Механик
Шрифт:
Всем плевать! Маме, папе и… даже Матвею…
– Ты любила когда–нибудь, мам?..
– Я?..
– Ты. Знаешь, что это за чувство?..
Мама тихо усмехается и поворачивает ко мне голову. В глазах усталое снисхождение и тоска.
Она уже захмелела и расслабилась. Сняв маску железной леди, не держит лицо, и от того выглядит значительно старше, чем обычно.
– Думаешь, у меня кусок льда вместо сердца? Думаешь, что я чувствовать не умею?..
– Не знаю… поэтому и спрашиваю…
– А я умею!
Сделав большой глоток, мама запускает пальцы в свою укладку и начинает ворошить волосы.
– А сейчас ты его уже не любишь?
– Кого?..
– Папу…
Она смотрит на меня, как на дурочку и вдруг начинает смеяться. Только как–то невесело, с надрывом.
– При чем тут твой отец?
Глава 21.
Я теряюсь. Никогда раньше мы с мамой не говорили на подобные темы. В нашей семье вообще не принято обсуждать чувства, делиться сокровенным. Тем более, таким…
– Дурочка… – почти ласково выговаривает она, – наивная девочка…
– У тебя был кто–то до папы?..
Она резко замолкает, и будто закрывается. Отвернувшись, устремляет взгляд в сад.
– После папы…
– Что?!
– Это было пять лет назад, – начинает мама, – я тогда еще в районном суде работала…
Притихаю и неосознанно двигаюсь к ней ближе, потому что впервые она делится со мной личным.
– Он был лейтенантом тогда… следак из РОВД…молодой… младше меня на четыре года… – понижает голос и тихо добавляет, – женатый…
– А как же папа?..
– Да что ты заладила, папа–папа! – раздражается она, – твой папа – величина постоянная, был, есть и будет!
Залпом допивает вино и со звоном ставит бокал на стеклянную столешницу ротангового стола.
– У вас был роман?.. – осторожно спрашиваю маму, опасаясь, что сеанс откровений окончился, так и не успев начаться.
– Был… Я пыталась держаться, правда!.. Но какой там! – прикрывает глаза и начинает мечтательно улыбаться, – красавец!.. Дерзкий! Нахальный!.. Самомнение через край!.. Плевать на жену, на то, что я замужем… В общем, сорвалась я в омут с головой!
– И чем все закончилось?
– Мы встречались полгода… а потом я забеременела…
Онемев, большими глазами смотрю на маму. Она же опускает плечи и закрывает лицо руками. Выглядит настолько уязвимой, что мне хочется обнять ее, прижать к себе и сказать что–нибудь утешительное.
Но, нельзя… она не простит такого к себе отношения.
– И? Ты сделала аборт?..
– Сделала! – выкрикивает она, – сделала аборт и рассталась с ним!
– Почему?..
– Потому что думать надо головой, а не тем, то между ног! Ясно?! А он дурак! Жену бросил, развелся! Думал, я тоже все брошу и к нему прибегу… в однушку в пригороде!..
– А счастье?..
– Господи!
Отбросив мою руку, резко встает. Пошатываясь, направляется в сторону входа в дом.
– Ты не в меня! Ума ноль!.. Вся в отца и его мать… такая же квашня…
Даю себе десять минут на переваривание услышанного и только потом покидаю террасу.
Ошарашенная мамиными откровениями, я совершенно забываю у нее спросить, знает ли обо всем этом папа. И если знает, то откуда у него взялись силы простить ее.
Я бы не смогла…
Приняв теплую ванну, ложусь спать. Но расслабиться не получается, держит внутреннее напряжение, слишком много впечатлений за день. Хороших и не очень.
Стоит только мне перестать думать о маме, как в голове всплывают обрывки разговора с Матвеем. Где он сейчас?.. Поехал ли домой, как и обещал, или распивает вино с Аллой?..
Измученная нерадостными мыслями, домыслами и подозрениями, засыпаю далеко за полночь.
А просыпаюсь от ощущения холодного скольжения по коже. Распахнув глаза, откидываю одеяло в сторону, и вижу в постели черную змею! Извиваясь кольцами, она подбирается ко мне все ближе.
От ужаса цепенею. Страх сковывает тело, вымораживает внутренности. Даже пошевелиться не могу, глядя, как блестит в лунном свете ее кожа.
Она шипит и встает в стойку, подбираясь к моему лицу. Я отклоняюсь назад и начинаю кричать.
– Мама!.. Мама!.. – надрывая горло, захлебываюсь хрипами, но не слышу ни звука.
Выбрасываю руку, чтобы ее от себя оттолкнуть, но она оказывается быстрее. Делает молниеносный выпад и жалит меня в лицо.
Я хватаюсь за щеку и не успеваю опомниться, как змея вновь нападает. На этот раз вонзает клыки в грудь. Ее укусы ядовиты, яд, проникая в кровь, посылает по телу болезненные спазмы.
Больше не пытаюсь кричать, машу беспорядочно руками, но эта тварь точно знает, куда жалить. Бедра, руки, ноги, шея и живот… все кровит и пульсирует от невыносимой боли. Тело крутит, кости выламывает… Даже глоток воздуха приносит с собой нечеловеческие страдания…
Обхватив живот руками, сжимаюсь в комок, моля небеса, чтобы скорее все закончилось. Кажется, на мне уже не осталось живого места, а гадюка все жалит и жалит!..
Чувствую, как каждая рана сочится кровью, что горячими струйками заливает все тело.
Я умру… Я и мой малыш… От боли и потери крови…
С трудом втягиваю в легкие воздух и делаю еще одну попытку, последнюю…
– Мама!!!
Мой хриплый голос разрезает тишину, и я… просыпаюсь…
Сон!.. Слава Богу, это сон!..