Матабар IX

Клеванский Кирилл Сергеевич

Ардан вздохнул и покачал головой. Если что не менялось, так это манера госпожи Шприц выражать свои мысли. Они прошли через просторный вестибюль, заваленный заляпанными кровью бумагами. Между ними пролегли длинные, алые полосы, чем-то напоминающие паутинку тропинок.

— Проклятье, — прошептала Таисия, явно проследив за направлением кровавых полос.

По ту сторону изрешеченной стойки информации, одно на другое, были свалены в кучу полтора десятка тел. Среди них Ардан увидел знакомое лицо.

Господин Старший Магистр, Розовый маг Звонков, с рассеченной

надвое головой — от макушки до нижней челюсти. А рядом с ним, со сложенными на грудь руками, покрытыми хитиновым панцирем, с удлиненными пальцами-когтями, но при этом отсеченными от плеча. Их попросту сложили, крест на крест, на тело погибшего мутанта и так и оставили.

Может быть из-за наличия ингредиентов, а может из-за того, что наверху, подальше от земли, расположился склад ингредиентов — тела не спешили разлагаться. Они даже не пахли. Ни червей, ни вздутия, ни зловония, только стеклянные глаза и маски ужаса, обезобразившие лица. В том числе и пары молодых девушек и юношей, лишь недавно получивших документы и, наверное, радовавшихся такой престижной работе.

— Меня сейчас вырвет… — Таисия отвернулась в сторону. — Вечные Ангелы, Ард! Кто мог убить Розового мага и мутанта Черного Дома?

Знала ли Таисия лейтенанта Шосу или просто догадалась, сопоставив несколько очевидных фактов, для Арда не имело ни малейшего значения.

— Видимо не я, госпожа Шприц, раз уж я находился все это время в парке, — Ардан надеялся, что у него тоже получилось прозвучать саркастично, но вряд ли.

Тем не менее Таисия посмотрела на него исподлобья, после чего отвернула взгляд в сторону, пытаясь скрыть явное… сожаление.

— Простите, Ард, — снова обращаясь в уважительной форме, неожиданно извинилась журналистка. Они, к этому времени, уже добрались до перекошенных дверей, ведущих на центральную лестницу. — Просто… просто все так стройно складывалось… Дирижабль, опять же… Я ведь помню, что там происходило. Хотя нет, если подумать, то совсем не стройно… столько несостыковок. Столько очевидных пробелов в моей теории, но… я так сильно хотела в нее верить. И верила. Слепо и безоговорочно.

Ард прекрасно понимал о чем говорила госпожа Шприц. В Звездных кругах даже специальный термин имелся для тех ученых, которые строили свои теории, опираясь только на факты подтверждающие их идеи и в упор не видевшие всего, что указывала на ошибочность суждений.

Да и причем здесь ученые, если и в повседневной жизни такого — куда не погляди. Взять, хотя бы, существование Конклава и Тавсеров, которые, по сути, высказывали одни и те же идеи, только с разных сторон медали. И, точно так же, не желали не то, что признавать, а хотя бы замечать ничего, что опровергло бы их идеи.

Милар объяснял это типичным поведением людей. Его, капитана Пнева, даже обучали использовать подсознательное нежелание человека признавать собственную неправоту в интересах расследования.

— И простите, что наставила на вас железо… — продолжала Таисия, то и дело норовя соскользнуть на пол и расшибить себе лоб. — Вы, когда погиб мой отец,

наверное еще по горам ползали… но пусть хотя бы шанс, самый малейший шанс, что вы что-то знаете… Я ведь, с самого начала, даже не хотела у вас ничего спрашивать… только убедится, что вы крот и потом использовать вас, чтобы добраться до тех, кто наверху… и все. Весь план… но мне вдруг стало так страшно… так жутко, что я умру, а так ничего и не узнаю.

— Таисия, вы серьезно пытаетесь мне сейчас описать состояние нервного срыва? — Ард попытался добавить в голос иронии.

— А не должна? — парировала Таисия и поспешила добавить. — И вообще, идите в задницу… Ард. И, к вашему сведению… моя постыдная истерика… никак не связана с моей… половой принадлежностью…

Ардан молча, терпя боль уже почти во всем теле, помогал Таисии подниматься по лестнице. Зачем? Возможно… возможно потому, что надеялся, что ее присутствие придаст ему сил, чтобы сделать то, что должно.

И, о Спящие Духи, как же он надеялся, что ошибся.

— Вы поэтому познакомились со мной около Арены господина Бролида?

— Вы и сами знаете, — не стала напрямую отвечать Таисия, но да — Ардан и так все уже понял.

Они постепенно, шаг за шагом, пролет за пролетом, оставляя внизу стихающую перестрелку, поднимались все выше и выше.

— Что со мной будет, когда мы вернемся в Метрополию?

— Я не зна…

— Хотя, — коротко, с неприкрытой горечью, усмехнулась госпожа Шприц. — Вряд ли мы вернемся, Ард. Мне жаль. Мне действительно жаль, что я зря вас сюда выдернула. Глупо… О Свет, как же глупо будет выглядеть в глазах вашей жены, когда нас похоронят в один день. Благо, что не в одну могилу. Я бы не выдержала еще и после смерть наблюдать ваше абсолютное неумение одеваться.

— С чего вы взяли, госпожа Шприц, что нас будут хоронить в один день? — попытался съязвить Ардан. — Вы же человек, а я наполовину матабар. Так же проживу на целый век дольше, чем вы. А еще, когда вы станете дряхлой и немощной, с обвисшей грудью и беззубым ртом, то я все еще буду выглядеть весьма молодо. И одеваться, к слову, все так же безвкусно!

— Это вы своей жене такое говорить будете, Ард, — легко и весьма метко парировала Таисия. Даже раненная, уставшая и напуганная, она все еще куда лучше оперировала словом, чем Ардан. Что, в целом, весьма закономерно. — Но спасибо, что шутите. Не уверена, правда, что мы переживем того, кто прикончил Звонкова с…

Таисия осеклась. Она с яркой, почти ослепляющей надеждой во взгляде, посмотрела на Ардана.

— Вы… вы что-то знаете… — догадалась девушка.

Да, Ардан знал. Проходя по коридору до самого торца, то и дело аккуратно поднимая стонущую Таисию повыше, Ардан уже все знал. Ему только требовалось последнее, неоспоримое доказательство, которое он и увидел, стоило ему открыть дверь склада ингредиентов.

Там, посреди множества ящиков из дерева и стали, в центре помещения, над чем-то напоминающим болванку, только в изрядно увеличенном и извращенном варианте, склонился никто иной, как…