Метафизик 1
Шрифт:
Где-то вдали раздается протяжный, пугающий до мурашек вой. Фан Лин не подает виду, что что-то не так, и мне остается лишь надеяться, что он умеет сражаться с волками... ну или какими другими тварями, обитающими в этих краях.
— А как об этом может кто-то узнать? — сглотнув подкативший к горлу ком, спрашиваю я. — Ну, скажем, если лорд Конф... то есть Минэтоко... не знаю, напишет несколько таблиц умножения и раздаст их детям. Что тогда?
— Тогда об этом узнают инквизиторы, и очень быстро. А потом информация
— Погоди, погоди. Инквизиторы?! В вашем мире есть инквизиторы?
— Само собой. В Семнадцатом Доминионе их штук семь на постоянной основе. Они путешествуют по городам, поселениям и крепостям и следят за тем, чтобы никто не практиковал математические и метафизические науки без специального разрешения.
— А тех, кого ловят... они сжигают на костре?
— Чего? Нет, конечно, мы же не в какой-то варварской стране живем. — Фан Лин выдерживает паузу и добавляет: — Виновных отправляют в Тальданор и предают суду.
— А потом?
— Потом обезглавливают на потеху толпе.
— А-а. Ну да, действительно. Вот это я понимаю, цивилизованное общество.
Если мой белобрысый наставник и уловил сарказм в моих словах, то виду не подал. Вой повторяется, на этот раз с другой стороны. На секунду внутри меня закрадываются сомнения: может, меня ведут вовсе не на тренировку? Кажется, в прошлой жизни я был знаком со сказкой, где кого-то повели в лес, чтобы оставить на растерзание волкам. Стараясь, чтобы мой голос не дрожал, я спрашиваю:
— Так а что насчет родственных связей? Я так понял, ты, Лиара и Элейн — вы... внуки лорда Минэтоко?
— Лиара его внучка, да. А мы с Элейн — его племянники.
— Погоди-погоди. Ты... с Элейн? То есть вы...
— Элейн моя сестра, ты разве не знал?
«Ну уж прости, меня на тот момент интересовали немного другие вопросы. Например, как не сдохнуть в этом мире в первые пару дней».
— А... Ну вообще да, вы похожи. У вас обоих... э, волосы светлые.
— Мы дети Хи Лийона. Того, которого ты обыграл в шахматы. Хи Лийон — младший брат Минэтоко. У лорда Минэтоко был еще старший брат, Анкаэль, но он трагически погиб пару лет назад, после чего Минэтоко и стал главой клана. Кстати, Айвор — сын Анкаэля.
Я с трудом вспоминаю, кто такой Айвор. Точно, тот второй юноша, что сопровождал Конфуция в том бесконечно-долгом походе. Кажется, моему появлению он радовался еще меньше, чем эта троица, с которой я успел более-менее познакомиться.
— Понял, — наконец киваю я. — А Лиара? Она чья дочь?
— Она дочь миледи Кьяльми. Такая полная барышня... Кажется, она проявляла к тебе интерес вчера за ужином.
Так вот кто это был. Я поеживаюсь — не то от предрассветного холода, не то от осознания того, что был на волоске от серьезных проблем.
— Если что, — Фан Лин оборачивается и, кажется, даже подмигивает мне, — она вдова, так что...
— Вот уж спасибо за совет. — Кажется, Фан Лин принял мою благодарность за чистую монету, и я не рискую его переубеждать. — Ну а что насчет...
— Мы пришли.
Я едва не врезаюсь в спину резко остановившегося Фан Лина. Судя по тому, что я вижу, мы остановились перед какой-то тренировочной площадкой, огороженной полукольцом трибун. Фан Лин ставит на ближайшую скамью фонарь и запрыгивает на соседнюю.
— Лорд Грэй. — Его тон резко меняется на учительский, и мне это решительно не нравится. — Десять кругов по периметру плаца. Нет-нет, мешок не снимайте. Бегите вместе с ним.
«Ну вот. Прощай, псевдодружба, здравствуй, дуэт учитель-ученик».
Я пытаюсь пристроить мешок за спиной поудобнее. После четвертой неудачной попытки мне приходится плюнуть на это и приступить к бегу трусцой. Мешок болезненно лупит меня по хребту, но еще больше меня раздражает физиономия по-царски раскинувшегося на трибунах Фан Лина.
— Слушай, Фан Лин, — кричу я, зайдя на второй круг, — ты ведь в курсе, что я планирую поступать на метафизика, а не на фитнес-тренера?
— Чего?
— Я говорю, зачем мне все это? Физкультура что, обязательный предмет для поступления?
— Никак нет. Но вы кое о чем забываете, лорд Грэй. Вы из Семнадцатого Доминиона.
— И?
Слух вновь режет волчий вой. Кажется, тот стал заметно ближе.
— Как человек, который год проучился в Небесной Военной Академии, могу вас заверить: даже если вам каким-то чудом удастся поступить... вас будут ненавидеть. Причем все: от студентов до преподавателей.
— Да ладно? — Дыхание начинает сбиваться. — Не может же все быть... настолько плохо?
— Боюсь, что может. Все, кому не лень, будут ставить вам палки в колеса. И если, вдобавок, у вас будет плохая физическая форма... все станет совсем грустно.
«То, что в Академии тебя гнобили, вовсе не означает, что то же самое произойдет со мной. Скорее, это говорит о том, что ты просто зануда без чувства юмора. А таких нигде не любят».
Я почти решаюсь сказать это вслух.
— Дыхание, лорд Грэй, — доносится моих ушей голос Фан Лина, когда я перехожу на шестой круг.
— А?
— Правильное дыхание — ключ к выносливости. Подстройтесь под ритм: три коротких вдоха, пауза, потом четыре коротких выдоха.
У меня возникает почти что непреодолимое желание чем-то стукнуть этого недоделанного умника. Наверное, в прошлой жизни я тоже не любил своего физрука.
И все же я слушаюсь совета и пытаюсь выправить дыхание. Меня хватает еще на полтора круга, после чего я, пошатываясь, подхожу к трибуне, на которую взгромоздился Фан Лин, и, тяжело дыша, сбрасываю на вымощенную гравием землю мешок и опираюсь на камень трибуны ладонями.