Мечник
Шрифт:
– Куда едем, мил-человек? – Рядом со мной остановилась коляска городского извозчика.
– На Кубанскую набережную, – принял я решение сначала навестить дом и только после этого заниматься текущими делами.
Извозчик неспешно катил по осеннему Краснодару, а я с интересом рассматривал город, в котором сейчас живу, но которого практически не знаю. Сделал себе зарубочку, что необходимо пройтись по столичным улочкам и местность изучить. Кто его знает, что там меня впереди ожидает и как судьба сложится, так что подобные знания никогда лишними не бывают.
С улицы Красной
Однако, проезжая мимо недавно открытого ресторанчика с красивым названием «Изабелла», я обратил внимание, что возле входа происходит потасовка и шестеро крепких парней, одетых в кожаные пиджаки и полусапожки, униформу городской «золотой молодежи» из Университета, избивают двоих солдатиков с нашивками Второй гвардейской бригады. Что характерно, людей по улице мимо много проходит, и ни один в драку не влезает. И только плотного телосложения усатый и низкорослый мужчина, кого-то мне напомнивший своей внешностью, выскочил из ресторана и кинулся на помощь гвардейцам.
– Стой! – скомандовал я извозчику и на ходу выскочил на булыжную мостовую.
В саму свалку я сразу не кинулся, и правильно сделал, поскольку ребятки в кожаной униформе подраться были не дураки, двигались чётко и слаженно, а каждый их удар был хорошо поставлен. Всё это мне бросилось в глаза моментально. И, вырвав из боя, как мне показалось, главаря этих пижонов, мускулистого рыжего парня, волосы которого были собраны в тугой пучок на затылке, я сосредоточился на нём.
– О-о-о! Мать вашу! – выкрикнул он. – Ещё один защитничек выискался! – и нанёс резкий удар кулаком левой руки мне в голову.
Я отскочил в сторону, и массивный кулак с набитыми мозолями на пальцах проносится мимо. Наношу ответный удар с правой. Но паренёк с лёгкостью блокирует его. Тут же его ответная контратака, и, несмотря на то что сам себя я считал опытным рукопашником, мне всё же достаётся пяткой в бок. Противник не останавливается и не даёт опомниться, удар идёт за ударом, а мои не достигают цели.
«Ну, – думаю, – если и остальные сейчас навалятся, то дела мои станут совсем плохи. Надо решать проблему как можно скорей и не оглядываться на правила честного боя».
Прыжок на противника! Парень выставляет вперёд левое плечо, а я кулаком наношу ему скользящий удар прямо в висок.
– А-га-ха! – Противник с дикими хрипами падает на тротуар, а я тороплюсь на помощь к гвардейцам и их союзнику.
К счастью, остальные студиозусы из самых лучших семей Конфедерации оказались послабее своего лидера и спустя пару минут уже лежали рядом с моим первым противником.
И когда всё окончилось, наконец патруль МВД появился – три степенных и солидных мужичка лет под сорок, с короткими карабинами за плечами и в новеньких синего цвета гимнастёрках. Представились, всё как положено, без грубости и хамства, проверили
Патруль прошествовал дальше и скрылся за поворотом, а я повернулся к студентам и спросил:
– Продолжение будет или пойдём по стопарику за мир во всём мире и меж нами в частности выпьем?
Рыжеволосый прикоснулся к синяку на голове, который быстро набухал красным, болезненно поморщился и ответил:
– Давайте выпьем. На сегодня боёв хватит.
– Из-за чего хоть драка вышла?
– Как всегда, из-за девушки.
– И где она?
– Да пока мы тут махались, она с другим ушла.
– Вот так всегда: двое дерутся, а третья сторона всё самое вкусное съедает. Пошли в ресторан, я угощаю.
– Нет уж, угощение за мной, – в разговор вступил мой старый знакомец Чингиз Керимов, который и был тем человеком, что за гвардейцев вступился, и которого я не видел уже года три. – Ради такой встречи сегодня всё только самое лучшее и за мой счёт.
– Здравствуй, Чина. – Я протянул руку.
– Здравствуй, Саша. – Крепкое рукопожатие.
– Пойдём посидим? – Он кивнул на распахнутую дверь в ресторан.
– Давай, ведь не каждый день такого хорошего товарища, как ты, встречаешь, – согласился я и, расплатившись с извозчиком, направился за ним.
Мы посидели с нашими оппонентами, выпили мировую, познакомились и отошли за столик Чины, который, как оказалось, только вчера прибыл в столицу, а сюда зашёл совершенно случайно, перекусить в обеденный перерыв. Прошло всего полчаса после жаркой рукопашной схватки, а гвардейцы со студентами уже были друзья не разлей вода и пели какие-то свои, неизвестные нам песни. И, глядя на них, таких весёлых и беззаботных, мы с Керимовым чувствовали себя самыми настоящими стариками.
– Эх, – тоскливо вздохнул Чина, – где мои шестнадцать лет?
– Да ладно. Тебе сейчас сколько?
– Двадцать девять.
– Женат?
– Да, недавно две дочери родились, живу в Керчи. А у тебя что нового?
– Тоже женат, сыну третий год пошёл, обретаюсь здесь, в столице, но бываю дома редко, дела торговые.
– Странно, а я всегда думал, что ты истинный армеец и до самой своей смерти будешь государству служить, – удивился Керимов.
– Служить можно по-разному. Кстати, я по зиме тебя искал и узнал, что ты с морским караваном куда-то ходил?
– Ну, это всё по заданию вашей госбезопасности. Не знаю, говорить или нет.
– Мне можно, я сам с таким караваном ходил, только сухопутным.
– Вот что, значит, ты имел в виду, когда про службу говорил, – кивнул татарин. – Тогда – да, для тебя секрета нет. На Констанцу этим летом плавали.
– И как там?
– Ничего хорошего, единственный рабочий порт на всём румынском побережье, а все остальные, Мангалия и мелкие деревушки, турками в пепелище превращены.
– На чём ходили?