Мерле и каменный лев

Майер Кай

— Куда мы летим? — спросила она немного погодя.

Уже остались в стороне укрепления фараоновых армий, вдали виднелась земля.

— Мне хотелось бы повидать мою родину, — тихо произнес Фермитракс.

— Нет! — сказала Королева Флюирия, впервые громко заговорив голосом Мерле. — У нас другая цель, Фермитракс.

На какое-то мгновение мерно шуршавшие

львиные крылья сбились с ритма.

— Это говорит королева? — спросил лев неуверенно. — Это — вы?

Мерле хотела что-то ответить, но к своему ужасу почувствовала, что не может преодолеть волю Королевы и заставить ее замолчать. С особой остротой она вдруг осознала, что отныне подчиняется не только себе одной.

— Да, это я, Фермитракс. Я здесь давно.

— Слушаю вас, Королева.

— Ты можешь мне помочь?

Лев, немного поколебавшись, кивнул своей массивной головой.

— Я помогу вам.

— Тогда слушай меня. Слушай и ты, Мерле. Мой Великий Замысел касается каждого из нас.

И с губ Мерле стали срываться слова, которых она не знала и не понимала: названия каких-то мест, необычные выражения и все время одно и то же имя.

Лорд Свет.

Она не могла понять, о чем речь, да и, если честно сказать, не хотела в эти минуты ни во что вникать или вдумываться. Сейчас ее ничто не могло ни поразить, ни озадачить. Они прорвались сквозь окружение — и это было самое важное. Они преодолели все препоны, которые воздвигла на их пути самая мощная армия в мире. Мерле испытывала такую радость, что все мрачные предсказания и все намерения Королевы Флюирии, казалось, совсем ее не касаются и не имеют к ней ни малейшего отношения.

Сердце у нее колотилось, как сумасшедшее, в ушах звенело, в горящие глаза бил встречный ветер. Все равно. Главное — они проскочили.

Она то и дело оглядывалась и видела, как ряды галер и уйма мелькающих в воздухе солнечных лодок исчезали из виду и наконец потерялись в серо-синей дымке горизонта, как песчинки этой Земли, которая слишком велика и могуча, чтобы безответно терпеть все бедствия, причиняемые ей египтянами.

Что-то

должно произойти. Мерле это бессознательно чувствовала. Что-то огромное, не поддающееся самой смелой фантазии. Она внезапно ощутила, что все с ней происшедшее было только началом, — детской игрой по сравнению с тем, что предстоит пережить.

Мало-помалу она начинала проникаться уверенностью, что судьба отвела ей особую роль в каких-то больших свершениях. Ей и Королеве Флюирии, а может быть и Фермитраксу.

Королева все еще о чем-то говорила голосом Мерле, но, хотя губы Мерле непрестанно шевелились и произносили незнакомые слова, она не смогла преодолеть усталость и с наслаждением закрыла глаза. Краткий покой и отдых. Наконец-то. Ей нестерпимо захотелось хотя бы минутку побыть наедине с собой. И с удивлением заметила, что это ей удается, несмотря на присутствие Королевы, которая нашла в ней, в Мерле, свое прибежище.

В скором времени беглецы достигли материка и полетели над засохшими неубранными полями, одинокими горами и сожженными деревнями, и долго-долго никто из них не произносил ни единого слова.

Лорд Свет, — это имя не выходило у Мерле из головы. Она ждала, что внутренний голос ответит на вопрос, объяснит смысл имени.

Но Королева Флюирия молчала.

Пальцы Мерле еще крепче впились в обсидиановую гриву льва. Хорошо, что есть на свете что-то надежное и доброе. Эта мысль очень успокаивает в этом тревожном мире.

Вдали, далеко-далеко на горизонте показались вершины гор. Земля, раскинувшаяся от берега моря до их подножья, была когда-то полна людей, кипела жизнью.

Но теперь здесь не было ничего. Ни растительности, ни животных, ни людей.

— Все погибли, — сказала тихо королева Флюирия.

Мерле почувствовала, что по телу Фермитракса прошла дрожь, протянула руку и ощутила на пальцах влагу. Она поняла, что обсидиановый лев плачет.

— Все мертвы, — прошептала Королева.

Они молча смотрели вперед, на приближавшиеся горные цепи.