Мертвый лед

Гамильтон Лорел Кей

– Брехня, - вмешалась я.
– Ты ещё дальше от моногамии, чем мы.

– Верно. У меня есть другие любовники и партнеры по игре, но никто из них не наденет кольцо мне на палец. Ашер собирался сделать это.

Мы с Жан-Клодом уставились на него.

– Он обещал жениться на тебе?
– уточнила я.

Он смотрел на нас своими большими карими глазами, с черными дорожками слез и потекшим карандашом. Белые простыни обвивали верхнюю часть его тела, словно взъерошенные крылья падшего на землю. Будь у ангелов утро, полное горя, они могли бы выглядеть

именно так.

Ангелы бы, конечно, не рыдали черными слезами, скорее всего, это был бы кто-то другой, если бы ангел или демон пролил настоящие слезы. Если бы ангел, которого я видела, вообще заплакал бы, это скорее были бы огненные слезы. Думаю, демон мог бы по-настоящему заплакать, но я была слишком занята цитированием Библии, чтобы спросить у него.

– О, mon ami, мне так жаль.

– Не нужно жалеть меня, Жан-Клод, помоги мне заставить пожалеть его.

– Чего ты хочешь от нас?

– Ты отговорил меня от убийства одного из них. По Кейну я скучать не буду.

– Но Ашер не вынесет его гибели, и его нам будет не хватать, - возразил Жан-Клод.

– Иногда, - согласился Нарцисс.

Жан-Клод мудро не стал развивать эту тему.

– Ты не хочешь связывать себя с нами из-за мести, Нарцисс.

– Я бы хотел связать себя с тобой, Жан-Клод, а вот ты больше не желаешь играть со мной в "свяжи меня, привяжи меня".

– С тобой нет.

Нарцисс взглянул на меня.

– По словам Ашера, ты прямо асс по части жести, печенюшка, не хочешь поиграть со мной?

– Не называй меня так, слышала я твои представления о жести, так что нет, так жестко я не играю.

– Ашер говорит об обратном, лапуля.

Я просто посмотрела на него, такого раздражающего и растрепанного в этой постели.

– Не называй меня так. Уверена, в подземелье мы с тобой подошли бы друг другу не больше, чем в постели.

– Возможно, а может мы смогли бы научить друг друга парочке новых трюков, кексик, - сказал он, и голос его звучал уставшим, словно он уже не так поддразнивал.

Не можешь победить - присоединяйся.

– Ладно, ангел, покажи мне что-нибудь новенькое.

– Я твой ангел?

– Падший, возможно, - ответила я.

Он улыбнулся, неожиданно и счастливо.

– Скажи это.

– Что сказать?

– Твое прозвище для меня.

– Ангел?
– сказала я с вопросительной интонацией.

– Не совсем, - сказал он, перевернувшись под простыней так, что она начала сползать ниже его талии.

– Ма petite, вспомни о последних минутах и поймешь, какого прозвища он от тебя ждет.

Я вспомнила, и когда уже собиралась попросить еще подсказку, до меня дошло, ну, или мне казалось, что дошло.

– Падший ангел, ты мой падший ангел.

– Мне нравится, - сказал он, и сдернул с себя простынь, вырывая ее из моих рук, так что мы оба вдруг оказались обнажены. Нарцисс с усмешкой откинулся на спину, представая во всем своем великолепии, падшего или кого бы то ни было.

Глава 53

Когда Нарцисс просто лежал на постели, сдвинув ноги, он ничем

не отличался от других мужчин. Увидь я его голышом в раздевалке - просто прошла бы мимо, но предполагается, что я должна чертовски больше, чем просто посмотреть на него. Все равно что прийти в отдел с овощами и фруктами и пощупать их. Спелые ли они? Будут ли сладкими? Или может, слишком мягкие? Переспелые? Достаточно упругие, но не слишком твердые? Только вот эти овощи с вызовом смотрят на меня в ответ.

– Ну?
– поторопил он, и одно это слово прозвучало так дерзко, что мне захотелось огрызнуться в ответ.

Жан-Клод коснулся моего плеча.

– Не позволяй его поведению спровоцировать себя, ma petite.

Я взглянула на него, вздохнула и снова повернулась к Нарциссу. Теперь он уставился на меня почти со свирепостью. Не знаю точно, было ли это моей мыслью или Жан-Клода, но я поняла, что Нарцисс так уверен в моем отказе, что изо всех сил старается дать мне повод, помимо его физиологии, сделать это. Как с тем, кто привык быть объектом насмешек и старается выдать колкость первым, чтобы это стало его шуткой, и у обидчиков не было возможности съюморить. Это работает, в какой-то мере, но это означает, что он излишне интернализирует эти слова: глупый, неуклюжий,

жирный, уродливый... что там еще могут сказать задиры?

(В психологии интернализацией или интериоризацией (от лат. interior — внутренний; фр. intiriorisation — переход из вне внутрь; англ. interiorization (inter-nalization); нем. Interiorisation) называется процесс превращения внешних реальных действий, свойств предметов, социальных форм общения в устойчивые внутренние качества личности через усвоение индивидом выработанных в обществе (общности) норм, ценностей, верований, установок, представлений и т. д.)

Я досчитала до десяти и заговорила, смотря прямо в его обозленные глаза.

– Ты не отличаешься от других парней.

Нарцисс горько усмехнулся.

– Лживая сучка, ты с таким усердием пялишься мне в лицо, просто чтобы не смотреть что там!

– Слушай, ангелочек, - заговорила я, едва не огрызаясь в ответ, - я смотрю тебе в глаза, потому что, когда я с кем-то голышом в постели впервые, мне нравится, когда они смотрят мне в лицо, а не другие части тела во время разговора. Я выхожу из себя, если кто-то начинает говорить с моей грудью. И наверняка просто врежу тому, кто будет таращиться на то, что у меня между ног, вместо того, чтобы смотреть в лицо.

Нарцисс следил за мной по-прежнему сверкающими гневом глазами, но лицо его немного расслабилось.

– Но, если ты желаешь, чтобы я говорила в твой член, как в долбанный микрофон, тебе стоит сказать об этом девочке, потому что с такой просьбой я встречаюсь впервые.

Он вдруг улыбнулся, словно я удивила его, словно неожиданно развеселила.

– Не разделяю этих заскоков, кексик, но, если тебе так важен зрительный контакт, когда мы разговариваем, тогда ладно.

– Хорошо, потому что он мне важен.