Мастер убийств
Шрифт:
— Позволю спросить, какого черта вы оказались здесь, мадемуазель Лин? — вежливо поинтересовался Ник.
— Я стала ночевать здесь, когда поняла, что в гостинице небезопасно, Мясник хранит в этой комнате деликатесные консервы, так что дверь всегда на замке. Тут тепло и сухо. Две ночи подряд я искала пристанище. Теперь я сплю каждую ночь здесь.
— Когда в гостинице стало небезопасно?
— Я имею в виду, по сравнению с тем, как было прежде. Когда этот отвратительный маленький толстяк пришел искать
— Ты имеешь в виду Джонни Ву?
— Да, так его зовут у французов. — Она перешла на ломаный французский. — Я всем говолить, я маленькая вьетнамка, меня блосить мой фланцуз-летчик. Но толстяк догадается, кто я, если найдет. Я должна плятаться или он плидет и забелет меня к Ву-цуну, а тот меня узнает.
— Похоже, что старику Артуру не везет с женщинами, — засмеялся Ник. — Скажу тебе по секрету, что Джонни Ву со своей бандой ждет нас внизу.
— Помогите мне спуститься, и я покажу потайной выход, — сказала она.
Ник тихо, но от всей души засмеялся.
— Девчонка мне покажет выход. Ха-ха.
— Но я, правда, покажу, — выкрикнула она.
— Верю, верю. Что касается тебя, я готов поверить во все.
Ник поднял руки, и ее маленькая грудная клетка почти уместилась в его громадных ладонях. Он поддержал ее, пока она высвобождалась из шкафа, затем бережно опустил на пол. Когда девушка шагнула вперед, Ник остановил ее.
— Сними туфли. Что подумает Джонни Ву, если услышит стук каблучков над головой?
Опершись на руку Ника, она нагнулась и сняла туфли на высоком каблуке. Даже, в темноте он оценил линии стройных ног и изящные бедра.
Ник прикрывал тыл, когда они пересекали комнату, Окно распахнулось со скрежетом, заставившим агента Н-три поморщиться, но ниже этажом было тихо. Они осторожно вылезли на крышу. Ник закрыл за собой окно — стоило замести следы.
— Видите, — сказала Кэти, — по ту сторону крыши еще один тупиковый переулок. Я вошла в дом через погреб, а если мы перелезем через ту стену, то окажемся на аллее, ведущей на улицу Сен-Дени.
Взявшись за руки, они продвигались по крыше. Черепичная кровля — непрочная опора для ног, но они успешно достигли примыкавшей к зданию стены. Перебраться на нее не составляло труда, но до земли было достаточно далеко. Ник с беспокойством поглядел в лицо девушке.
— Как ты, сможешь прыгнуть?
Она отвернулась и сказала: «Да».
Ник снова взглянул на нее. Девушка была до смерти перепугана.
— Серьезно, Кэти?
В таком состоянии она как минимум переломает себе лодыжки. В ответ снова прозвучало: «Да».
— Вот незадача.
Ох уже эти азиатские церемонии и боязнь потерять лицо!
— Кэти, милая, — сказал Ник. — Вот что мы сделаем. Обними меня вот так…
Она прижалась к нему, как в старой позиции
Он принял удар в основном на ноги — обжигающая боль пронзила все тело. Падая, он опустился на напряженные мышцы спины и перекатился на бок. В какой-то момент Кэти оказалась под ним, затем они вскочили на ноги, обрадованно смеясь, и побежали вдоль по аллее.
По темным, освещенным лишь окнами ночных кафе, улицам Кэти вела его к гостинице. Улицы пустели: даже поздние продавцы прекращали торговать. Она показала рукой вперед — вероятно, на гостиницу, — и Ник обратил внимание на ее пальцы.
— Кольцо, Кэти. Что случилось с кольцом с печаткой?
— А, — беззаботно произнесла она, — я отдала его мадемуазель Сен-Мартен. Тогда в кафе я подумала, что попадусь им в лапы рано или поздно…
— Все в порядке, Кэти. Подожди, мне нужно позвонить по телефону.
Они зашли в кафе. Пока Ник говорил по телефону, владелец, старик с усами, как у сома, бросал на Кэти осуждающие взгляды. Сперва Ник набрал номер Доминик Сен-Мартен, но у нее дома никто не поднимал трубку. Потом он поднял с постели Донована. Ник велел ему найти Доминик и забрать у нее кольцо; утром Донован доложит о результатах, встречу назначили в одном из близлежащих кафе.
Они подошли к гостинице, в которой жила Кэти. Лучшего убежища, чем публичный дом в квартале Ле Алль и не придумать, подумал Ник. Толстая усталая женщина бросила Нику полотенце и потребовала десять франков за вход, В глазах Кэти мелькнуло раздражение.
Пока они поднимались по узкой лестнице, она рассказывала:
— Сначала я жила на левом берегу, но китайские студенты узнали меня и приставали с расспросами, так что я переехала в этот «отель» «Невада» в Ле Алле, где никто вопросов не задает. Отличная уловка, но все испортил толстяк, слуга Ву-цуна, который, прослышав о новой азиатке, разыскивал меня.
Они вошли в маленькую комнатку. Узкая кровать, стул, умывальник, биде и маленький столик составляли всю мебель. Закрыв дверь, она повернулась к Нику.
— Какие новости о моем отце? Долетел ли он до США? Мне ничего не известно, и я начинаю подозревать самое худшее.
— Увы, — мягко сказал Ник, посмотрев девушке в глаза, — ему не удалось бежать. Джонни Ву перехватил его и увез обратно в Китай.
Она выслушала его молча. Карие глаза наполнились слезами, и она отвернулась.
— Все потеряно. Надо возвращаться в Китай.
— Только без глупостей. Детка, пока идет карта, из-за стола не встают.
Он объяснил всю ситуацию и предстоящий побег доктора Лина из коммунистического Китая.