Месть прошлого

Гичко Екатерина

– Мне остаться с Майяри?

– Да.

– Стой-ка…

Шидай присмотрелся и одним ловким движением вытянул из-за воротника сына цепочку.

– Я думал, ты больше не таскаешь амулеты. После Майяри-то… – лекарь осёкся, когда из-за воротника показалось перекрестье.

Ранхаш неторопливо, но быстро спрятал его назад.

– Ранхаш, – Шидай прищурился и перешёл на шёпот, – это то, что я думаю? Провокация?

Отвечать харен не стал, только аккуратно завязал ворот. Амулет всё равно видели все, кому он хотел

его показать. Мельком, конечно, чтобы кто-то знающий не разглядел, что это самое настоящее перекрестье, которое можно купить почти у любого ювелира в городе.

– То есть, – Шидай сгрёб сына за плечи одной рукой, мило улыбнулся проходящей мимо служанке и разъярённо прошипел мальчишке на ухо, – ты хочешь убедить кое-кого, что кое-что оставил себе? А я-то ещё удивился, что ты Майяри здесь хочешь оставить. И меня с ней. Отсылаешь от себя?

– Не здесь, – сквозь зубы холодно процедил Ранхаш.

В коридоре раздались голоса, и из-за угла вышли господин Раий и его ученик.

– О, харен, там вашу помощницу осадили, – мастер насмешливо осклабился. – Из этого плена её вряд ли удастся вырвать. Могли бы сразу сказать, что вам нужно, чтобы ваша воспитанница провела некоторое время во дворце. Я бы отнёсся с пониманием. Всё же когда заинтересован сам хайрен…

– С ней хайрен? – лицо Шидая исказилось совершенно безрадостно, а взгляд харена помрачнел и потяжелел.

Секунда, и глава сыска решительно зашагал в сторону сокровищницы. Лекарь нервно улыбнулся немного удивлённым артефактчикам и бросился за ним.

– Харен! Господин! Ранхаш, мать твою, – совсем уж тихо позвал он, но тонкий слух оборотней уловил и это. – Держи себя в руках! Помни, он наследник!

– Мастер? – Йон вопросительно посмотрел на господина Раия.

Мастер озадаченно почесал бороду.

– Похоже, семья Вотый не очень одобряет кандидатуру хайрена.

– Ну, – Йон осмотрелся и тихо признался, – я бы его к своей сестре тоже не подпустил.

– Госпожа Майяри, я всего лишь хотел выразить свою радость от встречи с вами, – по лицу хайрена Узээриша блуждала насмешливая улыбка, и он переводил взгляд с Редия на Ашия и обратно. Охранники, двинув плечи, стояли прямо перед ним, закрывая свою сердитую госпожу, прижатую к стене.

– Хайрен, будьте добры честно объяснить, что же вам всё-таки от меня надо, – голос Майяри звенел от едва сдерживаемой ярости.

Они только собирались в библиотеку, чтобы продолжить разгадывать печать, но появился наследник со своими сладкими речами и отвлёк её. Мастер и господин Йон ушли без неё!

– Госпожа, я никогда этого и не скрывал, – хайрен послал ей сияющую улыбку над могучими плечами охранников. – Меня влечёт к вам. Влечёт так сильно, что вы постоянно в моих мыслях. Вдруг я влюблён в вас? Я в ответе перед всей страной и не могу упустить женщину, если она завладеет моим сердцем.

–

Я очень надеюсь, что этого никогда не произойдёт, – холодно отчеканила Майяри.

– Вы невероятно жестоки, – хайрен, забывшись, шагнул вперёд, явно в стремлении прижать девушку к стене, но прижался к охранникам и, обескураженно моргнув, мягко приказал: – В сторону.

Редий и Аший посуровели, но остались стоять на месте.

– Я сказал, в сторону, – в голосе наследника зазвучал холод.

– Приказывать им может только харен, – процедила Майяри.

– В сторону, – уже прорычал Узээриш.

– Я неясно выразилась? – змеёй прошипела девушка. – Приказывать им может только харен!

Хайрен Узээриш чуть удивлённо и восхищённо посмотрел на неё.

– Госпожа Майяри, я не собираюсь обижать вас. Мне просто хочется пообщаться с вами немного больше. Уже полдень. Отобедайте со мной.

– Хайрен, я прекрасно чувствую, когда со мной играют, – Майяри прищурилась. – При всём моём… уважении сейчас я не могу составить вам партию в этой игре. Я очень занята.

– Но у меня ещё есть шанс? – наследник улыбнулся. – Я уже переживал, что харен опередил меня.

Майяри замерла, удивлённо смотря на оборотня.

– Удивительно, что такая ледышка, как харен, смог полюбить. И тем вы интереснее…

– В сторону, – жутко прошипела девушка.

Охранники удивлённо посмотрели на неё.

– Живо! – она пихнула их в спины, и оборотни поспешили разойтись. Редий напоследок бросил на хайрена укоризненный взгляд: мол, мы вас защищали, а вы…

Майяри стремительно шагнула вперёд, столкнулась с хайреном грудью – точнее, она грудью, а он солнечным сплетением – и с нервной, подрагивающей от ярости улыбкой прошептала:

– О, господин, так вам известно? Что сердце харена теперь принадлежит мне? Тогда я прошу отнестись ко мне с пониманием! Для харена это первая влюблённость, он переносит её очень тяжело. И я очень, очень прошу вас не злить его. Я бесконечно сильно уважаю харена, и мне не нравится, когда он нервничает. Поэтому я прошу вас с уважением отнестись к сыскарю, который ведёт расследование в вашем доме, и не мешать нам работать.

– Невероятно, госпожа Майяри, – губы хайрена расползлись в широкой улыбке, – я устыдился. Я был не прав. Прошу, простите меня. Так когда вы будете свободны?

– Когда я перестану нервничать.

Майяри резко обернулась и уставилась на харена. Наследник же встретил главу сыска улыбкой, он-то увидел его ещё раньше.

– Госпожа Майяри, – позвал Ранхаш девушку, не отрывая холодного взгляда от хайрена.

Та поспешила к нему.

– Как вы себя чувствуете? – вежливо поинтересовался здоровьем господина глава сыска.

Намёк на прошедшую ночь Узээриша ничуть не смутил. Напротив, он улыбнулся ещё шире и признался:

– Немного зудит.