Мечтатели

Шелби Филип

47

Монк Мак-Куин пытался сделать невозможное. Ни он, ни Кассандра не могли покинуть Париж до тех пор, пока он не был уверен в том, что операции с дорожными чеками находятся в надежных руках и осуществляются так же, как и прежде. Это требовало долгих совещаний с Розой Джефферсон, банкирами Ротшильдом и Лазаром и целой когортой французских юристов. Временами Монку казалось, что для выполнения всех дел в сутках недостает нескольких часов. Но самое худшее заключалось в том, что он был вынужден проводить

так много времени вдали от Кассандры.

Хотя Эрнестина переехала вместе с ними в «Ритц» и делала для Кассандры все от нее зависящее, Монк был обеспокоен бледностью своей дочери и большой потерей веса. Кассандра почти не покидала гостиницы, а когда они выходили, чтобы перекусить, она всегда сидела молча за едой. Ничто из того, что говорил или делал Монк, казалось, не трогало ее. Как будто она уходила в свой собственный мир, подальше от боли и страданий.

Однажды вечером, когда Монк размышлял над тем, как помочь Кассандре, она подошла к нему и села рядом с ним.

– Отправь меня домой, пожалуйста.

– Я не могу, солнышко, – ответил Монк. – Мне нужно провести здесь еще по меньшей мере две недели. Кроме того, до этого срока нет кораблей.

– Есть другой путь.

Кассандра показала ему вырезку из газеты. Монк сдвинул свои очки на кончик носа.

– Это несерьезно.

– Серьезно, – ответила она твердо.

– Но даже если я смогу купить тебе билет, ты будешь путешествовать в одиночку.

– Я уже путешествовала в одиночку раньше. Кроме того, Абелина сможет встретить меня.

Монк покачал головой.

– Я не знаю. Это, похоже, очень долгое и трудное путешествие.

– Ты хочешь сказать, что это опасно.

– И это тоже, – согласился Монк.

– Нет, – резко сказала Кассандра. – Это будет весело. Пожалуйста, разве ты не видишь, что творится со мной здесь? Тебя все время нет со мной. Эрнестина пытается меня занять чем-нибудь, но каждый раз, когда я выхожу на улицу, я вспоминаю маму. Это были наши улицы, наши магазины… Это был наш город. Больше этого нет и никогда не будет.

Монк уловил здравую мысль в словах Кассандры и подумал о том, какой счастливой она чувствовала себя в Нью-Йорке. Кто бы мог оспорить, что она знала, как ей будет лучше?

На следующее утро Монк позвонил Розе и объяснил ей, что ему нужно.

– Считай, что все сделано, – ответила она. – Как раз в это же самое время прибыли два человека, с которыми тебе надо встретиться.

Три дня спустя Монк и Кассандра сели в экспресс, отправлявшийся в Марсель. Там они на такси добрались до доков и собственными глазами увидели то, что привлекало к себе тысячи зевак. В доках легко покачивался на воде сияющий серебристо-голубой самолет-амфибия с эмблемой компании «Пан-Америкен» на фюзеляже и хвосте. Под окном пилота золотыми буквами было написано его название: «Янки клиппер».

– Это восхитительно, – возбужденно сказала Кассандра.

– Путешествие будущего, – предположила Роза. – Путь от Марселя до Порт-Вашингтона

в Нью-Йорке займет почти двадцать семь часов, но вы будете путешествовать с большим наслаждением. Там есть отдельные каюты для пассажиров, гостиная, и даже дамский салон.

Глаза Кассандры засияли.

– По какому маршруту он полетит?

– Отсюда в Лиссабон, затем на Азорские острова и длинный трансатлантический перелет домой.

– Я полагал, что линию планировали открыть не раньше чем через восемнадцать месяцев, – сказал Монк.

– Так оно и есть, – ответила Роза. – Это рекламный полет.

Монк отвел Розу в сторону.

– Ты уверена, что это безопасно? С ней все будет в порядке?

– Монк, клиппер летал через Тихий океан в течение нескольких лет. На борту экипаж из двенадцати человек, который обслуживает всего лишь 22 пассажира. Поверь мне, с Кассандрой все будет в порядке.

Посмотрев на выражение лица дочери, Монк оставил все свои сомнения.

– Ты будешь телеграфировать мне с каждой остановки?

– Конечно!

– И как только ты прибудешь в Нью-Йорк? Кассандра положила ладонь на его щеку. Его кожа запылала под ее прикосновением, потому что это был точно такой же жест, которым так часто пользовалась Мишель.

– Скорее возвращайся домой, – прошептала она. – Все, что я хочу, это видеть тебя дома.

– Я обещаю, солнышко.

– Я люблю тебя.

– Я тоже люблю тебя, Касс.

Беспокойство вновь охватило Монка, когда «Янки-клиппер» с ревом пронесся над заливом и устремился в небо. На обратном пути в Париж Роза представила его двум своим друзьям и ближайшим помощникам, Хью О'Нилу и Эрику Голланту.

– Я предлагаю, чтобы они управляли «Глобал тревелер чекс» в Европе, – сказала Роза. – Хью и Эрик знают финансовый бизнес досконально. Эрик может остаться в Париже, для того чтобы следить за финансовой стороной дела, в то время как Хью сможет решать возникающие проблемы где бы то ни было в Европе. У него все еще ирландский паспорт. Пользуясь традиционным нейтралитетом Ирландии, он не будет испытывать трудностей при пересечении границ.

Монк был согласен. У обоих была отличная репутация. Но самое главное, он видел, что Роза держит свое слово: она не ищет для себя другой роли, кроме администратора на расстоянии вытянутой руки.

После возвращения в Париж им потребовалось менее недели, чтобы выработать взаимоприемлемое соглашение. Затем Монк собрал всех европейских управляющих и рассказал им о произошедших изменениях. Убедившись в том, что все идет по плану, он отбыл в Берлин.

– Единственная вещь, которой не знают ни О'Нил, ни Голлант, это настоящая цель путешествия, – говорил Монк Абрахаму Варбургу, когда они встретились в особняке банкира, построенном в готическом стиле, в Ванзее. – Вам надо будет найти надежных людей в Париже, которые смогут занять место Мишель во Франции.