Медь химеры

Пирс Энтони

Москитомуха прожужжала около ее губ, привлеченная пятнами крови. Глупое создание, она села на ее верхнюю губу. Немедленно язык Хелн высунулся наружу и слизнул муху с губы. Насекомое жужжало, когда она глотала его.

В тот же момент она услышала внутри себя какое-то ворчание. Потянувшись рукой вниз, Хелн похлопала себя по выступающему животу. Не бойтесь, Три Маленькие Головки! Мама будет кормить вас хорошо.

Отчетливого ответа она не услышала, только довольное урчание раздалось у нее в мозгу. Человеческие головы не могли так

скоро проявить себя. Но скоро все изменится. Все, что ей нужно, это находить подходящую пищу.

Еще одна москитомуха прожужжала, влетев в открытое окно. Хелн ждала ее, неподвижная, как камень, готовая поймать и проглотить.

Доктор Стерк тихо слушал, как Джон описывала ему недавнее поведение Хелн. К несчастью, было слишком очевидно, что с ней происходило.

– И вы уверены, что она ее съела? – спросил он.

– Да, должна была съесть! Вокруг ее рта была кровь и еще это перо. – Она протянула ему крохотное перышко.

– Разум часто выкидывает странные штуки у беременных женщин. Ее поведение может показаться ненормальным, даже странным, но я уверяю вас, что все это часть процесса.

– Правда, доктор? – в голосе девушки звучал вполне понятный скепсис.

– Правда. Просто наблюдайте за ней и докладывайте обо всем, что кажется не совсем нормальным. В случае необходимости я всегда могу прописать более сильное лекарство.

– О, доктор, я почувствовала себя гораздо лучше! Вы не представляете себе, как я перепугалась!

– Могу представить. Но даже у остроухих женщин возникают странные аппетиты и поведение, пока они вынашивают ребенка. Просто продолжайте вести себя так, как раньше, и все будет в порядке.

Он проводил ее до двери и выпустил наружу. После этого он, наконец, позволил себе состроить ту гримасу, которую так тщательно подавлял.

В порядке, как же! Ничего подобного! – мрачно подумал он. Все указывало на синдром химеры. Если это было так, а доктор был совершенно в этом уверен, ничто не спасет эту девушку и ее ребенка, кроме определенного порошка.

А за ним, горько подумал он, мне придется отправиться к торговцу порошками. Увы, он слишком хорошо знал, что такие торговцы должны были находиться где-то в очень отдаленной вселенной.

Сент-Хеленс услышал, через толстую дверь как они разговаривают. Затем тюремщик распахнул дверь настежь, и они зашли внутрь. Он встал, напомнив себе, что они королевской крови, хотя, как говорит пословица, щенки останутся щенками.

Они стояли там в своих маленьких золотых коронках, два совершенно одинаковых на вид и, очевидно, совсем маленьких мальчика.

– Мое имя Кильдей, генерал Рейли, – сказал тот мальчик, который стоял справа. – Я монарх Колландии.

– А я Кильдом, – сказал другой мальчик. – Король Канции.

Сент-Хеленс позволил себе легкий поклон. Только номинально, подумал он. Вы правители только номинально. В его родном мире, на Земле, любая королевская власть, которая еще существовала – в Англии и кое-где

в Европе – была чисто номинальной. Ни одно измерение не было полностью тождественно другому, но некоторое сходство сохранялось.

– Наша надежда, – сказал Кильдей, – в том, что вы согласитесь перейти к нам.

– Вы имеете в виду… – Сент-Хеленс едва мог поверить услышанному, – «перейти на сторону противника?»

– Это соответствовало бы действительности, генерал Рейли, сказал Кильдом. Мальчик потянулся вверх и снял свою корону; он держал ее в руках словно бы в знак уважения. Его брат-близнец повторил его действия.

– И каким же образом это соответствовало бы действительности? Я солдат и делаю то, что от меня требуется. – Странные малыши. Думают ли они действительно так, как взрослые?

– Генерал Рейли, вы неплохой человек, – сказал Кильдом.

– Спасибо, я стараюсь, однако мне не всегда это удается. – Если это игра, то это было лучше, чем их игра в «пи-пи», так что он был готов немного подыграть им.

– Но вы выступаете на плохой стороне.

– Я это подозревал. Но вы ничего не можете знать о пророчестве.

– Есть пророчество, – сказал Кильдей. – Мы знаем о нем от Хельбы.

Ему следовало бы об этом знать! У ведьм есть свои дьявольские источники информации.

– Вы знаете о пророчестве? О том, где говорится о Круглоухом?

– Да. Пророчество о Келвине из Келвинии.

– Тогда вы понимаете, – сказал он, вздыхая, – что мы мало что можем сделать, чтобы изменить его.

– На самом деле это возможно.

Это озадачивало. Он едва ли мог ожидать от этих детишек сложных философских рассуждений.

– Объединение четырех, – сказал Кильдом, – возможно, вовсе не означает объединения путем военных действий королевства Келвинии с королевствами Колландия, Канция и Германдия.

– Нет? Тогда что же это означает?

Мальчик нахмурился.

– Пророчество может быть не совсем однозначным, как говорит Хельба, и подвергаться интерпретации.

– Ты не думаешь, что оно означает объединение Келвинии с тремя оставшимися королевствами? Троод там, куда любое воюющее королевство обращается за оружием и наемниками, а в Офал и Роттерник никому не удалось проникнуть еще со времен визита Маувара! Что касается мнения прибывших позднее, таких, как я, то эти королевства, возможно, даже не существуют!

– Тем не менее, – педантично сказал мальчик, – Келвинии может оказаться совсем необязательно завоевывать нас.

– Не говорите мне, что вы хотите сдаться! – Сент-Хеленс обнаружил, что ему уже трудно сдерживать свое веселье. Эти двое на самом деле были теми, кем казались: детьми.

Кильдом посмотрел на Кильдея и пожал плечами. Кильдей пожал плечами в ответ. Оба мальчика посмотрели на него. Они чего-то ждали.

– Что ж, вы этого хотели или нет? – Сент-Хеленс задал чисто риторический вопрос. Их шутка вот-вот должна была закончиться пиковым моментом.