Месть прошлого

Гичко Екатерина

– Ты внёс весомый вклад в наше дело, Илик, – Деший скорбно опустил глаза, – и навсегда останешься в нашей памяти. Ты заслужил ещё один шанс.

Печать опять заработала, но в этот раз символы налились не кровавой краснотой, а чуть светящейся серостью. Вязкой, напоминающей грязь со светлыми искрами песчинок. Тело умершего распрямилось, грудная клетка расправилась, и лёгкие с хрипом втянули воздух. Позвоночник захрустел, и ноги-руки начали укорачиваться, туловище расширяться и разрастаться. Череп промялся, кожу пробила густая смоляная шерсть, и уже через минуту в печати лежал огромный чёрный медведь – истинный зверь умершего. Но изменение не завершилось. Кости опять смялись, затрещали, тело стремительно

начало уменьшаться. Вскоре вместо медведя на полу лежал странный зверёныш с серой шёрсткой. Формой тела он был похож одновременно и на волка, и на лису: широкая грудная клетка, большие лапы и длинный пушистый хвост, гибкое сложение, совсем лисьи уши, а морда вытянутая, но уже не похожая ни на волчью, ни на лисью. Зверь был совсем мал, не больше локтя в длину, если не считать хвост, и казался детёнышем.

Неожиданно зал наполнил яростный жуткий визг, и Агорий едва не выскочил в коридор. Сколько раз видел подобное, а привыкнуть никак не мог. Над полом взметнулась дымчатая рваная тень без определённых очертаний, но с горящими ненавистью глазами. Она сразу же попыталась броситься на Дешия, но налетела на невидимую стену и, пронзительно взвыв, заметалась по «клетке» печати.

Тем временем рядом со зверёнышем засеребрилась голубая дымка. Она сложилась в образ высокого крепкого парня с задорными тугими кудрями и открытым наивным лицом. Агорий нервно сглотнул, невольно припоминая, что именно таким был Илик при их первой встрече. Серая яростная тень бросилась к голубоватой дымке, и призрачный Илик с растерянной улыбкой принял её в свои объятия. Две тени смешались и рухнули на тело зверя. Секунда, и они исчезли.

Агорий отмер и осознал, что опять слышит яростный рёв тварей из «зверинца».

– Господин?

– Можешь забирать, – разрешил Деший, и оборотень, решительно шагнув в печать, поднял зверёныша за шкирку.

Надо поспешить и водворить его в клетку, а то эти твари с младости кипят злобой. А уж когда вырастают… Одно слово – Тёмные духи!

Лирка вздрогнула и резко села, выныривая из сна. Сердце колотилось в горле, а в голове всё ещё крутился уже забывающийся кошмар. Что ей снилось? Отчего сердце так болит? Сглотнув, девушка потянулась к жестяной кружке на тумбочке, с жадностью выпила всю воду и только после этого осмотрелась. Небольшую комнатку заливал лунный свет, ложась дорожкой до самой двери, у противоположной стены на кровати, укрывшись с головой, спала её соседка – второгодка с лекарского отделения.

Отбросив одеяло, девушка опустила ноги на пол и поёжилась от уже привычного холода. Комнатка их угловая, самая продуваемая, и зимой здесь всегда было свежо. Жить здесь никто не хотел, вот завхоз и запихнул сюда самых непривередливых.

Немного походив по комнате и успокоившись, Лирка опять легла, но сон уже не шёл.

Почему-то и на сердце, и на душе было так тяжело…

Глава 32. Помощница харена

Утро выдалось зверски морозным. По краям крыш наросли длиннющие сосульки, блестящие в лучах рассветного солнца как кинжалы; глубокие лужи превратились в чёрные зеркала, мелкие – в хрусткую снежную скорлупу; тонкие веточки рябин и красные гроздья обледенели, кое-где из ледяной оболочки успели выпасть плоды и теперь на ветках сверкали «призрачные» ягоды. Ранние экипажи передвигались с осторожностью, но их нет-нет, но всё же заносило, кони возмущённо и испуганно ржали, а возницы цедили сквозь зубы ругательства.

