Мечебоец
Шрифт:
– Но ведь я обязан попросить для себя и людей, что со мной, право жить в твоей крепости, – смущенно сказал Микула.
– Считай, что ты его получил, – произнес Слав. – Живите, трудитесь столько, сколько потребуется. Тем более, вскоре мне понадобятся мечи твоей дружины, так что, я рад вам. Кстати, а где этот Горазд?
– Погиб три дня назад, – ответил Микула, – намалевал примерную карту долины и помер, ему во время последнего боя вовкулак всю грудь разорвал.
В это время за спиной Слава распахнулся полог, и в шатер вошел знакомый
– Воевода, звал нас? – спросила она, даже не взглянув на Слава, стоящего к ней спиной.
– Звал, – кивнул Микула. – Тут есть человек, который очень хотел вас увидеть. Он ваш старый знакомый, к тому же он правит крепостью, в которую мы направляемся.
Зелена еще раз окинула взором шатер, в поисках знакомых лиц.
– Но я никого здесь не знаю. А ты, отец?
– Да вроде никого, – с сомнением сказал лешак, глядя Славу в спину.
– А меня? – поворачиваясь, спросил Слав. – Иль забыла ты, кого назвала мужем?
Немая сцена продолжалась несколько мгновений, за это время Слав понял, как ему было плохо без этой странной девушки с глазами цвета молодой листвы и вьющимися волосами цвета золотой осени. Лешак оправился быстрее, чем Слав и его дочь.
– Ну, здравствуй, зятек, – хлопая Слава по плечу, сказал он. – Не забыл свою женушку-красавицу?
Слав молчал, глядя только впереди себя и видя изумрудные глаза Зелены.
– Ну-ка, все вон отсюда, – неожиданно приказал леший. – Им надо очень многое друг другу сказать. Именно сейчас они осознали, что судьба им уготовила.
Так они стояли некоторое время, ничего не видя, кроме друг друга. Через какое-то время Слав огляделся, шатер был пуст, снаружи раздавались голоса, люди из уст в уста передавали, что в лагере сам потомок великого Руса – князь Славиграда, а его жена златовласая лешиха.
– Ты скучал без меня? – спросила Зелена, лежа на шкурах и обнимая его за шею.
– Да, но только сегодня понял, что без тебя мне ничего не надо. Те волшебные дни, что я провел в вашем доме, были одни из самых счастливых в моей жизни.
– Мне жаль, что я уже не смогу вернуться в тот лес, отец сказал, что он уже никогда не станет прежним, как и весь остальной мир. Скоро все будет принадлежать нежити, и, пожалуй, долина Пяти князей единственное место на земле, где мне будет спокойно.
– Когда мы погоним отсюда нежить, я прикажу сделать для тебя лесной дворец, где ты сможешь проводить все свое свободное время, если, конечно, захочешь. Знаешь, а ведь ты теперь княгиня.
– Что? – не поняла Зелена.
– Ты теперь княгиня, – повторил Слав. – Я – князь долины, ты – моя жена, и будешь распоряжаться наравне со мной.
– Но мы же не играли свадьбу, – приподнимаясь на локте и заглядывая ему в глаза, сказала она, – ты
– Когда я вернусь, мы сыграем свадьбу. А пока ты моя жена, и будешь управлять Славиградом в мое отсутствие.
– Я не хочу расставаться, – сказала Зелена. – Только я тебя нашла, и вот снова теряю. Зачем тебе это путешествие?
– Судьба Славиграда и всей долины зависит от того, найду ли я Аркону. Там в могиле Руса, моего предка, хранится свиток, которым можно изгнать Ядуна обратно на кромку, ведь Ядун всего лишь ипостась Чернобога в нашем мире. Во всяком случае, так сказал Световид. Потом мы закроем долину, и ни одна нежить не сможет сюда попасть.
– Но я тоже нежить, – улыбнувшись, произнесла она.
– Во-первых, ты моя нежить, – нежно отозвался Слав, – а во-вторых, ты не пожираешь людей. Нежить бывает разная. Ты не погубила на своем веку ни одного человека, да и отец твой не злодей. Проучить тех, кто плохо обращается с лесом, это он может, но никогда не вредил ради забавы. И меня предупредил о вовкулаках. Так что, забудь.
– Но примут ли меня люди?
– Примут, ведь ты и твой отец пришли в эту долину вместе с людьми, а значит, они признали в вас своих.
– Княже, – раздался из-за полога шатра громкий голос Ветровоя, – уже рассвет, пора в путь. Да и лошадей нужно из башни забрать.
– Иду, – натягивая рубаху, крикнул Слав.
Он повернулся к Зелене, которая проворно скинула шкуры и натягивала на себя свое платье, и невольно залюбовался телом своей жены.
– Тебе пора, – напомнила она, заметив его взгляд, – вот погоним нежить, будет у нас с тобой время насмотреться друг на друга.
– Ветровой, – позвал Слав десятника, выйдя наружу.
– Да, княже, – появляясь словно из-под земли, отозвался тот.
– Ты и твой десяток отправитесь в Славиград вместе с Микулой и его отрядом.
– Но, княже, воевода приказал мне защищать тебя даже ценой собственной жизни. Я выделю им пару ратников в качестве проводников, не заблудятся.
– Ты не понял, – улыбнувшись, сказал Слав, – ты отправляешься в Славиград не как проводник, а как охранник самого дорогого, что у меня есть. Ты и твои воины будут сопровождать и охранять княгиню. Теперь ты передо мной в ответе, а не перед воеводой, и мой приказ такой – охраняй Зелену. И если хоть один волос упадет с ее головы, то ты лишишься своей, мое слово твердо.
И, не слушая возражения десятника, Слав направился к башне на холме. Тому ничего не оставалось, как замолчать и идти следом. По дороге их догнал Микула.
– Княже, проводника мне не дашь? А то наш, того, помер.
– Дам, и не одного, а целый десяток – Ветровой и его ратники пойдут с вами. У них своя задача, они будут заботиться о Зелене, а заодно и вас проводят. Так что, о дороге не беспокойся. Думаю, что ваши беды уже позади, и завтра к утру, или уже сегодня к вечеру, вы будете в Славиграде. А мне пора спешить.