Медь химеры

Пирс Энтони

– Куда ты идешь, Джон?

– Я скоро вернусь.

Она встретила доктора Стерка в коридоре. Он посмотрел прямо перед собой птичьими глазами и вложил в ее руки склянку.

– По три капли два раза в день в ее чафир, – сказал он и проследовал дальше.

Что ж, подумала Джон, по крайней мере, не пришлось уговаривать его. Очевидно, он тоже заметил. Но осмелится ли она довериться его лекарствам, учитывая его очевидное раболепие?

Она вернулась в их комнату. Хелн посмотрела на нее глазами, в которых явно отражался ужас. Это

было совсем не подходящее выражение лица для будущей матери.

«Это решает дело! – снова подумала Джон. – Мучений было уже достаточно! Мне остается только довериться врачу. В конце концов, кто захочет повредить младенцу? За исключением некоторых лиц королевской крови…»

– Хелн, пришло время выпить чафира. – Она дернула за шнурок, чтобы вызвать служанку. Через мгновение та появилась с большим дымящимся сосудом, полным напитка, и с блюдечком, на котором лежало несколько крошечных, на один укус, пирожных.

Джон разлила чафир по чашкам и аккуратно добавила в чашку Хелн три зеленоватые капли. Она размешала их ложечкой, и вязкое, тягучее сиропообразное лекарство смешалось с напитком темно-зеленого цвета.

– Пей, Хелн. – Она смотрела, как прекрасная темноволосая жена Келвина вяло взяла чашку и медленно отпила глоточек. Глаза Хелн расширились. Она снова взяла чашку обеими руками и жадно выпила из нее все, до последней капли. Джон надеялась, что это хороший знак.

Глава 15. Исчезновение

Голова Мервании придвинулась к Келвину и заговорила в том возбуждающем и тревожном тоне, который она так хорошо умела применять:

– Келвин, поскольку ты спас нас от уничтожения, мы не будем есть ни тебя, ни твоих спутников.

– Ты нас отпускаешь? – Она снова с ним играет или нет? Она любит играть со своей пищей, как говорила ее голова-компаньон. Келвин нисколько не верил ей.

– Да, да, отпускаю, но за определенную плату. – Это было сказано очень милым тоном, ее лицо почти касалось его лица. Даже дыхание Мервании казалось сладостным, когда она говорила это.

– За какую же? – Они уже были во власти химеры, и она могла забрать все, что было у Келвина или у его спутников. Конечно же, она не заключает сделку на поцелуй!

– Эти драконьи ягоды, которыми пользовался Кайан. Я хочу получить немного, – сказала она очень просто и серьезно, без всяких видимых хитростей.

Келвин с несчастным видом посмотрел на Кайана. Ему ужасно не хотелось говорить за него, а просто молчать он не мог.

– Они пропали, – сказал Кайан, помогая Джону подняться на ноги. – Их забрали лягушкоухие.

– Очень жаль, – произнесла Мервания. На этот раз в ее голосе слышалась печаль. Если драконьи ягоды пропали, то тогда и они тоже пропали, и ничего нельзя было с этим поделать. У людей не осталось ничего для заключения сделки.

– Грромпф, – заметил Грампус. Он широко раскрыл свою драконью пасть, чтобы показать огромные, похожие на мечи, зубы.

– А теперь ку-кушать, – добавил Мертин, делая излишний уже теперь

перевод. Он совсем не жалел об этом. Если драконьи ягоды так много значили для Мервании, то для него они значили гораздо меньше.

– Подождите! Подождите! – закричал Келвин. Он еще никогда в жизни не был в такой панике. Не успеть сейчас быстро сообразить значит обречь себя и своих товарищей на съедение. – Предположим, мы принесем вам немного ягод? Может быть, мы принесем вам семена, и вы сможете вырастить их у себя на острове? Тогда у вас всегда будет запас ягод.

Мервания застенчиво склонила набок голову.

– Это было бы превосходно, Келвин.

Да, подумал Келвин. Если только там, дома мы сможем достать семена, а квадратноухие пропустят нас сюда.

– Я прочла твои мысли, Келвин, – укоризненно сказала Мервания, квадратноухие пропустят вас. Только вы сначала должны им все рассказать.

– Мы так и сделаем, – подтвердил Келвин. Не отдавая себе в этом отчета, он подобрал старое медное жало. Зеленоватый налет слетел с него в том месте, где оно ударилось о пол. Затем он перевел взгляд на Стапьюлара, который теперь был неподвижен и молчалив, и масло уже больше не вытекало из его пронзенной мечом глотки.

– Ты можешь забрать обратно свое оружие, – сказала Мервания, но ты не должен трогать оружие охотника.

 

– Это вполне честно, – заметил Келвин. Он пересек камеру, подошел к пригвожденному к стене телу Стапьюлара, и правая перчатка помимо его воли потянулась к рукоятке меча. Он зачарованно смотрел, как его рука вынимает меч. Лезвие меча покрывал толстый слой густой темной смазки, которая, вероятно, должна была помочь лучше сохранить металл. Перчатка вытерла большую часть смазки о тело Стапьюлара, потом вложила меч в ножны. Рука Келвина теперь снова принадлежала ему.

– Вы должны рассказать об этом квадратноухим, – предупредила Мервания. – Они должны узнать о том, что здесь планировалось, и придти забрать этого робота и его оружие и сделать так, чтобы это никогда больше не повторилось.

– Очень рад, что оказался полезен, – сказал Келвин. Он заглянул в раскрытые голубые глаза робота, которого он принимал за человека, и невольно подумал, – хлам, всего лишь металлический хлам. Он совсем не из плоти и крови.

– Да, – подтвердила Мервания, – великолепная имитация.

И все же ему казалось, что Стапьюлар живое существо. Было ли это действительно так, или это все же была магия?

– Это то, что твой отец называет наукой, – сказала Мервания.Теперь вы свободны и можете идти. Однако не забывайте о том, что вы согласились сделать.

– Мы поговорим с квадратноухими, – сказал Келвин. – Если они разрешат нам, мы принесем тебе семена драконьих ягод. – Неосознанно он схватился левой рукой за древко медного жала-копья.

– Можешь забрать его с собой, – заметила Мервания. – Для меня оно не более важно, чем для вас отстриженные волосы и обрезанные ногти.