Мессия очищает диск
Шрифт:
– Смотря что вы слышали, достославный генерал, – пожал плечами мальчишка.
– Что, усладив солдатские уши, ты потом обыграл в кости с полдюжины взрослых мужчин.
– Увы, правда.
– Тогда я предлагаю тебе сыграть со мной. – У генерала сегодня было отличное настроение, как всегда перед тщательно подготовленным походом. – Выиграешь – возьму в обоз. Нет – не обессудь.
– Хорошо, – серьезно кивнул Маленький Архат, но глаза его при этом хитро сверкнули. – Только, по моему скудному разумению, игра в тройные кости недостойна достославного генерала!
– Ну, если ты так
Солдаты понимающе переглянулись, заранее сочувствуя пареньку – Стальной Хребет слыл истинным знатоком древней игры полководцев.
– В шашки так в шашки, – лихо подбоченился мальчишка. – Объясните мне правила, и сыграем. Пять партий – так, кажется, положено?
На объяснения не понадобилось много времени, и у генерала возникло подозрение, вскоре переросшее в уверенность, что мальчишка прекрасно осведомлен о правилах и просто валяет дурака.
«Солдаты любят редкую доступность полководца», – подумал Стальной Хребет, расставляя шашки на доске.
И пошел ближней юго-западной шашкой.
Первую партию мальчишка проиграл. Расставляя шашки заново, генерал воссоздал в голове финальную позицию – и неожиданно ему показалось, что он увидел сложнейшую комбинацию, ведущую к победе юного певца… и еще Стальной Хребет увидел свой собственный проигрыш от гораздо более простой атаки по восточному флангу.
Во второй партии Маленький Архат сразу же повел массированное наступление по всему фронту, и Чи Шу-чжао постыдно проморгал «лисий клин» на том же восточном фланге – после чего исход партии стал ясен.
Генерал с нескрываемым удивлением посмотрел на своего юного соперника и снова наклонился над доской.
На этот раз военачальник играл куда осторожнее, удачно избежал «трех ловушек духа Хы», расставленных Маленьким Архатом, и благополучно угодил в четвертую, с опозданием поняв: сей исход был предопределен еще ходов восемь назад.
– Прости, но я не верю, что ты раньше никогда не играл в эту игру, – негромко произнес Стальной Хребет.
– Я тоже в это не верю, – спокойно ответил мальчишка, и генералу даже не пришло в голову, что его соперник дерзит.
А тот и не дерзил: как известно, за шашечной доской не существует чинов и рангов – только личное мастерство.
Сегодня игроки были достойны друг друга.
Четвертую партию мальчишка снова выиграл, и Чи Шу-чжао уж совсем было решил, что перед ним – небожитель или бес, принявший на время детский облик; ибо кто из смертных способен шутя просчитывать сотни вариантов на много ходов вперед?!
Последнюю партию можно было не играть – Маленький Архат уже заработал себе место на одной из обозных телег, но генерал не стал отказывать себе в удовольствии. «Учиться можно у прохожего», – не раз говаривал Стальной Хребет. А у этого прохожего было чему поучиться!
В тот момент, когда рука мальчика потянулась к рядам расставленных шашек, генерал быстро оторвал взгляд от доски и посмотрел прямо в лицо сопернику. Мальчишеская физиономия неуловимо изменилась: разгладился наморщенный в раздумье лоб, чуть отвисла нижняя губа, обнажая крепкие и корявые зубы, в глазах быстро таяли колючие льдинки, и сквозь
Взгляд дурачка или святого.
А потом мальчишка сделал ход – совсем не тот, которого ждал генерал.
Он делал немыслимые, неправильные, совершенно невозможные ходы, которые неминуемо вели к проигрышу; он с легкостью жертвовал шашки направо и налево, без цели и смысла, как ветер расшвыривает палую листву, – и лишь в самом конце Чи Шу-чжао понял, что снова проиграл!
А мальчик, улыбнувшись совсем по-детски, вскочил и поклонился до самой земли.
– Но это… это просто немыслимо! – растерянно выдохнул генерал, и застарелый шрам на его щеке дернулся. – Можно быть великим мастером в десять-одиннадцать лет, но играть в двух совершенно разных стилях с одинаковым успехом… Мне кажется, я узнал последнюю манеру: говорят, так играл Чжан Чжи-кэ [60] под конец своей земной жизни, перед тем как обрел бессмертие! У кого ты учился?
60
Чжан Чжи-кэ – один из святых даосского пантеона.
– У великого Будды и Безначального Дао, – ответил мальчишка, и Чи Шу-чжао увидел, что в его глазах вновь застывает насмешливый лед.
– Оставьте нас, – генерал обернулся к потрясенным солдатам.
Через мгновение вокруг них уже никого не было.
– Ты можешь ехать с нами к Нинго, – помолчав, бросил генерал, глядя мимо Маленького Архата. – Но это уже не важно. Я бы попросил тебя, когда смута закончится, зайти ко мне. Тебя пропустят – я распоряжусь. Было бы жаль, если бы столь выдающиеся способности пропали втуне. Не скитаться же тебе до старости по Поднебесной, зарабатывая на чашку лапши бренчанием на цине. По-моему, ты заслуживаешь лучшей судьбы.
«Ага, шеф тоже с этого начинал, – подумал тот, кого покойник Десантура любил в шутку звать Гением. – Тоже, помню, все обещал устроить мою судьбу… А что – и впрямь устроил!»
Однако вслух он вежливо поинтересовался:
– И каким же образом вы намерены это сделать, достославный генерал?
– Если, кроме игры в шашки и кости, а также сочинения песен, ты знаешь грамоту и счет…
– Знаю.
– …то я мог бы пристроить тебя в одно из военных училищ. У тебя явный талант стратега, а я, поверь мне, редко ошибаюсь в таких вещах.
– Верю, – кивнул мальчик.
– Такие люди нужны Чжунго.
Мальчик сорвал травинку, прикусил ее, и при виде этого Стальной Хребет отчего-то смутился, что случалось с ним крайне редко.
– Конечно, у тебя нет средств и, наверное, родственников, которые смогли бы оплатить обучение, но я возьму эти расходы на себя. Или добьюсь для тебя статуса линьшэна – студента-стипендиата…
Пригоршня холодной воды из льдистых глаз заставила генерала умолкнуть. И за мгновение до того, как прозвучал ответ Маленького Архата, Стальной Хребет понял: все, что он предлагает, не интересует это странное существо с телом ребенка и глазами змеи.