Майяри и проснулась от этого шума. Закрытые окна почему-то не защищали ни от звуков, ни от холода, и в спальне было довольно свежо. Потом она уже узнала от господина Ывашия, с извинениями вошедшего в её комнату, что оконная рама треснула. Кое-кто, улетая, её зацепил. Тёмные! Она-то

надеялась, что сон, где харен выдирал зубами хвост госпожи Менвиа, ей на самом деле приснился. Но на полу валялись белые перья, а одеяло пахло псиной и было усыпано шерстью. Не рановато ли для линьки?

Правда оказалась ещё хуже, и теперь, сидя в экипаже и смотря на беседующего с Рладаем харена, Майяри на полном серьёзе попыталась решить: нужно ли им на самом деле во дворец? Может, оглушить господина Ранхаша и спрятать его где-нибудь на время? Вряд ли господин Шидай будет против. Она же за благополучие его сына радеет.

Тот словно её мысли прочитал.

– Майяри, когда ты смотришь на моего мальчика с таким кровожадным выражением лица, я начинаю за него бояться. Что он такого успел натворить, раз ты его убить хочешь?

– Лучше уж я, чем хайрен, – недовольно фыркнула Майяри.

Боги, как ему вообще в голову пришло схватить за хвост наследника престола?! Где прежняя восхитительная рассудительность харена? Где она?!

– Ах, вот ты о чём, – конечно же, господин Шидай не мог не знать о ночном происшествии. – В любви все равны. Хайрен не будет пользоваться своим положением, чтобы отомстить сопернику.

– Серьёзно? – недоверчиво приподняла брови девушка. – Если в одну девушку влюбятся сын сарена и простой воин, они будут равны между собой?

Шидай смущённо кашлянул, признавая некоторую правоту Майяри.

– Раньше хайрен Узээриш не пользовался своим положением для мести. Не по-мужски, знаешь ли. А случаев для мести было много. Наследник, видишь ли, герой не одной юмористической истории. Он попадался и ревнивым мужьям, дрался и с оскорблёнными родственниками, пару раз получал по зубам от особенно бойких женщин… Чем-то на нашего Викана похож в любви к приключениям особого рода. Наверное, поэтому они так хорошо спелись, – по губам лекаря скользнула пакостная улыбка. – Не переживай, не будет он разбираться с любовными неудачами с помощью титула. В молодости ещё пробовал, но хайнес отучил.

– И теперь он от меня отстанет?

– Ну что ты, – Шидай почти оскорбился за будущего хайнеса. – Он упорный.

Харен тем временем закончил разговор с Рладаем, набросил что-то на шею и зашагал к экипажу.

– Да что ему вообще от меня нужно? – сердито зашипела Майяри. – Я так красива?

– Ты не скучная, – пожал плечами господин Шидай. – Красота быстро приедается. Хотя и продолжает привлекать, но уже не развлекает. А сложный характер обещает уйму интересного.

– У меня сложный характер? – Майяри всегда казалось, что характер у неё очень простой. Тяжёлый, но ничего запутанного, сложного в нём нет.

Шидай вздохнул и с улыбкой спросил:

– Хочешь, я научу тебя одной штучке?

Майяри непонимающе вскинула брови.

– Чтобы твой характер стал понятнее и любители развлечений разлетались прочь, как комары от ядовитого фонарика.

Девушка заинтересовано поёрзала на месте, но ответить не успела. Харен наконец сел в экипаж и сразу же обратил внимание на заинтригованное выражение лица девушки и коварную улыбку Шидая. Жёлтые холодные глаза подозрительно прищурились.

– Что бы вы ни задумали – нет, – решительно заявил Ранхаш.

– Это тебе понравится, – заверил его Шидай.

Сыскарей во дворце ждали. Уже немолодой оборотень – суховатый мужчина с идеальной выправкой образцового слуги и мягкой располагающей улыбкой – сообщил, что хайнес велел оказать главе сыска всю возможную помощь, и повёл их к сокровищнице.

– Другие господа сыскари прибыли ранним утром и уже ведут работу, – доложил господин Вый, тот самый сухонький престарелый слуга. – Главный хранитель сокровищницы ждёт вас и готов ответить на вопросы. Он пока не успел полностью завершить проверку, но кое-что уже осмотрел.