Матабар IX
Шрифт:
— Ahgra-a-a-at! — в чистой, ничем не прикрытой, почти звериной панике заорал Ардан и ударил посохом о землю.
Мигом вокруг них закружился самый банальный, Базовый Универсальный Щит. Потому что никакой другой от вспышки чистой Лей бы и не помог. Вот только когда радужный огонь на мгновение погас, а затем земля под их ногами вспенилась мыльными пузырями, а все звуки на улице разом исчезли, как если бы кто-то Лей-микрофон выключил, Ардан ухнул в щит весь запас своих накопителей.
Сперва рассыпались кристаллической пылью те, что мерцали в кольцах. Когда не хватило и
Точно таким же, какое хлынуло из-под земли. Здание гостиницы, как карточный домик, невесомое, словно пушинка, взмыло на несколько метров, после чего каждый кирпичик, каждая порванная труба, каждый метр кабеля; столы и стулья; карнизы и кровати; деревянные панели и лоскуты обоев — все это превратилось в облако пыли. Даже не пепла, а именно пыли. Следом же, без всякого лишнего звука или грохота, ведь Лей не создавала никакого физического давления, по улице хлынул поток радужного света.
Он стесал часть крыш, срезал несколько углов ближайших зданий, обнажив внутренности домов. Те бандиты, прибежавшие на звуки пальбы, кому не повезло оказаться на улице в радиусе сотни метров, банально растаяли. В самом прямом смысле. Как нагретое мороженое. Их тела, получившие невероятный заряд чистой Лей, попросту потеряли целостность. Алая, бесформенная жижа, залившая пустую одежду и слегка дымящиеся ботинки — вот и все, что осталось от пары десятков бандитов.
Те, кто на крышах, вновь спрятались в укрытиях и прекратили пальбу. А Ардан, все это время разглядывая разноцветные потоки изнутри трещащего, дрожащего, постепенно покрывающегося трещинами щита, лишь надеялся, что занятия с профессором Конвеллом по технике безопасности не прошли даром.
Первое, чему научил студентов Конвелл, прежде чем допустить до работы с системами генерации — это как ставить модификацию Универсального Базового Щита против подобных вспышек, вызванных перегрузками.
Так что, когда поток Лей втянулся внутрь успокоившейся земли, переставшей волнами разгуливать под ногами людей, Ардан, госпожа Шприц и Рогов с Мелиным остались живы. И, кроме Мелина, даже относительно невредимы.
За одним маленьким уточнением.
Ардан развернул чехол, сшитый Тесс, убрал посох и закинул тот за спину.
У него не осталось ни малейшей капли Лей и ни единого накопителя. Да и при чём тут накопители, если у него у самого уже маячил впереди эффект Пресыщения, когда попытка пополнить резерв Звезды из внешнего источника попросту выключит его сознание.
Как же прав Аркар…
— Нам надо к складу ингредиентов гильдии, — повторил Ардан, помогая подняться на ноги Мелину и поднимая с земли чью-то винтовку. — Иначе произойдет нечто ужасное.
— А подробности можно? — Рогов смерил свой погнутый посох сомневающимся взглядом, после чего отбросил его в сторону и поднял с земли револьвер.
— Нет времени и…
Со стороны степи, один за другим, зазвучали взрывы гранат, а вместе с ними и по крышам застучали пули Залесского и Риты с Борсом.
Сами охотники, наверное, палили прямо на бегу, потому что почти ни в кого не попали, но…
— Армия!
—
Заорали бандиты на крышах.
Частично план, все же, удался, с маленькой поправкой на то, что сигнал должен был быть совсем иным! Так что Залесский мчался сюда сильно раньше времени!
Ардан уже даже не ругался. Он просто зарекся на будущее строить планы сложнее, нежели — «посох возьми, печать наколдуй и уповай на лучшее».
— Если выстрелите мне в спину, Таисия, то я все равно выживу, но потом… отрежу вам уши, — пообещал Ардан и, поворачиваясь спиной к Таисии, все еще державшей его на прицеле, короткой перебежкой направился к тому, что еще недавно называлось «противоположной частью улицы», а теперь выглядело, как нечто украденное с полигона Дагдага.
Глава 143
Ардан мчался по тому, что еще полчаса назад выглядело типичной для степных городков улицей, а теперь напоминало кусок пирога, из которого неряшливо вырвали середину.
Сердце стучало все быстрее.
Справа догорали остатки продуктовой лавки, а слева торчал голый остов галантерейного магазина, лишившийся и крыши, и всей передней стены, так что со стороны можно было беспрепятственно разглядеть полки, с которых свисали оплавленные рулоны тканей. Под ногами хрустели обломки кирпича, стеклянная крошка и щепа, а воздух провонял горелым деревом, порохом и той жуткой, сладковатой вонью, которую источали бесформенные лужи на месте растаявших бандитов.
Ард прижимал к себе подобранную с мостовой винтовку. Та как-то до одури скверно ощущалась в руках после привычного посоха. Пятизарядный армейский образец с продольно-скользящим затвором и стертым до белизны деревом ложа, с четырьмя патронами в обойме и одним в стволе. Посох, ныне абсолютно бесполезный, покачивался в чехле за спиной, и от пустоты в собственных Звездах, давящей на сознание ноющим, тупым гулом, Ардан чувствовал себя так, будто ему выдрали зубы и попросили разгрызть орехи деснами.
— Скоф… тьфу, Ард! Левее! — выдохнула Таисия за его спиной.
Она все же не выстрелила в спину. Молча побежала следом. Видимо, даже у госпожи Шприц хватило здравого смысла сообразить, что посреди осажденного города, без союзников и без понимания обстановки, одинокая журналистка с опаленным револьвером проживет ровно до первого перекрестка.
Ард дернул корпус влево, и из-за угла стены, откуда торчал дымящийся обрез, громыхнуло. Заряд картечи пропахал мостовую аккурат там, где Ардан стоял мгновением ранее. Он вскинул винтовку и выстрелил в ответ от бедра, даже не прицеливаясь. Потому как вряд ли, в его случае, в том имелся хоть какой-то смысл.
Пуля ушла в кирпичную кладку на добрых полметра левее стрелка и выбила из стены облако рыжей крошки. Бандит, очевидно, даже не заметил, что в него стреляли, потому как спокойно перезарядил обрез и высунулся снова. Ард выстрелил еще раз, и пуля ушла правее, на сей раз угодив в дверной косяк.
— Вечные Ангелы, Ард, ты хоть раз в жизни из чего-нибудь стрелял? — прошипела Таисия, приподнявшись на локте и дважды выстрелив из своего опаленного револьвера. Первая пуля тоже выбила из стены крошку, зато вторая попала бандиту в плечо, и тот, выронив обрез, убрался обратно за угол.