Майло Тэлон
Шрифт:
– Наверное, Молли увидела их из окна или услышала, как они разговаривают, - сказал я.
– Она выскочила из своей комнаты и побежала в мою. К сожалению, меня там не оказалось. Мне кажется, Молли знала, что меня нет, но она искала место, куда бы спрятаться. Она написала записку и положила ее в карман, где, она была уверена, я ее найду. Но если бы похитители стали осматривать комнату, они бы ничего не нашли. Она нарочно перевесила пиджак, чтобы я заметил, что он не на месте.
– Зачем она им?
– Понятия не имею, но готов
– Это серьезное дело, Тэлон. У нас на Западе не любят, когда беспокоят женщин. Если они не обнаружат, чего хотят, то могут убить ее. Ты сам говорил, что они убили тех, в Сент Луисе, и Татта здесь.
– Я не говорил, что это они. Я сказал, что кто-то убил из-за этой заварушки. Факт остается фактом: дело настолько серьезное, что из-за него могут убить любого.
Ужин дал мне время подумать, и я был голоден. Я не спешил, потому что не было смысла бросаться куда-либо, не обдумав куда.
Топп... Может Топп что-нибудь знает.
Насколько мне было известно, Джефферсона Хенри поблизости не было, значит, он не мог похитить Молли. Больше никого из действующих лиц я не знал.
Этот фургон! Допустим, это тот же, что я видел у Ларкина? Тот, что ждал у вокзала? Тогда я думал, и все еще продолжаю думать, что они намеревались схватить меня или чемодан, который я нес, или нас обоих. Я доел ужин.
– Герман, собери мне еды дня на три. Собираюсь поездить вокруг, потом вернусь.
Арканзасец Том Бегготт... Нет, он в этом не участвует. Бегготт убьет любого мужчину, за которого ему заплатили, но я не думал, что он станет стрелять в женщину или позволит себе ввязаться во что-нибудь подобное.
Убить человека для Бегготта было все равно, что всадить пулю в бизона, но у него было свое собственное чувство гордости и порядочности. Он не станет стрелять ни в женщину, ни в ребенка.
Топп? Топп был связан с Хенри, они с самого начала знали, что Молли здесь. Топп ел здесь каждый день, у него была возможность поговорить с Молли, он дюжину раз заказывал ей обеды.
Кто-то другой? Но кто?
Болтер? Болтер был просто наемником, исполнявшим чьи-то указания. То же самое относилось и к Коротышке.
Я вдруг вспомнил мексиканца, который помог мне, потому что я был другом Пабло.
Он может что-то знать. Во всяком случае, в мексиканском квартале знали многое, что не доходило до этого края городка. Стоило попытать счастья.
Дешевая маленькая забегаловка, где мы повздорили с Коротышкой, была открыта, но пуста; только бармен стоял, положив свои потные волосатые руки на стойку.
Когда я вошел, он нацедил пива.
– За счет заведения, - сказал он.
– Мне нравится, как вы себя держите.
– Спасибо, - сказал я.
– Вы знаете того мексиканца, который мне помог? Мне надо с ним поговорить.
– Фелипе? Он ни с кем не говорит. Оставьте его в покое, amigo, и считайте, что вам повезло, что ему понравились
– Он друг Пабло.
– А? а кто ему не друг? Пабло тоже плохой, но он хороший плохой. Он очень опасный, этот Пабло. Фелипе его друг, но больше он никого не счтает другом.
Некоторое время я потягивал пиво, потом сказал:
– Похоже, что вы хороший человек.
– Я улыбнулся.
– Может быть, хороший плохой.
Он протер стойку.
– Человек есть такой, какой он есть.
– Пропала девушка. Хорошая, приличная девушка. Та, что купила часть ресторана Мэгги.
– Пропала?
– Подъехал фургон, закрытый фургон. В нем были по крайней мере двое мужчин и одна женщина, они забрали с собой девушку. Она не хотела с ними ехать, но знала, что они заставят ее.
– Вынув из кармана записку, я положил ее на стойку.
– У нее было время оставить мне вот это.
Он прочитал записку и долил мне пива.
– Фургон принадлежит Ролону Тейлору. У него ранчо возле Гудпасчер. У него много коров, отличных коров. Говорят, они дают ему трех-четырех телят в год.
– Это много телят.
– Si, это много.
– Он пожал плечами и отпил из своего стакана.
– Может у него коровы лучше, а может его вакерос делают круг пошире, когда объезжают ранчо.
– У него не только много телят, у него много вакерос, которые, похоже, не работают слишком усердно, но у них всегда mucho dinero.* Они часто приезжают сюда и всегда с деньгами. Мне кажется, если вы направитесь в ту сторону, amigo, вам надо ехать осторожно. Но кто я такой, чтобы советовать вам, Майло Тэлону?
– Я найду девушку и привезу ее к Герману, - сказал я.
– Что касается Фелипе, он и мой друг тоже. Он помог мне тогда, когда я нуждался в помощи. Я этого не забуду. Хороший он человек или плохой, но он сделал нужную вещь в нужное время.
Я допил пиво.
– Поговорю я с ним или нет, во мне он найдет друга.
Я намеревался добиться его участия в том, что я собирался сделать, но пока мы разговаривали, я понял, что не смогу просить его об одолжении. Там, куда я собирался, ждала беда, а у этого человека хватало своих проблем и без того, чтобы я взваливал на его плечи мои проблемы.
Гудпасчер находился недалеко от той долины, куда я ездил навестить Энн, и по дороге к ней я видел деревянную доску с названием города и стрелкой, указывающей направление.
Я больше не хотел заезжать к Энн. Прием, оказанный мне, был не совсем таким, на какой я надеялся. Она и вправду была красивой девушкой, но если я был ей небезразличен, значит она умеет хорошо скрывать свои чувства.
Остановившись у ресторана, я упаковал еду, которую приготовил мне Герман. Мне не нужно было спрашивать, что это было. Герман слишком долго был поваром для ковбоев, чтобы не знать, что необходимо в путешествиях.