Матадоры войны
Шрифт:
Локис промолчал. Ответа на этот вопрос у него не было. Впрочем, Хосе в нем и не нуждался.
– То-то и оно, – продолжил он, уверенно двигаясь по темному боковому ответвлению в направлении одному ему известной цели. – Мы не имеем права так рисковать. Это чревато еще более серьезными последствиями, нежели не уложиться в отпущенный лимит времени. К тому же я готов поспорить, что в общем холле на первом этаже у них тоже должен дежурить человек. Нам нужно сначала нейтрализовать его.
Локис по-прежнему не произносил ни слова, но мысленно вынужден был согласиться с доводами напарника. Они не имели права
Коридор закончился низенькой малоприметной металлической дверью. Хосе оставил в покое свою зажигалку и решительно дернул за ручку. Дверь оказалась заперта.
– Вот черт! – смачно выругался испанец. – Не знаю, кто у них сейчас садовником, но, сколько себя помню, сеньора Диас каждого из них неоднократно предупреждала о том, что запирать эту дверь никогда не следует. В целях пожарной безопасности. И все равно они ее запирают. Уроды! Хоть кол на голове теши…
Выплескивая негативные эмоции, Хосе уже выудил из кармана отмычку и вставил ее в замок. В пальцах не было ни малейшего намека на дрожь. Когда Хосе работал, вся нервозность исчезала.
«Сколько ему понадобится на то, чтобы вскрыть замок? – рассуждал Локис. – Минута? Две? Больше?» Даже если весь процесс займет секунды, все равно это потерянные секунды. Возможно, для кого-то и последние в жизни. Владимир не сводил глаз со стремительно бегущей по кругу стрелки на своих часах…
Как же звали ту девушку, которая погибла по его вине во время неудачной операции? Локис не помнил, было ли ему вообще известно когда-либо имя убитой. Скорее всего, он тогда не счел нужным этим поинтересоваться. Зачем? Чтобы чувство вины стало совсем уж неимоверным? Чтобы истязать самого себя яркими воспоминаниями? Их и так предостаточно.
Владимир решительно мотнул головой. Этого не должно больше повториться! Никогда! А если?..
Хосе справился с замком за полминуты. Механизм щелкнул, и «собачка» легко вышла из паза. Испанец толкнул дверь и первым шагнул в темный проем. По металлической лестнице мужчины спустились друг за другом на первый этаж. В этой части здания было абсолютно тихо. Локис прислушался, но не сумел уловить ни единого звука.
– Комната садовника направо, – шепнул Альварес. – Только будь осторожен. Ничего не зацепи. Там полно инструментов и разного ненужного хлама.
Владимир больше не смотрел на часы. Да ему это было и не нужно. Он легко мог определить неумолимый бег времени по биению собственного сердца. Десять секунд ушло на то, чтобы достигнуть комнаты садовника. Она тоже оказалась запертой, но всего лишь на засов. Альварес, идущий первым, отбросил его вверх. С легким скрипом дверь отворилась. Им пришлось замедлить шаг, огибая разбросанный по полу садовый инвентарь. Без приборов ночного видения они бы обязательно на что-нибудь наткнулись.
Хосе остановился у противоположной двери. Нагнулся и заглянул в замочную скважину.
– Так и есть, – проинформировал он напарника. – Вооруженный человек в холле. Судя по всему, без динамитного пояса.
– Какое расстояние? – коротко поинтересовался Локис.
– Шагов пятнадцать.
– Многовато.
– Согласен. Но других вариантов нет и не будет, – испанец говорил жестко
У Владимира создалось впечатление, что, спустившись на первый этаж, они с Хосе как-то незаметно поменялись местами. Локис с трудом контролировал свои эмоции. Сказывалась близость последней и самой ответственной стадии операции. Им овладели нешуточные сомнения. Альварес, напротив, вдруг превратился в человека без нервов. В железную беспощадную машину. Ни чувств, ни эмоций. Один лишь холодный профессиональный расчет. Испанец снял с визора прибор ночного видения и опустил его на пол.
– Это нам больше не понадобится. Там везде горит свет.
Локис колебался. Хосе покосился в его сторону.
– В чем дело?
– Ни в чем, – Владимир покачал головой. – Просто немного нервничаю. В прошлом у меня был… ну, скажем так… не слишком удачный опыт…
Хосе нахмурился.
– Хочешь поговорить об этом прямо сейчас? – Точно такой же вопрос он задавал напарнику несколькими минутами раньше в учебном классе.
– Да, ты прав, – спецназовец словно встряхнулся. – Извини. Я готов, Хосе.
– Твоя подсечка, мой удар, – металлическим голосом молвил Альварес. – Дальше разберемся. Поехали.
Владимир глубоко вздохнул и выдохнул. Следуя примеру Хосе, снял прибор ночного видения и положил его под ноги. Мышцы напряглись подобно стальным канатам. Сомнения и эмоции отступили на второй план. Будучи опытным бойцом, Локис умел за секунду отделить главное от второстепенного. Сейчас главным было грамотно и бесшумно нейтрализовать очередного противника. Владимир изготовился к прыжку. Хосе замер рядом, и молодой человек мог чувствовать над ухом его напряженное дыхание. Перед глазами Локиса появились три оттопыренных пальца. Испанец быстро загнул их один за другим, а затем рывком распахнул дверь.
Противник оказался ближе, чем прогнозировал Альварес. Что-то около десяти шагов плюс-минус полметра. Он обернулся на звук открывшейся двери. Подозрений у иранца не было. Он ожидал увидеть кого-то из своих приспешников, но увидел совершенно другое – двух крепких, облаченных в пятнистую форму людей. На головах у них были такие же пятнистые шлемы. Оружия в руках не наблюдалось… Все это террорист успел отметить и оценить за считаные доли секунды. А вот дальше… Дальше события произошли столь стремительно, что у него не хватило ни опыта, ни боевых знаний, чтобы отреагировать на них.
Локис рыбкой нырнул вниз и подкатился иранцу под ноги, зафиксировал центр тяжести на левой ноге, а правой провел молниеносную подсечку, описав над полом неполную полудугу. Носок ботинка угодил террористу чуть ниже колена. Он не смог удержать равновесия и полетел лицом вниз.
Альварес метнулся вторым, с задержкой от напарника в несколько долей секунды. Он подоспел прямо к падению неприятеля. Выставив вверх кулак с намотанной на него «удавкой», Хосе встретил падающее тело мощнейшим апперкотом под подбородок. Голова иранца дернулась вверх. Он сам завалился набок, но не упал, своевременно подхваченный Локисом. В мозгу террориста взорвались мириады звезд. Палец в самый последний момент инстинктивно лег на курок автомата, но Хосе заблокировал его дальнейшее продвижение. Голова неприятеля через секунду оказалась у него в захвате. Владимир нанес удар в солнечное сплетение.