Месть богини
Шрифт:
— Твое желание не оскорбляет меня, брат, — откликнулась девушка, вновь занимая удобное место.
— Слезай! А то оно немедленно перейдет в действие. Я же не евнух, — процедил принц, не в силах больше терпеть ощущение теплой манящей плоти рядом с собой.
— Как хочешь, милый. — Пожав плечами, Элия пересела на кровать.
— Сказал бы я тебе, как хочу, но это тебе совсем не понравится, — хмуро бросил Джей, борясь с возбуждением.
— О, ну почему же не понравится? Ты обыкновенно очень красноречив, а какая же женщина откажется от столь
Брат угрюмо промолчал, вспоминая, как когда-то, выпив лишнего, он слишком распустил руки и получил оглушительную оплеуху, а после — вежливую улыбку и объяснение мотива наказания на словах… Сейчас же слишком не вовремя всколыхнулись обычно отгоняемые запретные мысли. Да, сейчас, пожалуй, бог не отказался бы и от затрещины, отвешенной Элией…
Пожалев принца и сознавая, что сказала лишнего, девушка вздохнула:
— Извини, Джей, я же почти не нарочно. Это просто моя суть.
— Я понимаю. Но, когда знаешь, что рассчитывать не на что, терпеть тяжеловато, Элия, особенно когда кое-кому терпеть не приходится, пусть не Вальдорну, вовремя я к тебе заглянул, но Жерому-то точно, — мрачно обосновал причины своего пессимизма бог.
— Надежда всегда должна быть, — загадочно улыбнулась богиня. — Кто знает, как повернется Колесо Судьбы, какую карту выбросит Случай.
— Джокер знает, — ответил принц известной поговоркой и хмуро бросил: — К сожалению, эту колоду не подтасуешь.
— Желание бога редко остается безответным, — задумчиво промолвила Элия, и какое-то странное удивление было в ее взгляде, словно богиня сама удивлялась тому, что сказала.
— Ответ зависит только от тебя! — в сердцах воскликнул Джей.
Одновременно с его последними словами в дверь постучали.
— Войдите! — сквозь стиснутые зубы прошипел принц, мечтая задушить ту тварь, которая помешала ему услышать ответ.
На пороге появился слуга в уже знакомой пронырливому Джею ливрее дома Альвиона, за его спиной маячил провожатый — слуга Вальдорна. Лакей небрежно вопросил:
— Вы сказители, которых велел привести принц Кальм?
Джей кивнул.
— Тогда следуйте за мной. И поспешите: их высочества уже отправляются, — добавил слуга, гордо задрал нос едва ли не до потолка, стремясь продемонстрировать свою важность перед симпатичной девушкой.
Лоулендцы переглянулись и, прихватив свои вещи, в молчании последовали за альвионцем. Он вывел их к парадному подъезду дворца наместника. Там царили легкий бедлам и суета. Слуги поспешно шныряли взад-вперед, укладывая последние вещи в грузовые повозки. Принцы любили путешествовать с комфортом. Эскорт бряцал оружием, проверяя обмундирование и лошадей.
Принц Алентис, обмахиваясь кружевным надушенным платочком, выглядывал из окошка огромной роскошной кареты — целого дома на колесах. Его раздражала суматоха. Принц Кальм прохаживался рядом, нетерпеливо поглядывая на дворцовое крыльцо. Отис стойко
— Кальм, ты сошел с ума. Я не поеду в одной карете с какими-то сказителями и менестрелем, от них же воняет. Это все равно что с рабами, — возмущался брезгливый Алентис. — Это недопустимо. Отис, ну хоть вы ему скажите!
— Быть может, ваше высочество, сказители действительно смогут скрасить нашу дорогу, — рассудительно заметил советник. — Вы же сами все время жаловались на скуку.
— И вы туда же, Отис! — с досадой воскликнул старший принц, манерно возводя глаза к небу.
— Ты сначала посмотри на них, а потом уже истерики закатывай, — приплясывая от нетерпеливого желания похвастаться своей находкой, заявил Кальм и выдохнул: — О, вот они! Эх, жаль, малышка переоделась…
Алентис недовольно передернул плечами, но взглянул в указанную сторону и тут же захлопнул рот, перестав доставать своих спутников капризными воплями.
Элия заметила, что на часах стоит знакомый усатый капитан, провожавший ее вчера на прослушивание, и послала ему очаровательную улыбку и воздушный поцелуй на прощанье. Девушка всегда была неравнодушна к военным, хоть и не любила длинных усов. Стражник просиял и отсалютовал принцессе пикой, с силой грохнув своим оружием по мраморным плитам крыльца.
Брат и сестра приблизились к карете. Джей поклонился своим потенциальным врагам — подвигла его на это не столько маскировка (сказители могут быть и экстравагантными невежами), сколько систематические тычки принцессы. Элия присела в реверансе.
Кальм бросил на брата задорный взгляд:
— Ну что? Ты по-прежнему против?
— Пожалуй, я окажу им честь дозволением ехать в нашей карете и развлекать нас, — с деланой небрежностью отозвался принц, не отрывая взгляда от девушки. — Кстати, брат, ты говорил что-то о менестреле?
— Ну? — Младший принц вопросительно зыркнул на слугу.
— Простите, ваше высочество, я его не нашел. Никто не знает, куда он запропастился, — виновато ответил тот, склонив голову.
— Может, тоже того укрепляющего настоя на дорожку хлебнул и теперь по сортирам носится? Ну и хрен с ним, — с облегчением хохотнул Кальм и, отмахнувшись от услужливого пажа, забрался в карету.
Отис последовал за ним и подал руку принцессе. Джей метнул на него подозрительный взгляд, советник в ответ игриво подмигнул принцу.
— Благодарю вас, — улыбнулась Элия и опустилась на предложенное советником место рядом с ним.
Джей волей-неволей — не садиться же на пол, словно комнатная собачка, — пристроился по другую сторону от Отиса. Тот бросил на сказителя еще один оценивающий заинтересованно-благосклонный взгляд.
Кальм недовольно хмыкнул, досадуя, что не догадался посадить фигуристую девицу рядом с собой, пообжимались бы в дороге. А советнику хватило бы и сказителя. Зато с места принца открывался превосходный вид на тонкую блузку Элии. «А познакомиться ближе можно будет и позже», — успокоил он себя.