Мечтатели
Шрифт:
– Пожалуйста, не вешайте трубку, мсье Толбот.
Сави сорвался с дивана и бросился в спальню Мишель. Он выругался, увидев пустую кровать. Сави бросился к телефону:
– Когда вы ее видели, мсье?
– Минут пять назад. В общем-то я звоню из будки на станции.
– Метро закрыто, – сказал Сави скорее самому себе, нежели Толботу. – Вы видели, куда она пошла?
– В один из пешеходных тоннелей, инспектор. Что-то не так, да?
«Ты прав, mon ami».
Вчера реакция Мишель на приход Стивена Толбота показалась ему крайне показательной. Незаметно он проверил время и место обеда, на котором присутствовал, как он сказал
– Хотите, чтобы я пошел за ней, инспектор? – спросил Стивен Толбот.
– Нет, – твердо ответил Сави. – Не предпринимайте ничего, пока я не приеду. Я уже выезжаю.
– Но, инспектор…
– Делайте, как я говорю. – Сави бросил трубку.
«Какого черта она делает на Данфер-Рошерю?» И хотя он упорно напрягал память в поисках ответа, остальное происходящее казалось ему достаточно ясным. Каким-то образом требование выкупа было доставлено Мишель, а с ним и указания, куда и когда прийти. Сави перебрал всех, кто находился в квартире в течение последних двадцати четырех часов. Это были Эрнестина – экономка, доктор и женщина, хозяйка кондитерской – мадам Деламан. Первых двух Сави исключил сразу же: экономка не покидала квартиры, а доктор был тем человеком, который ни при каких обстоятельствах ни за что не разрушит жизни пациента. Этим курьером могла быть мадам Деламан. Зажав трубку между ухом и плечом, Сави пытался надеть куртку. Когда его соединили со штабом, он вызвал две машины.
– Прикажите патрулю подождать меня, – сказал он и добавил. – Убедитесь, что у них с собой оружие.
«Данфер-Рошерю… Но метро закрыто, и она не может войти на станцию. Только не в тоннель для поездов. Что же там еще есть?»
Водитель Сави был вызван из снов стуком в стекло.
– Данфер-Рошерю, – рявкнул Сави. – Что же там такое?
Сонный полицейский решил, что его шеф сошел с ума.
– Метро?
– Да, идиот! Полицейский зевнул.
– Там еще есть катакомбы. Мой сынишка все допекает меня, просит взять его…
– Вот оно!
Сави схватил радиотелефон и связался со штабом. Через десять минут у него было имя геолога центральной службы карьеров – ведомства, смотревшего за катакомбами с XIX века.
– Найдите ее адрес и пошлите за ней машину немедленно, – рявкнул Сави. – Да, сейчас! Если кто-то начнет тянуть, отсылайте его прямо к министру внутренних дел. Она нужна мне на Данфер-Рошерю через полчаса.
Он повернулся к шоферу: – Ну, чего ждешь?
Если бы стальная дверь не была помечена, как говорилось в письме, Мишель бы прошла мимо. Дверь, похоже, была запечатана пломбой в бетонной арке, которая уходила Бог знает куда. Мишель уперлась ногой и толкнула, дверь подалась на несколько дюймов. Напрягшись, Мишель удалось сделать щель достаточной для того, чтобы протиснуться в нее.
Мишель сделала два шага в темноте и вскрикнула, когда ее нога наткнулась на что-то. Она встала на колени, дотронулась пальцами до грубой ткани. Она быстро развязала ремешок и, пошарив внутри рюкзака, нашла большой мощный фонарь. К его ручке
«Слава Богу».
Свет помог ей преодолеть страх. Мишель заставила себя отключиться от всех шорохов из темноты: возни крыс, медленного капанья воды со сталактитов, шуршания каких-то существ, невидимых ей. Она сосредоточилась на карте. Как и обещали похитители в своем письме, она содержала все подробности, так что она не заблудилась бы в темноте лабиринта. Мишель посветила вокруг и сделала первый шаг.
Она медленно и неуверенно шла. Перед каждым поворотом Мишель изучала карту. Она шла по известняку, гладкому, как стекло. Иногда, чтобы протиснуться в расщелину, ей приходилось ползти. Чем глубже она спускалась, тем сильней становилась клаустрофобия.
«Кассандра… Думай только о Кассандре».
Мишель потеряла счет времени. Ее продвижение казалось ужасающе медленным, но идти быстрее она не могла. Дважды она чуть было не повернула не в том месте. С этого момента она все время держала карту на свету, переводя взгляд с бумаги на тропу под ногами.
Мишель подошла к повороту и увидела пробивающийся из-за острой скалы свет. Она подалась вперед, протискиваясь в узкую расщелину, и ввалилась в галерею с песочного цвета стенами. Там сидел человек в темном капюшоне, окруженный керосиновыми лампами.
– Вы кто?
Мишель резко вскрикнула и бросилась вперед. Ей было безразлично, что у него пистолет и что он велел ей не двигаться. Рядом с ним она увидела тело, завернутое в спальный мешок. На повернутом к ней лице была повязка. Это была Кассандра.
Стивену было нетрудно найти галерею. Он запомнил дорогу. Именно он давал Гарри указания, как нарисовать карту. Пройдя тем же путем, которым незадолго до него прошла Мишель, он согнулся и вошел в галерею. Мишель склонилась над Кассандрой, держа голову дочери на коленях. Кассандра застонала и заворочалась, слабо мотая головой из стороны в сторону.
– Мне казалось, я велел тебе дать ей вовремя долю морфия, – сказал Стивен.
Мишель с удивлением смотрела на него.
– Стивен! – До нее дошел смысл сказанного им. – Морфий… Ты знаешь об этом? Кто он? – Мишель указала на загадочную фигуру с пистолетом.
– Ради Бога, Гарри, сними этот дурацкий капюшон, – велел ему Стивен.
– Гарри?
Мишель не понимала, что происходит, словно весь мир перевернулся вверх тормашками.
– Вы увезли Кассандру?
– Здорово придумано, Стивен! – закричал Гарри, стаскивая капюшон. – Ты обещал, что она никогда не узнает, что я в этом замешан.
Мишель ахнула, когда Гарри открыл лицо. Она переводила взгляд с одного на другого, а страх переходил в гнев.
– Ради Бога, что ты делаешь?
– Почему бы тебе не рассказать ей, Гарри? – предложил Стивен, придвигаясь к свету. – И давай побыстрее. Полиция не отстанет.
– Почему бы тебе не принять наши предложения? – зарычал Гарри.
– Предложения? О чем ты говоришь? Все, что вам было нужно – это деньги! – она бросила Гарри сверток. – Давай открывай. Все здесь.
Гарри со злостью разорвал обертку.
– Проклятье, что это? Нам не нужны деньги! Ты должна была принести свои документы по дорожным чекам.
– Не знаю, о чем вы говорите.
Сердце Мишель забилось, когда Стивен упомянул полицию. Теперь ей хотелось потянуть переговоры, воспользовавшись заминкой, в то время как полиция шла по следу.