Мечта Дракона
Шрифт:
– Говорят, иногда, покидая тело умирающего, душа, подобно урагану, проносится по комнате. Мне тоже стало бы от этого не по себе.
Элвин кивнул.
– А ведь когда Фердик умер, Рианнон сидела подле него и держала отца за руку.
Бэйлин снова ковырнул снег носком сапога.
– Но что подумает обо всем этом Мэлгон? Он приказал нам беречь ее... а как мы привезем ему такую жену?
Бледная как приведение, бормочущая что-то непонятное с отсутствующим диким взглядом... Я так ничегошеньки и не понял из ее бессвязного лепета, понял только, что просит увезти ее поскорее из Катрайта.
– Еще одна зимняя поездка, и Гвеназет просто выйдет из себя, – угрюмо пробурчал Элвин. – Эти мои неурочные путешествия гораздо сильнее действуют на нее, чем военные походы. Она говорит, что не может спать спокойно, когда я так далеко, да еще в такую непогоду.
Бэйлин глянул на пасмурное, неприветливое небо.
– А нынешняя зима обещает быть суровой, я бы тоже предпочел переждать ее в Диганви. – Он повел широкими плечами. – Клянусь, каждый дюйм моего тела болит от всех этих ночей, проведенных на холодной земле.
– Тогда пошли спать, – устало произнес Элвин. – Завтра – дальний путь.
Мужчины вошли в палатку и заняли свои места по обеим сторонам от Рианнон и ее рабыни. Несколько раз за ночь королева будила всех своими стонами и беспокойными метаниями в ночных кошмарах. Однажды она позвала Эсилт, и оба воина резко вскинули головы, чтобы переглянуться, но в кромешной тьме палатки им это не удалось. И они ни словом не обмолвились о происшедшем – ни ночью, ни на следующее утро.
– Вернулись? Так быстро? – Мэлгон удивленно посмотрел на входящих в комнату совета Бэйлина и Элвина. В Это время он был поглощен подсчетом зимних припасов и потому не слышал, как часовой приказал страже открыть ворота.
– Да, милорд. – Элвин устало опустился на скамью напротив своего короля. – Фердик умер в тот день, когда мы приехали. Едва отдохнули наши кони, мы пополнили запасы провизии и сразу же двинулись в обратный путь.
– Что ж, так быстро все решилось? Кто же новый король бригантов?
Бэйлин покачал головой.
– Это еще не решено. Даже не обсуждалось как следует. Мы торопились обратно не для того, чтобы привезти срочные известия.
– Тогда почему же? – резко спросил король.
Бэйлин колебался. Он присел рядом с Элвином и, наконец, ответил:
– На этом настояла Рианнон.
– Рианнон настояла? – Мэлгон отбросил в сторону свои подсчеты. – Моя жена не имеет привычки отдавать распоряжения.
– Но королева была... да и теперь она не совсем в себе. Она умоляла увезти ее из Катрайта.
Мэлгон поднялся на ноги.
– Рианнон не испытывала особой нежности к своему отцу. Не понимаю, неужели на нее настолько подействовало горе, что вы не смогли задержаться всего на несколько дней?
– Ты прав, я тоже не думаю, чтобы так сильна была боль этой утраты, однако что-то, несомненно, произошло, – сказал Бэйлин. – Королева почти
– Она больна? – нахмурившись, прервал его Мэлгон. – Я так и знал, отправлять столь хрупкую женщину в трудное зимнее путешествие – просто безумие.
– Но я не сказал бы, что она больна, по крайней мере не телесно, это уж точно. Однако ее рассудок...
Мэлгон сверкнул глазами в сторону своих подданных:
– Что такое? Что вы тут плетете?
Бэйлин с Элвином переглянулись, и последний прервал напряженное молчание:
– Мы полагаем, что Рианнон видела душу, покидающую тело Фердика, и это повлияло на ее разум.
– Его душу? Вы хотите сказать – его гнилую душонку? – Мэлгон скорчил недовольную гримасу. – Не верю. Я видел множество смертей и почему-то ни разу не заметил, как душа покидает тело, во всяком случае – ничего похожего на то, как это описывают барды.
– Я тоже не верил в это раньше, – проговорил Бэйлин. – Но Элвин сказал мне, что Рианнон когда-то училась чародейству и, может быть...
Мэлгон бросил на Элвина холодный взгляд:
– Ты от кого это слышал?
– Мне сказала Гвеназет. Она говорит, что Рианнон училась у волшебника и знахаря, который лечил бригантов.
– Так вот, забудь об этом. Моей жене неприятно вспоминать то время, и я не хочу, чтобы об этом трепали языками.
Элвин озадаченно глянул на короля:
– Разумеется, милорд. Я только думал, что сумею как-то объяснить, почему королева смогла увидеть недоступное всем прочим смертным.
Мэлгон грохнул кулаком по дубовой столешнице.
– Болтовня о духах и привидениях достойна лишь сплетников-рабов. Рассказывайте, что произошло на самом деле. Что случилось с Рианнон?
Бэйлин набрал побольше воздуха в легкие и заговорил:
– Когда ее вывели из покоев Фердика, она шла как оглушенная, никого и ничего вокруг не замечая. Служанка уложила ее в постель, а мы направились в общий зал, чтобы разузнать что-нибудь о преемнике усопшего. Вскоре после этого к нам вбежала насмерть перепуганная Рианнон. Она умоляла, чтобы мы побыстрее доставили ее обратно в Диганви. Нам с великим трудом удалось уговорить ее дождаться следующего утра – чтобы дать отдохнуть лошадям. – Бэйлин смущенно пожал плечами. – После того она вообще не разговаривала с нами, если не считать вскриков во сне и бессвязного бреда по пути домой. Говорю тебе, Мэлгон, твоя жена не в себе.
Окинув своих собеседников внимательным взглядом король направился к двери.
– Я иду к ней, – заявил он. – Возможно, Рианнон сумеет дать мне более толковые объяснения, чем вы.
Мэлгон быстро шагал по грязному крепостному дворику. Дорогу ему преградила Гвеназет; глаза ее не по-доброму сверкали.
– Рианнон спит, – сказала она.
Мэлгон лишь кротко кивнул и проследовал дальше. Стремительно преодолев пространство, отделявшее его от спальни, он резко постучал в дверь. Ответа не последовало. Он вошел. Комната освещалась лишь слабым светом горящего очага, так как окна были занавешены от холода. Король быстро прошел к кровати, на которой, плотно завернутая в шкуры и одеяла, лежала Рианнон.