас. Возьми только самое необходимое, мы достанем тебе все остальное, что тебе будет нужно. Но тебе нужно поторопиться. Ты сможешь это сделать? Я тебе помогу.

Дженни кивнула, встала и повела Эверли в спальню. После того как они ушли, я повернулся и увидел стоящего в дверном проеме Джека. – Она новенькая?

— Какое-то время она работала в главном приюте.

— Она хороша, естественна. Не отпускай ее.

— Я и не собирался. – Я испытываю трепет от того, как Эви справилась с ситуацией, как будто делала это сотни раз. Они вернулись с небольшим чемоданом и сумкой для подгузников. В руках Дженни держала детское дорожное кресло, в котором спал младенец, укрытый синим одеялом.

Когда мы вышли из дома, врачи загружали раненого мужа в машину скорой помощи. При виде своей жены он разразился потоком ненормативной лексики и угрозами. – Не переживайте, мэм, — крикнул ей врач. – Идиот напоролся на нож. Он все рассказал нам с напарником. – Его напарник кивнул, и в глазах Дженни зародилось понимание.

— Нам нужно ехать, — сказал я, подведя ее к машине. Она прижала детское сиденье к себе и залезла внутрь.

Минут через десять она спросила – Куда вы нас везете?

— В конспиративный дом. Он меблирован, там есть запасы продуктов и предметы первой необходимости. У вас будет охрана, на всякий случай, но глядя на вашего мужа, можно сказать, что он какое-то время пробудет в больнице в любом случае. У вас есть мобильный телефон?

— Да.

Я достал из бардачка предоплаченный мобильный телефон – Перенесите сейчас все номера, какие вам нужны, на этот телефон, затем выключите свой телефон и вытащите СИМ— карту. Вы должны быть вне зоны, пока все не уляжется.

— Не могу поверить, что это происходит, — прошептала она, следуя моим инструкциям.

— Знаю, это страшно, — сказала Эви. – Не знать, куда ты направляешься или что произойдет дальше. Но ты будешь в безопасности. Твой мальчик будет в безопасности.

Дженни кивнула. – У тебя есть дети? – Спросила она.

— Нет, — ответила Эви, — но я работаю с детьми.

— Тебе стоит иметь детей. Ты будешь хорошей матерью.

Эверли вздрогнула прежде чем ответила с улыбкой. – Спасибо.

— Нам ехать около часа, дамы. Кому-нибудь что-нибудь нужно? В туалет?

— Я в порядке, — ответила Дженни, и Эверли покачала головой.

Не знаю, то ли ее что-то гложет, то ли она поражена всем этим, но оставшуюся часть пути она была притихшей, задумчиво глядя в окно. Нам о многом предстоит поговорить позже, но сейчас, я очень горжусь своей девушкой и тем, как она справилась с этой ситуацией.

Джек позвонил мне и сказал, что мы чисты. В официальном полицейском отчете говорится, что ее муж напился и напоролся на нож. Всего лишь одно ножевое ранение, кажется мужик выживет.

Когда мы подъехали к Синему Дому, на подъездной дорожке был припаркован джип Девона. Обсуждая конспиративные дома, мы используем кодовые названия. Этот дом назван за свой глубокий темно-синий цвет. Дженни выглядит так, как будто сейчас упадет от изнеможения, когда отстегивает детское кресло.

— Давай, я понесу его, — предлагает Эви. Она никогда не выглядела такой бодрой, ее глаза полны возбуждения. Я помню, как чувствовал себя также вначале, получая адреналин. Дженни передала детское кресло с благодарным взглядом. Я взял ее сумки, и они последовали за мной внутрь скромного двухкомнатного дома.

— Ваша спальня справа, — сказал я ей. – К ней примыкает ванная комната. Чувствуйте себя как дома.

— Я помогу тебе распаковать вещи и обустроиться, — сказала Эви, провожая ее в спальню.

— Что случилось? – Спросил Девон.

— Пырнула ножом мужа, издевавшегося над ней. Врачи полагают, он выживет. Она нет, если он найдет ее. Нужно, чтобы один человек находился здесь, пока ее муж в больнице. Когда его выпишут, поставь еще одного следить за домом снаружи. Дежурство по двенадцать часов.

— Копы будут ее искать?

— Нет, дело ведет Джек Робертс. Ее даже не было дома сегодня вечером. Парень сам напоролся на свой нож.

— Она его только один раз пырнула?

— Ага.

— Тогда должен выжить. – Девон передал мне через стол чашку кофе. – Могу попросить свою сестру сходить в магазин, чтобы купить все необходимое для малыша.

— Я об этом позабочусь, — сказала Эви, вспомнив прошлое и посмотрев на Девона таким взглядом, от которого у любого другого мужика уже сжались бы яйца. Не обращая внимание на его усмешку, она повернулась ко мне. – Мне нужна ручка и бумага.

— Письменный стол в гостиной.

— Спасибо. – Она сразу же погрузилась в работу, устроившись с Дженни на диван, и стала составлять список необходимых вещей.

Столовая и гостиная это одно открытое пространство, но мы с Девоном, сидя за обеденным столом, притворились, что не слышим их. – Твоя девушка не простила меня за тот укол, — сказал Девон с веселым выражением на лице.

— Не уверен, что меня тоже вычеркнули из списка за это, — ответил я. Забавно наблюдать за Эви, которая сердито посматривала на Девона и нисколько не была напугана ни его громадным размером, ни свирепым выражением.