Матадоры войны
Шрифт:
– Это тот, что охранял лестницу? – уточнил Владимир.
– Думаю, да. Но проверить будет нелишним. Если это так, то второй этаж чист.
– Останется только первый.
– Да… – Хосе кивнул и мрачно добавил: – Самое сложное. Все в одной куче. И нелюди, и заложники…
Локис нахмурился. Перед его мысленным взором уже не в первый раз за сегодняшнюю ночь предстало лицо девушки, имени которой он не знал, но которую ему так и не удалось спасти при аналогичных обстоятельствах. Что, если история повторится? Владимир нервно сморгнул.
– Эй! –
– Да. Все нормально.
– Тогда свяжи нашу новую птичку. А я пока свяжусь с Санчесом и доложу обстановку. – Альварес привычным движением активизировал свой передатчик. – Группа Локис – Альварес на связи. Прием.
Пару секунд в его передатчике были слышны только помехи, но затем голос лейтенанта Санчеса прозвучал достаточно ясно и четко, словно Санчес находился не за двести с лишним метров отсюда, а в той же самой комнате, что и Хосе.
– Слушаю вас, сеньор Альварес. Доложите обстановку.
– Второй этаж чист. – На всякий случай Хосе предпочел опередить события, не зная, как скоро ему и его напарнику удастся вновь выйти на связь с группой внешней поддержки. – Семь террористов обезврежены. Все они живы. Спускаемся на первый этаж.
– Что с заложниками? – последовал новый вопрос Санчеса.
Альварес закусил губу. Владимир закончил манипуляции с телом Попака и теперь стоял рядом. Подумав мгновение, он тоже активизировал свой передатчик и мог слышать голос лейтенанта в эфире.
– Пока неизвестно, – лаконично ответил Хосе.
– Среди них есть жертвы?
– Неизвестно. Мы спускаемся. Конец связи.
– Подождите, сеньор Альварес. Я свяжу вас с полковником Морильо.
– В этом нет необходимости.
– Полковник так не считает, – отчеканил Санчес.
– У нас осталось не так уж много времени, лейтенант, – вклинился Локис.
– Полковник настаивал на связи с вами.
Владимир взглянул на часы и сокрушенно покачал головой. Хосе вздохнул.
– Хорошо, Рамирес. Давай нам полковника.
В передатчике снова зазвучали помехи, но через секунду были разрушены взволнованным голосом Морильо. На этот раз связь была не такой хорошей, как с лейтенантом Санчесом.
– Группа Локис – Альварес, – затребовал полковник. – Прием.
– Прием, – отозвался Хосе. – В чем дело, сеньор полковник? У нас мало времени.
– Боюсь, что времени у вас теперь гораздо меньше, чем вы можете предположить. Об этом я и собирался вас проинформировать.
Локис почувствовал, как участился его пульс. Еще меньше времени? Что произошло?
– Сколько? – коротко поинтересовался он, опуская обращение «сеньор полковник».
– Где вы находитесь? – вместо ответа спросил Морильо.
– Очистили второй этаж. Спускаемся на первый.
Полковник выдержал секундную паузу, а затем безапелляционно отчеканил:
– На все про все у вас осталось десять минут, сеньоры.
– Десять?!
– Сожалею. Через десять минут они начнут убивать заложников. Таковы их новые условия. Мы попробуем что-нибудь сделать, но…
– Мы тоже попробуем, – мрачно отозвался Хосе.
– Вы должны не попробовать, сеньоры. Вы должны сделать.
– Разрешите не брать террористов живыми, сеньор полковник?
– Нет! Они нужны нам живыми!
– Сеньор полковник…
– Это приказ, сеньор Альварес! – Морильо остался непоколебим. – И он не обсуждается. У вас осталось девять минут, сеньоры. Приступайте. Конец связи.
– Так точно, – буркнул себе под нос Хосе. – Конец связи. – Он выключил передатчик и повернулся к напарнику: – Слышал?
– Мы должны успеть! – решительно заявил Локис. Лицо его было бледным.
– Еще бы! Конечно, должны. Как только эти скоты внизу начнут расстреливать заложников, Морильо отдаст приказ на штурм. Можешь не сомневаться. И тогда уже точно конец всему. Чертов полковник! Жизнь террористов для него важнее жизни ни в чем не повинных людей. Важнее любой детской жизни.
– Но почему?
Хосе криво усмехнулся.
– Хочешь обсудить это прямо сейчас? У нас осталось восемь минут.
– Пошли!
Локис первым направился к выходу из учебного класса, оставив за спиной троих связанных террористов. Каждый из них все еще находился без сознания. Луна вновь спряталась за тучи.
Альварес прикрыл за собой дверь и указал напарнику в сторону лестницы.
12
До лестницы оставалось что-то около двадцати шагов, когда Хосе придержал Владимира за руку, а затем изменил направление и двинулся не по ступеням на первый этаж, где в общей столовой приюта Marнa del Amparo горел яркий свет, а по боковому ответвлению. Локис в недоумении остановился. Что задумал Хосе? Какого черта он теряет время? Владимир бросил взгляд на часы. В их распоряжении оставались считаные минуты.
Хосе шел, не оглядываясь. Владимир мысленно чертыхнулся и бегом нагнал напарника.
– В чем дело? – шепотом вопросил он. – Куда ты идешь?
– Мы спустимся другим путем, – на ходу сказал Хосе.
Он то доставал из кармана свою оригинально выполненную зажигалку, то вновь опускал ее обратно. Хосе нервничал. И шел при этом достаточно быстро. Гораздо быстрее, чем они продвигались по коридорам третьего этажа и в северном крыле второго.
– По пожарной лестнице, – продолжал тем временем испанец. – Комната садовника, общий холл, кухня и потом уже спальня. Согласен, что это отнимет в два раза больше времени, но риска значительно меньше. Лестница, у которой дежурил Попак, вела прямо в столовую. Да, именно там находятся заложники, но ты знаешь, кто из террористов где располагается? Особенно те, на ком пояс с динамитом?