Мечник
Шрифт:
Я покидаю зал для проведения занятий по рукопашному бою, выхожу в левую дверь и, пройдя коротким коридорчиком, оказываюсь в самых настоящих развалинах большого трёхэтажного дома. Это придумка Филина: чтобы не тратиться на обустройство нормального стрелкового тира, он решил, что под стрельбища прекрасно подойдут руины дома, вплотную примыкающие к казарме воинов отряда. Надо сказать, что эта затея себя уже показала во всей красе и была одной из самых удачных. Действительно, показатели бойцов за то время, что они тренируются здесь, оказались очень хороши. Поле полем, беготня беготнёй, а такая тренировка, когда воин перемещается по
– Ну что, – возле стены стоит Егор Черносвит, для своих Филин, и кивает на стол с оружием, – может, по-македонски, с двух рук?
– Мне бы с одной справиться, а с двух – это не ко мне.
– Что возьмёшь?
– Давай АКС.
Поверх горки я надеваю разгрузку, беру автомат, к нему три магазина и выхожу на исходную позицию. Жду команду Филина, который засекает время и даёт отмашку:
– Пошёл!
В автомат – магазин, передергиваю затвор и, перепрыгивая груду красных кирпичей, влетаю в первое помещение. Перекат в сторону и короткая очередь в несколько патронов. Соломенная голова мишени отлетает в сторону, а я отталкиваюсь от одной стены и по узкой полоске пола перекатываюсь к другой, где и прячусь за груду каких-то досок. Так и есть: Филин, хитрец, рядом с первым условным противником разместил второго. И если бы я рванулся дальше, то пришлось бы начать прохождение стрелковой полосы по новой. Снимаю и эту мишень, путь свободен, и двигаюсь дальше.
Продвижение вдоль стен, и обнаруживается очередная цель – разместившийся на стене снайпер. Тело действует привычно, рука нажимает на спуск, и короткая очередь снова разрывает окрестную тишину. Где-то слева и справа идут ещё два стрелка, и, пройдя четыре комнаты, мы встречаемся, и начинается работа тройкой. Поочередно прикрывая один другого, экономно расходуем боезапас, сшибаем одну мишень за другой, прочёсываем всё здание и проходим развалины насквозь.
На той стороне нас уже ожидает Филин, который смотрит на хронометр. И, утирая со лба пот, застилающий глаза, я спрашиваю его:
– Как результат?
– Неплохо, Мечник. Две минуты сорок три секунды. Но тренироваться надо больше, и один из твоих бойцов условно подорвался на растяжке.
– А у кого самые лучшие показатели?
– У наших гвардейцев, из тех, кто с самого начала в отряде. Средний результат две минуты тридцать пять секунд. – И, предваряя мой вопрос, он говорит об остальных бойцах: – С казаками тоже норма, что здесь, что в поле, что по рукопашке, немногим от ветеранов отстают. А вот наёмники и искатели приключений, которых ты со Ставрополья приволок, полный швах. Половину можно хоть сейчас отсеивать и не жалеть, слабенькие ребята и, как правило, специалисты в какой-то одной и очень узкой области.
– Например?
– Долго рассказывать, но в общих чертах: есть хороший стрелок, а в остальном дурак дураком. Или наоборот: настоящий мечник и лучник, а пистолета опасается. Что с ними делать будешь?
– Ничего, натаскай их по максимуму, а по весне мы этих бойцов, кто в наш коллектив не вольётся, Каре передадим, когда к нему обоз с боеприпасами пойдёт. У Бурова этой зимой такие потери в личном составе ожидаются, что он перебирать не будет и возьмёт к себе любого, кто автомат хотя бы издали видел. Ладно, с личным составом разберёмся, а у меня к тебе рационализаторское предложение по прохождению
– Какое?
– Надо пороховые имитаторы сделать и использовать их вместо гранат.
– Это я и так знаю, на моём заводе их уже делают, так что через пару деньков все будет. – Филин потёр свою усыхающую левую руку, поморщился и добавил: – Блин! Чуть не забыл, тебе Ерёменко минут пять назад на телефон звонил и просил с ним на связь выйти.
– Откуда звонок был?
– Из его дома.
Вернувшись в здание, я прошёл в дежурную комнату, где всегда находилось не менее двух воинов из гвардейцев или казаков, и взял телефонную трубку.
– Центральный коммутатор, – раздался в трубке приятный женский голосок.
– Девушка, соедините, пожалуйста, с абонентом номер пять-четыре-ноль.
Идут гудки, и спустя полминуты я слышу бас своего начальника:
– Полковник Ерёменко.
– Здрав будь, командир, – приветствую его.
– Привет, Сашка.
– Ты меня искал?
– Да, дело есть. Как быстро ты ко мне подъехать сможешь?
– Через час буду у тебя.
– Давай так: встречаемся через полтора часа, и ты должен выглядеть как респектабельный гражданин Конфедерации, одет в хороший костюм, чисто выбрит и благоухать мужскими ароматами. Чтоб никаких там камуфляжей и горок. Как понял?
– Всё ясно, сделаю, как скажешь. Только что за суета?
– Подробности при встрече.
В трубке раздались гудки отбоя связи, а мне оставалось только хмыкнуть и направиться к джипу, который в последнее время стал моим основным транспортным средством. Попрощавшись с Филином, я покинул нашу базу и спустя пятьдесят три минуты был у себя дома. Принимаю душ и бреюсь. На всякий случай дополнительно чищу зубы, переодеваюсь в гражданский костюм, под пиджак – верный ТТ-33 в кобуре, и в назначенный полковником срок я нахожусь перед воротами его особняка. Хотел нажать на звонок, но не успел, так как мощные железные ворота открылись сами, и со двора выкатился такой же, как и у меня, автомобиль. За рулём сидел сам Ерёменко, что характерно, в парадной шинели и выбрит до синевы. Ни дать ни взять – идеальный офицер ГБ, хоть сейчас на пропагандистский плакат его срисовывай.
– Запрыгивай, – кивает он на сиденье рядом с собой.
Меня упрашивать не надо, я расположился на удобном кожаном сиденье, плотней запахнул пальто, всё же осень, хотя и южная, а холодным дождём столицу уже частенько поливает, да и ветерок от реки свежий.
– Чего на машину верх не натянешь, Иваныч? – задаю я полковнику вопрос.
– Чёрт его знает! – Машина выруливает на набережную и поворачивает налево, в сторону парка Победы. – Нет привычки с крытым верхом кататься. Всё время нападения ожидаю, никуда не тороплюсь, и если что, готов на ходу выпрыгнуть и бой принять.
– Понятно.
– Как у тебя дела? – спрашивает Ерёменко.
– Неплохо, отряд укомплектован, тренировки идут, а на чайных плантациях по весне ожидается первый урожай.
– Откуда урожай, ведь саженцев и семян всего ничего удалось добыть? – удивляется он.
– Дичка выручила, её со старых времён много уцелело, так что как только смонтируют пресс и будут готовы сушильные корпуса, так сразу работа и пойдёт. Поначалу ничего хорошего не ожидается, третий сорт, но и то, что удастся собрать, доход принесёт вполне приличный и окупит первоначальные затраты на рабочих, механизмы и стройматериалы.