Метка Каина
Шрифт:
— Я что-то не понимаю.
— Да и я тоже, приятель, и я тоже. — Сандерсон бросил на журналиста оценивающий взгляд. — Но тут может быть некая связь… ну, понимаешь, с этой твоей теорией насчет ведьм. Она нас насторожила. Мы продолжали следить за Томаски. Он очень часто ходил в церковь. Ведьмы и церкви, церкви и ведьмы… кто знает?
— Так вы прослушивали мой разговор с ним?
— Именно так, — подтвердил Сандерсон. — Он, должно быть, решил, что ты вышел на нечто важное, на что-то такое, что он хотел скрыть. И потому ему
— Дело в каготах?
— Ага, похоже на то. Это ведь был главный пункт твоего разговора с Томаски. А те бедняги во Франции?.. Очень интересно. Но что, черт побери, все это значит?
— Не понял?..
Старший инспектор на мгновение помрачнел, уйдя в себя. Но тут же продолжил:
— Помнишь, что я тебе как-то говорил? И ведь прав оказался.
— А что ты говорил?
— Это все не просто так, Куинн, это все не просто так. Тут что-то кроется. Черт его знает, что именно… — Сандерсон как будто очнулся. — Ладно. Давай как-то все это систематизировать. Хватит просто болтать. Сначала мы должны официально опросить тебя. А потом, боюсь…
— Что?..
— Боюсь, нам придется приставить к тебе охрану. Всего лишь на время. И к твоим ближайшим родственникам.
Они спустились по оставшимся ступеням, прошли мимо тела Томаски. Осторожно, на цыпочках, пробрались между кровавыми пятнами, извинившись перед парамедиками и криминальными фотографами. Насыщенный влагой серый воздух конца сентября взбодрил их. Солнце пыталось пробиться сквозь облака.
Сандерсон открыл перед Саймоном дверцу машины и устроился рядом с ним на заднем сиденье. Машина двинулась к Новому Скотланд-Ярду. Финчли, Хэмпстед, Белсайз-парк…
— И, — продолжил Сандерсон, — мы будем охранять твою семью в целом. Твоих родителей, Коннора и Сьюзи наравне с тобой…
— Вы намерены отправить к моим родителям вооруженную армию?
Сандерсон подтвердил это коротким «ага», потом наклонился вперед и похлопал водителя по плечу.
— Каммингс, тут черт знает что на дороге. Попробуй через Сен-Джонвуд.
— Пожалуй, вы правы, сэр.
Сандерсон снова повернулся к Саймону.
— Так вот, твои жена и ребенок, мать и отец, чтобы до них никто не смог добраться. Согласен?
Журналист кивнул, потом отвернулся и стал смотреть через окно полицейской машины на улицу, на привычный, такой обыкновенный Лондон. Красная машина, желтая машина, белый грузовик… Детская коляска. Супермаркет. Остановка автобуса. Лезвие ножа в трех миллиметрах от его глаза, мужчина, рычащий от ярости, толкающий нож вперед…
Саймон потер лицо обеими ладонями, пытаясь избавиться от всего этого ужаса.
— Ты еще какое-то время будешь чувствовать себя не в своей тарелке, — довольно мягко произнес Сандерсон. — Боюсь, тебе лучше заранее с этим смириться.
— Посттравматический стресс?
— Ну… да. Но ты ведь справишься, верно? Ты ведь воинственный ирландец?
Саймон
— Расскажи мне о расследовании, Боб. Мне надо… как-то отвлечься. Что вы обнаружили за последнее время?
Ослабив галстук, Сандерсон попросил водителя открыть окно. Свежий воздух наполнил автомобиль. Старший инспектор заговорил:
— Мы нашли кое-что интересное в лабораториях «Карты генов». Это связано с Намибией. Один из самых крупных спонсоров проекта — это намибийская алмазная компания, «Келлерман Намибия Корпорейшен».
— Помнится, Фазакерли о них упоминал. И что?
— Все это кажется мне немного странным. Когда я начинаю об этом думать. Вот такая кровопускающая алмазная компания, да? Какое они могут иметь отношение к генетике? В общем, я отправил нашего парня из Скотланд-Ярда на поиски одного ученого из «Карты генов». Это канадец, китайского происхождения, Алекс Шенронг. Мы обнаружили его в Ванкувере. И он рассказал нам… довольно много интересного.
Они как раз проезжали мимо мечети на Риджент-парк. Ее золотой купол отражал слабые солнечные лучи.
— Что, например?
— Ну… много чего. Он сказал, что сначала проект не находил желающих поддерживать исследования деньгами, после того, что случилось в Стэнфорде.
— Но «Келлерман»… им проект показался интересным?
— Эта компания включилась в дело через год после того и действительно проявила интерес. Уж такой интерес, такой интерес… И только «Келлерман», больше никто. Но лабораторию просто завалили деньгами. На несколько лет. Исследование геномов — недешевое дело, однако проект «Карта генов» получал любые аппараты, какие только им хотелось. От корпорации «Келлерман».
— А что она собой в действительности представляет, эта корпорация?
— Занимается алмазами, как я и сказал. Большая корпорация, транснациональная, агрессивная. Разработка месторождений и экспорт. Они сотрудничают с компанией «Де Бирс», но полновластно распоряжаются в собственной части Намибии, у них прииски в Сперргебите. В запретной зоне. Владельцы корпорации — очень старая еврейская семья, южноафриканцы. Еврейская династия.
— Но почему они так щедро финансировали эту лабораторию?
— Из-за Фазакерли и Нэрна. Ну, если верить Шенронгу.
— Так, объясни-ка…
— Фазакерли двадцать лет назад был лучшим генетиком Британии. Высочайшая научная репутация. «Келлерман» понадобились его мозги. И им нужны были результаты.
— Значит, для проекта это было только на пользу.
Сандерсон кивнул и посмотрел в окно, когда они обгоняли двухэтажный автобус, битком набитый любителями покупок.
— Да, но… Ну, так сказал нам Шенронг, — «Келлерман» хотели и получать кое-что за свои денежки. Им нужна была отдача от вложений. Так что они потребовали направить исследования… в определенную сторону, если ты понимаешь, о чем я.