Матабар IX

Клеванский Кирилл Сергеевич

Никакого ответа.

Только тишина.

Тишина и сваленные на телегу, изувеченные, покрытые кровью, а не какой-то «бессмертной славой», как рассказал бы прадедушка в своих историях, тела.

— Простились? — спросил ковбой, запрыгнувший на козлы.

— Да, — ответил Ардан и отошел назад.

Ковбой кивнул и пустил легкую волну по поводьям. Телега тронулась.

Тела увозили к уже почти сложенным погребальным кострам, для которых использовали обломки зданий. Кто-то бы, наверное, увидел в этом что-то поэтичное. На останках полуразрушенного города, посреди разбитых мечтаний и чаяний тех, кто переехал сюда в поисках лучшей жизни,

успел даже что-то построить, что-то создать, теперь сжигали останки людей, все же отважившихся взять в руки оружие.

Поздно или нет, только лишь потому, что решили воспользоваться ситуацией или все же отыскали в себе храбрость — никто и никогда не узнает. Просто потому, что, чтобы узнать, надо оказаться не просто на их месте, а в их коже. Встать около разбитого окна, когда за спиной семья и родные, а впереди неизвестность, гремящая винтовками, дробовиками и злыми выкриками головорезов.

Ардан молча провожал взглядом удалявшиеся тела охотников. Может и хорошо, что в северных степях редко когда возводили кладбища. Здесь существовала традиция, что первый «дом мертвых» закладывали после того, как поселению исполнится век (Первая Станция, в роли города, видимо, не встретит и седьмого десятка). Все по той же причине, что и всегда. Из-за количества переселенцев на могилы попросту некому будет приходить, так что вместо этого пользовались старой Галесской традицией. Сжигали тела, веря в то, что ветер вернет прах в родные края.

— Ард, — тихонько позвал Рогов.

Ардан обернулся и окинул взглядом уставшего, раненого, перевязанного, но крепко держащегося на ногах капитана Альтона Рогова.

— Как господин Мелин? — спросил Арди.

Рогов дернул плечами.

— У меня не было сил, чтобы что-то сделать, так что время упущено, — весьма спокойно ответил капитан. — Лей иммунитет уже сделал свое дело. Придется Унмиру учиться жить с протезом. Но такова, господин Эгобар, участь военных магов. Мы все, дружной толпой, участвуем в гонке со временем. Кому-то везет уйти в отставку прежде, чем он сбросит на службе пару килограмм своего веса, кому-то нет.

Рогов хмыкнул своей весьма черствой, но очень правдивой шутке. Лорд Аверский, да примут его Вечные Ангелы, и майор Мшистый тому яркие примеры. Если уж даже Гранд Магистры, зачастую, щеголяли протезами…

Ардан покачал головой.

— А госпожа Острожская?

— Не нашли, — уже чуть тяжелее произнес Рогов. — Как и никого, кто подошел бы под ваше описание некоего Онтона. Но что-то мне подсказывает, господин Плащ, что вы изначально не сильно надеялись, что у нас получится.

Арди не стал отвечать на вопрос. Он лишь вновь повернулся на север и посмотрел на далекие кроны древнего леса. Осколка тех времен, о которых мечтал господин Тихонов.

Юноша дотронулся до сломанного циферблата.

Люди… почему с ними всегда так сложно?

Что же до Острожской, то Кукловоды никогда не двигали фигур на доске своей извращенной партии, если не видели, что могут добиться результата сразу к нескольким целям. И даже если план Арда увенчается успехом и получится остановить нашествие звериных стад, то Старшего Магистра Варвару Острожскую уже не вернуть. И не узнать, почему она понадобилась Кукловодам. Служила ли им изначально? Или была угнана в плен? А может, как и в случае с профессором Леей Моример, ей банально предложили продолжить свои исследования без таких неудобных оков в виде морали и законов?

Так

что проиграл ли Ард в очередной схватке с заговорщиками? Пожалуй что нет. Выиграл ли он? Как всегда — тоже нет.

— Сколько у нас времени, Ард? — задал следующий вопрос Рогов, поняв, что на предыдущий ответа не получит.

Ардан потянул руку с казенными часами, взятыми на время командировки вместо отцовских, тут же одернул ее и прикрыл рукавом.

— До рассвета, может, немногим больше, — ответил он, прикидывая время по положению луны.

— Тогда у нас проблемы.

— Недостаточно проводки уцелело? — Ардан тут же повернулся к Рогову. — Или с генераторами ратуши что-то случилось?

Последний, подходящий под замысел отсек генерации, находился в главном административном здании города. И если с ним что-то случилось, то… у них даже не будет шанса сбежать. Лошади не смогут обогнать разъяренных аномальных хищников, решивших, что на их самок и будущее потомство, пытаются напасть чужаки. Охотники будут защищать свои тропы, попутно не щадя никого, в том числе и себя.

Таковы законы леса. Пусть безжалостные, пусть далекие от человеческих представлений о морали, но все еще непреложные.

— Знаете, — улыбнулся Рогов, демонстрируя несколько сломанных зубов. — Господин Плащ, я все никак не мог разобраться. Таисия заранее нас предупредила о вашем количестве лучей в звездах. Полная старшая триада, с девяткой в Синей, это чудовищное количество, Ард. Просто немыслимое. Во всей стране, из двенадцати тысяч Синих магов, наверное, не наберется и семи десятков, кто обладал бы девятью лучами в Синей. И я никак не мог взять в толк, почему вы совсем не кажетесь мне военным магом. Да, вы неплохо пользуетесь военной тактикой, владеете разными приемами воплощения, но… — Рогов пощелкал пальцами, пытаясь подобрать нужные слова. — Нет в вас чего-то, Ард. Чего-то очень важного для военного мага. Так что мне казалось, что все это какой-то бред. Но теперь я понимаю, что, наверное, впервые увидел инженера, у которого лучей больше, чем у некоторых целителей.

— Капитан, вы…

— Простите, Ард, — вздохнул Рогов и потер переносицу. — Просто устал. Хотел как-то съюморить на тему, что только инженеру в первую очередь пришло бы в голову спросить про генераторы и проводку. Но пока подводил, упустил саму шутку.

Ардан нахмурился.

— А в чем тогда проблема?

Рогов засмеялся. Заливисто, но немного горько.

— В людях, Ард, в людях, — ответил он и, подойдя к Арду, похлопал того по плечу. — Пойдемте, господин Плащ. Покажу.

И они пошли. Вдоль на глазах разваливающихся домов, со стенами, раскрашенными алыми разводами. Мимо бесконечных повозок с телами и плачущими людьми. Их, правда, становилось все меньше и меньше. Чем дальше уезжала повозка, тем быстрее человека закручивала в жернова неумолимая жизнь, со всеми ее, нахлестывающими друг на друга, проблемами.

Арди тайком, будто украдкой от самого себя, повернулся на юг. Там, обласканные звездным светом, серебристой полосой мерцающих огней, у самого горизонта высилась его родная Алькада. Небольшое плато на склоне, поросшее травой и лесом. Порой быстрый, выходящий из берегов ручей, разраставшийся до реки, а иногда едва заметная струйка воды, бережно огибающая покосившиеся мостки, на которых матушка стирала одежду.

Их дом. Столь же большой, как и старый.

А там, за ручьем, несколько могил. Уже два года Ардан не навещал отца. И столько же — прадедушку.