Майло Тэлон

Ламур Луис

– Со вчерашнего дня, - пояснил я.
– Когда распугали лошадей Шелби, я как раз въехал в лагерь Пабло, надеясь с ним поужинать. С тех пор и не ел.

Еда оказалась как нельзя лучше, а кофе - самый вкусный, что я когда-нибудь пробовал. Однако обстановка в доме показалась мне необычной. Энн и раньше была немного странной в некоторых отношениях, но она была городской девушкой, и этого можно было ожидать. Однако сейчас окружение ее было каким-то неестественным, никто не вел себя так, как надо. Я подумал, что они ссорились, и я попал в самый разгар перепалки.

Я чувствовал себя неудобно и немного смущенно. Как бы там ни было, здесь не место для Пабло.

– Мэм? Не хочу беспокоить вас, но Пабло ранен. Если бы вы дали мне немного еды и каких-нибудь лекарств для ран, я бы отправился обратно.

– Конечно. Ты пока доедай, Майло, а мы тебе кое-что соберем.

Бровастый Сэм подошел к двери и выглянул наружу на тропу с ружьем в руках. Похоже, они ждали неприятностей, но с меня было довольно. В любом случае, при всех этих посторонних у меня не было случая поговорить с Энн.

Наполнив свою чашку второй раз, я наблюдал, как они торопливо собирали еду, искали, во что ее завернуть, затем принесли ее в джутовом мешке, чтобы я смог закинуть его на седло.

– Извини, Майло, у нас были неприятности, и все немного не в себе. В следующий раз, когда будешь здесь, приезжай меня навестить.

Допив кофе, я встал, и в этот момент в соседней комнате что-то упало. Крупная женщина вздрогнула, а Сэм приподнял ружье.

– Спасибо, Энн. Спасибо вам всем.

Я надел шляпу, спустился с крыльца и подошел к своему коню. Отвязав поводья, сел в седло и не оглядывался, хотя знал, что Бровастый с крыльца провожает меня взглядом.

Повернув коня, чтобы отъехать, я помахал ему, но он не ответил.

Я начал удивляться только тогда, когда доехал до деревьев. Кто был в соседней комнате? Чего они боялись? Или ждали?

Не мое дело. У меня достаточно своих неприятностей.

* Bueno - (исп.) Хорошо

Глава четырнадцатая

Было уже поздно, когда я нашел дорогу назад, к тому месту, где лежал Пабло. Он спал, выглядел осунувшимся и очень усталым. Лошади Шелби паслись на лугу, и я заарканил одну для Пабло и своего коня для себя. Приведя их обратно в лагерь, я расседлал коня, на котором приехал, и отпустил его пастись. Потом стреножил приведенных лошадей, чтобы они были под рукой - на всякий случай.

От костра осталось несколько угольков, поэтому я добавил немного коры и веточек и раздул небольшой огонь. В вещах, которые собрала Энн, оказался старый, побитый кофейник и пара кружек, и я приготовил кофе, поджарил немного ветчины и отрезал хлеба.

– Кофе хорошо пахнет.

Я оглянулся. Пабло проснулся и сидел. Я подцепил несколько кусочков ветчины и положил на бумагу, в которую была завернута еда.

– Ешь, - сказал я.
– Кофе будет готов через минуту.
– Потом добавил: Я ездил в Фишерс Хоул. Ты знаешь это место?

– Si, мы зовем его Маэс Хоул по имени мексиканца, который там жил. Вообще-то он был бандитом, но в основном был настроен по-дружески, если приезжали к нему домой. Я знал его, когда был ребенком.

–

Там что-то беспокоит людей, - сказал я.
– Они вели себя как-то испуганно.

– Они замешаны в твоих делах?

– Они? Нет. Конечно нет. Откуда? Здесь нет никакой связи. Они живут так одиноко, что вполне вероятно остерегаются незнакомцев.

– Ты знал эту Энн?

– Ну, вроде как... Они приезжали к нам на ранчо, остановились отдохнуть. Энн - симпатичная девушка. Очень хорошая. Не знаю, что я ожидал. Черт, я разговаривал-то с ней всего пару раз, но вроде как думал... ну, ты понимаешь, как это бывает?

– Si, понимаю.

– Она относилась ко мне довольно хорошо. Примерно так, как можно ждать от воспитанной молодой леди. Но это было давно. Я даже не держал ее за руку.

– Может в этом все дело, amigo. Ты даже не пытался?

– По правде говоря, я ее немного боялся. Она с востока, во всяком случае, выглядит, как с востока, и вот я, простой ковбой...

Пабло развеселился.

– Ковбой, как же! У твоей матери лучшее ранчо в округе. Ты далеко не простой ковбой, amigo.

Разморенный теплом костра, за кружкой кофе, я рассказал ему все, что случилось у Энн, и поведав события, понял, что они меня беспокоят. Я сел и добавил веток в костер, размышляя. Пламя вспыхнуло, и я подбросил пару веток потолще. Если как следут подумать, то они спешили избавиться от меня, а когда в соседней комнате что-то упало, они подпрыгнули, будто в них стреляли. Что же все-таки происходило? Ну, это не мое дело. У меня хватает своих неприятностей.

– Поспи, - сказал я Пабло, - и я тоже вздремну.

Завтра, если повезет, я отвезу его вниз, в город. Я растянулся на листьях с попоной вокруг плеч и головой на седле. Глядя вверх, сквозь вершины деревьев, я видел возвышавшийся над нами пик Сент Чарльз. Кто-то говорил, что высота его почти двенадцать тысяч футов.

Странно, что такая девушка, как Энн, живет в Фишерс Хоул. Последнее место на земле, где можно рассчитывать найти такую девушку. А вот мистер Бровастый мне очень не понравился. Он бы в меня выстрелил так же легко, как в консервную банку.

Что же там было не так?

Посреди ночи я проснулся и добавил дров в костер, затем опять лег, вслушиваясь в ночь, но ничего не услышал. Совсем ничего. И тем не менее, что-то меня беспокоило.

Стряхнув это чувство, я перебрал в уме, что знал и что мне предстояло сделать.

Наверху сияли яркие звезды, и ветерок мягко шептал среди сосен. Выше, на склоне горы стояли колышимые ветром поредевшие батальоны елей. Я пытался найти решение своей проблемы. Наверное я взялся за слишком труднуб для себя задачу. Возможно, разобраться в лабиринте деталей и найти девушку - выше моих сил. Где-то посередине своих рассуждений я заснул и проснулся утром, убежденный, что надо продолжать поиски. В конце концов, мне не нужно искать горы улик, мне надо было найти одну девушку - и дело закончено, а девушек в то время и в том месте было не так уж много.