Мертвый лед
Шрифт:
И я не могла винить его за эти слова. Нижняя часть лица Домино была покрыта кровью, кожа была бледной, на лице сверху ссадины. Он лежал неподвижно, будто уже никогда не встанет, и, если бы он был человеком, возможно, так бы и было, но он им не был. Сначала послышался шумный вздох, а затем он попытался сесть, но похоже это причинило ему столько боли, что он упал обратно на землю, откашливаясь кровью, или, может, она стекала из его сломанного носа, было сложно понять. Я помогла ему сесть, чтобы он не захлебнулся собственной кровью.
Сюзанна была
– Это было жестоко.
– Он не умер. Если бы я был жесток, он был бы мертв, - ответил Никки, он уже расслабился, сменив позу после драки, но казалось, что у него были с этим проблемы.
Домино снова закашлялся кровью, и я никак не могла избежать того, что она попала на меня. Сюзанна присела на колени рядом со мной, чтобы помочь.
– Он ликантроп, - предупредила я.
– У меня нет никаких порезов, куда может попасть кровь, - она попыталась наложить повязку на его нос, но это мешало ему дышать. Она не боялась прикоснуться к истекающему кровью оборотню, очко в ее пользу, большинство не стали бы.
– Не дави на нос, ему так тяжелее дышать, - предупредил Никки.
– Как ты беспокоишься, - парировала она, хмуро взглянув на Никки, но все же перестала давить на лицо Домино.
– Вот как, ты назвала меня жестоким и жалеешь его?
– Ты жестокий и задира! Это было ужасно!
– ответила она, полна возмущения.
Никки посмотрел на меня.
– Анита, ты тоже считаешь, что я жестокий задира? Что я ужасный?
– Я считаю, что это пример культурных разногласий.
– Что?
– спросила Сюзанна.
– Они принадлежат разным видам оборотней. В культуре Домино такие драки длятся долго и в конце концов просто прекращаются, а в культуре Никки драки заканчиваются примерно так, как сегодня, - мне не хотелось пояснять к какому виду животных относился каждый из них, все равно что рассказывать кому-то, какое оружие у тебя с собой: в страхе или из желания доставить тебе проблем, человек может добавить подробностей к своей брехне, отчего его показания покажутся полиции более правдивыми. Не думаю, что Сюзанна из таких, просто таково мое правило, когда имею дело со столькими посторонними. Я совершенно не знаю могильщиков.
– Чушь какая-то, - ответила она.
– Ты можешь сидеть?
– спросила я Домино. Он кивнул, все еще кашляя с хрипами и кровью.
Сюзанна подошла к нему сзади н позволила прислониться к своему блестящему пожарному костюму. Я задумалась, подлежал ли он только чистке в химчистке, могла ли вообще кровь пропитать его. Один рукав моего жакета и бедро были окрашены его кровью. Я часто оставляла щедрые чаевые в своей химчистке.
– Он начал первым, - сказала я.
– Но он бы не ударил его просто так, - ответила Сюзанна, бережно прижимая Домино.
– Ну, так и есть, - сказала я.
– Да, это так, - отозвался Никки. Державшись более непринужденно, почти все напряжение драки его отпустило.
Я стояла напротив него, глядя на маленькую капельку крови в
– Он на самом деле тебя ударил, или его кровь попала на твое лицо?
Он облизнул угол рта:
– Моя.
Я улыбнулась.
– Как только он пролил кровь, все было кончено.
Никки развел руками, словно говоря: "Конечно".
– Ты переломал мои чертовы ребра, - сказал Домино сиплым от крови и повреждений носа голосом.
– Ты кашляешь кровью, значит одно из них могло повредить твое легкое, - сказал Никки, но он не выглядел виноватым.
– Ему нужна неотложка?
– спросила я.
– Ему нужен врач, не неотложка, если конечно он не хочет струсить и поспорить.
– Пошел ты, - ответил Домино, снова закашлялся кровью, затем наклонился, что причинило боль.
– Полагаю, никакой неотложки, - сказала я.
– Ему нужно в госпиталь, - вмешалась Сюзанна.
– А тебе нужны наручники, - она посмотрела на Зебровски.
Тот широко развел руками и сказал:
– От того, что он проиграл бой, он не перестал быть зачинщиком, ударившим первым.
– Это безумие, - ответила она.
– Нет, это правда, - подтвердила я.
– Ты не собираешься назвать меня задирой?
– спросил Никки.
– Нет.
Про себя я, возможно, назвала бы его львом, что для непосвященных означало бы то же самое.
Вергиены поломают тебя быстрее всех, покалечат, так что бой может закончиться раньше, но верльвы быстрее тебя убьют, и они более склоны к тестостероновым войнам между собой. С другими видами оборотней они старались сдерживаться. Львы нашего старого прайда так себя не вели, и я узнала о культурных различиях только из разговоров с Микой о других проблемных прайдах страны. А еще я видела, как Никки дерется с другими. Он не начинал первым, потому что знал, что я бы этого не одобрила, но без сомнения всегда заканчивал.
– Ты злишься на меня?
– спросил он
Я подумала и покачала головой.
– Нет.
Он улыбнулся.
– Означает ли это, что победителю достается девушка?
– Не дави.
Он улыбнулся шире, что вынудило его снова коснуться языком пореза в углу рта, показывая насколько глубоким он был, это означало, что улыбка причиняла ему боль, пусть и незначительную.
– Я все еще собираюсь погрузить прах в ручей, а затем мы сможем отвезти Домино к врачу.
– Я могу сам опустить пепел в воду, - предложил Мэнни.
– А ты позаботься о своем парне.
Я покачала головой.
– Я закончу дело, и мы остановимся по пути, чтобы сбросить остальную часть останков в реку, потому что я все еще на работе.
– Не думаешь же ты, что он будет ждать медицинской помощи, пока ты делаешь все это, - сказала Сюзанна, прижав Домино чуть ближе, защищая.
– Если он хочет, чтобы ты отвезла его в госпиталь или в Цирк Проклятых, я не возражаю.
– Он избил меня, а ты его поощряешь, - ответил он, кашляя уже меньше.
Я опустилась на одно колено перед ним.