Механикум
Шрифт:
— Могу тебя заверить, что это очень даже реально, Далия, — сказала Меллицина. — Мы создали это устройство, и мы не можем игнорировать потенциальную опасность, которую оно представляет для этих несчастных. И не только для них.
— А для кого еще оно может быть опасным? — удивилась Далия.
Меллицина снисходительно улыбнулась, и живая половина ее лица смягчилась, чего Далия никогда прежде не замечала.
— Ах, Далия, ты, конечно, очень умна в некоторых вопросах, но в остальном совершенно не разбираешься. Подумай
— А разве это плохо?
— Нет, конечно, но могу поручиться, что большая часть информации, полученной Зетой через это устройство, послужит для создания очередного, невероятно мощного оружия.
Далии вдруг стало так холодно, словно температура в зале понизилась до точки замерзания воды.
— Я вижу, ты начинаешь понимать, — продолжала Меллицина. — Все энтузиасты науки должны прежде всего обращать внимание на вопросы этики. Мы стараемся ради получения знаний, но нельзя забывать о том, как они будут использованы в реальном мире.
— Но…
— Никаких «но», Далия, — прервала ее Меллицина. — Нравится тебе или нет, но адепт Зета проведет это испытание. А нам лишь остается постараться, чтобы эмпат вышел из него живым и здоровым. Согласна?
— Согласна, — кивнула Далия, увеличивая поступление стимуляторов в мозг эмпата. — Но обещай, что мы будем пользоваться Чтецом Акаши только на благо Империума.
— Я не могу дать тебе такого обещания, — сказала Меллицина. — И никто не даст, но я верю, что когда-нибудь мы сумеем создать машину или силу такой разрушительной способности, что даже Человечество — раса, которая однажды уже чуть не уничтожила сама себя, — ужаснется и откажется от войн навсегда. Я надеюсь, что наша воля способна контролировать то, что создает наш разум.
— И я надеюсь, что ты права, — сказала Далия.
— Я… уже… умер? — простонал эмпат.
Обе женщины испуганно вздрогнули, их руки взлетели к губам и груди, а эмпат открыл глаза и посмотрел на связывающие его крепления.
Меллицина первой справилась со своими эмоциями и склонилась над эмпатом:
— Нет, ты не умер, ты просто вышел из состояния нейростазиса, вызванного препаратами. Сейчас стимуляторы смывают последствия применения пентобарбитала, и скоро деятельность мозга полностью восстановится.
Далия бросила в сторону Меллицины сердитый взгляд и тоже наклонилась к эмпату:
— Она хотела сказать, что все в порядке. Ты спал, но сейчас просыпаешься. Ты знаешь, где ты находишься?
Мужчина поморщился от яркого света кузницы, и Далия отметила, что его зрачки еще сильно расширены. Она подняла руку, чтобы заслонить его глаза, и эмпат благодарно улыбнулся.
— Извини, свет здесь немного яркий, — сказала она.
— Да, яркий, — согласился мужчина. Пелена в его взгляде уже
— Да. Знаешь, для чего он предназначен?
— Знаю, — кивнул он, как только Меллицина ослабила крепления, удерживающие его голову. — Адепт Зета все мне объяснила, когда выбрала меня проводником.
— Меня зовут Далия, а тебя?
— Иона. Иона Мил. — Он улыбнулся, и Далия поняла, что Северина была права. Он действительно красив. — Я бы пожал тебе руку, но…
Далия усмехнулась. Шутка была вымученной, но она оценила усилия, хотя и поразилась, что Иона пытается ее подбодрить, будучи привязанным к устройству, которое еще не до конца испытано.
— Мы собираемся начать? — спросил Иона. — Я полагаю, что все готово, раз меня разбудили.
— Да, адепт Зета собирается провести первое испытание нового устройства, — сказала Меллицина, застегивая последнее крепление.
— Отлично, — сказал Иона, и его голос, к удивлению Далии, прозвучал почти радостно.
— А ты не боишься? — спросила она, не обращая внимания на предостерегающий взгляд Меллицины.
— Нет. А должен?
— Нет, конечно нет, — поспешно заверила его Далия. — По крайней мере, я в этом уверена. Мы всесторонне протестировали машину, и, согласно результатам, она должна работать отлично.
— А ты тоже в этом участвовала? — спросил Иона.
— Ну да. Я помогала проектировать трон, на котором ты сидишь.
— Тогда я спокоен, — сказал он.
— Почему?
— Потому что я ощущаю твою заботу обо мне и сочувствие. Я знаю, что ты беспокоишься обо мне, но, уверен, ты сделала все, что могла, чтобы эта машина была безопасной.
— Как ты об этом узнал?
— Он же эмпат, Далия, — вмешалась Меллицина. — Они все такие.
— Ах да, конечно, — смущенно пробормотала Далия.
— На самом деле я с нетерпением этого жду, — признался Иона. — Употребить свой дар на благо Империума! Для человека с подобным талантом что может быть лучше, чем служба Императору? Скоро я все узнаю и стану частью того, что поможет Человечеству обрести свою судьбу. Я понимаю, это звучит немного напыщенно, но ведь все мы стремимся к этому, правда?
Далия улыбнулась. Она была несказанно рада, что перед ними не бессловесная жертва грандиозных замыслов адепта Зеты.
— Да, Иона, — сказала она. — Мы все стремимся именно к этому.
— Всем машинам равняться на «Викторикс Магна», — приказал принцепс Индий Кавалерио, кивнув в сторону своего штурмана. — Придерживайся курса, Лак.
— Да, мой принцепс, — откликнулся Лак и опытной рукой направил божественную машину через предательские ущелья, окружавшие сильно изрезанную местность на северной границе патеры Улисса.
— И увеличь частоту обзора ауспика, Пал, здесь слабая почва.