Мастер молний. Книга III
Шрифт:
— Юля, придите в себя, — окрик Беринга прозвучал как пощечина. — У нас много работы. Где эти ваши проклятые отходы?
— Надо бы начать с ТВЭЛов в реакторах, — заставила себя ответить Химик.
— Они заморожены, — покачал головой Беринг. — Подо льдом с ними ничего не случится. Ближайшие несколько часов уж точно.
— Хорошо, — послушно кивнула Юля и ткнула пальцем в сторону очередного куба, отделанного белым «туалетным» кафелем. — Надо зачистить СХОЯТ.
— Кого? — искренне удивился босс. — Что за чудное слово?
Юле показалось комфортным обращение, которым
— «Сухое хранилище отработанного ядерного топлива», — послушно расшифровала Химик и зачем-то добавила очевидное, — там отходы и хранятся.
— Ну что ж, пойдем, посмотрим на ваш СХОЯТ. Интересно же. Никогда не был на настоящей Атомной Станции.
Они подошли ко входу. Босс жестом приказал всем остановиться.
— Чувствуете? — повернулся Беринг к своим людям.
— Там кто-то есть, — отозвалась Ветерок, остальные трое согласно кивнули.
— Агент Физик, Волна, приведите этого человека. Только бережно, он ранен. Остальным — прикрывать!
Вскоре Витя и женщина из команды Беринга вытащили на свежий воздух тело мужчины, на первый взгляд бездыханное, но вскоре Юля заметила, как вздымается его грудь на вздохе.
— Во что он одет? — поинтересовался Беринг, искавший пульс раненого на запястье.
— Форма карпатского полицейского, — чуть подумав, сообщил агент Физик. — Только фальшивая.
— С чего ты взял? — удивился босс.
— Слишком ткань хорошая, карпы на всем экономят.
— Как ты их приложил, «карпы»! — усмехнулся Беринг.
— Да все так местных зовут. Не слишком любезно, согласен, ну так их особо и не любят.
— Ладно, будем эту рыбку реанимировать. Что тут у нас? Множественные химические ожоги, три проникающих ранения, в том числе пробито легкое, сломаны ребра и, да, точно, пальцы на левой руке. Ну и контузия, куда же без нее. Ладно, если до сих пор не помер, то уже и не судьба. Волна, будь любезна, набери мне чистой воды.
Откуда взялась эта подробная диагностика, Юля не поняла. Беринг явно не осматривал пациента, только посидел, держа его за руку.
Помощница Беринга подбежала к появившейся из ниоткуда чаше, наполнила пробирку, которой секунду назад в руках у нее не было. Босс принял ее, замер на полминуты, осторожно зажав ее в пальцах. Потом он разжал раненому зубы, надавив в основание челюсти, и тонкой струйкой влил воду в его рот. Сперва ничего не происходило, Юля все ждала, когда начнется обещанная реанимация, а потом умирающий вдруг прекратил умирать. Лицо его порозовело, искалеченная левая рука сжалась в кулак и распрямилась уже с целыми на вид пальцами. Пленный судорожно задышал, будто пытаясь напиться чистым воздухом.
Первые слова пленный позорно произнес на родном английском языке:
— Holy shit!
И уж потом, опомнившись забубнил на карпатском, который Юля всегда воспринимала как пародию на русский, только делиться этими мыслями она разумно не спешила. Беринг положил руку на лоб пленного, и тот уснул.
— Позже, дружище, отдохни пока, — пробормотал он, — агент Физик, оставляю пленного на ваше попечение.
Босс
— Друзья, работаем по тому же методу, что и на Сицилии. Координацией энергетических потоков займусь я сам. Разбираем этот проклятый СХОЯТ целиком, вместе с коробкой.
Его помощники двинулись к кубу, но Беринг остановил их.
— Агент Химик, убедитесь, что мы не зря проделали такой путь, и что ваше сухое хранилище не пустует. Никто его не вывез.
Так и было. СХОЯТ оказался заполненным под завязку. «Карпы» будто бы забыли про его существование, вспомнив только, когда им захотелось смастерить грязную бомбу. Юля чувствовала себя крайне неуютно без костюма радиационной защиты. В шкафчике на входе она нашла такой, весьма истрепанный, но вроде рабочий. Хотя ее охранял амулет Беринга, она все же напялила бесформенный неуклюжий скафандр, а на выходе не удержалась и включила обеззараживающую рамку, которая, о чудо, заработала. Чувствуя себя полной дурой, она приняла щелочной душ, скинула костюм и вышла на воздух.
Беринг дождался ее подтверждающего кивка и жестом послал команду в направлении СХОЯТ. Что именно делали босс и его загадочная четверка, Юля понять так и не смогла. Заранее составляя в уме отчет, который следовало предоставить начальству, она пыталась подобрать нужные слова, но они упорно не находились.
Здание исчезало, не сразу, но постепенно. Начиная с крыши, СХОЯТ пропадал метр за метром, плитка за плиткой. И так, пока от каменной коробки со всем ее пугающим содержимым не осталась лишь площадка, вымощенная гранитными плитами, покрытыми странной, но притягательной резьбой.
Подключились чувства, каковых у себя Юля ранее не замечала. Что-то происходило внутри коробки, что-то значительное, почти такое же, как во время битвы у реактора. Она воспринимала эти процессы не зрением, не слухом, не обонянием, чем-то чего раньше у нее и в помине не было.
Но в какой-то момент все кончилось. Четверка помощников Беринга подошла к фонтанчику, начав жадно пить из невесть откуда взявшихся стаканчиков.
На границе площадки аккуратной пирамидой оказались сложены коробки из твердого пластика. Все они были помечены выгравированными значками. Юля подошла поближе, чтобы рассмотреть их. В коробках была представлена чуть ли не вся таблица Менделеева. Чего там точно не было, так это урана и прочих актиноидов.
За первой пирамидой с элементами возвышалась ее гораздо более величественная сестра, сложенная из каменных блоков. Юле она показалась огромной, как гробница Хеопса. По всей видимости там пятерка разместила разобранное здание.
— Ваш выход, агент Химик! — улыбнулся ей Беринг. — Убедитесь, что ни следа радиации в этом месте не осталось. Короче говоря, выполняйте ту работу, ради которой вы с нами поехали.
Он протянул Юле чемоданчик с «набором юного химика», как его шутливо называли в отделе, на деле же там хранилась полевая лаборатория. Ей не потребовалось много времени, чтобы убедиться: радиации нет и в помине. С площадки можно было бы есть, по крайней мере упавший бутерброд Юля подобрала бы, не сомневаясь ни секунды.