Мастер архивов. Том 2
Шрифт:
— Николаев! Зайдите!
Лыткин восседал в своём кабинете с таким видом, будто лично управлял всей империей. Перед ним на столе лежал мятый конверт с сургучной печатью.
— Садитесь, — буркнул он, не глядя на меня. — Есть задание. Срочное. Командировка.
Я внутренне напрягся. Командировки в нашей работе обычно означали либо невероятную скуку, либо невероятные неприятности. Третьего не дано.
— Куда?
Лыткин пододвинул ко мне конверт.
— Деревня Заболотье. Где-то под Тихвином, в болотах. Пришло сообщение от
Я взял конверт, вытащил бумагу. Кривые каракули, написанные явно не слишком грамотной рукой, но смысл улавливался: нашли, лежат, приезжайте.
— Моя задача? — уточнил я.
— Описать, упаковать, подготовить к отправке в Архив, — отчеканил Лыткин. — Всё по стандартной процедуре. Инвентаризация на месте, предварительная оценка сохранности, упаковка в транспортные короба. Чтобы ни один листок не пострадал. — Он посмотрел на меня в упор. — Это ценная находка, Николаев. Если вы её запорете — лично прослежу, чтобы вы до конца дней перебирали картотеку в подвале.
Я едва сдержал улыбку — Лыткин храбриться, что котенок гавкать пытается.
— Я понял, Аркадий Фомич. Сроки?
— Три дня. Уложитесь — будете молодец. Не уложитесь — пеняйте на себя. — Он протянул мне подписанную командировку. — Машина казённая, водитель Степан вас отвезёт. Деньги на расходы получите в кассе. Вопросы?
— Никак нет.
— Тогда свободны. И чтоб сегодня после обеда уже выехали.
— Постойте… сегодня?! А вещи собрать?
— Я же говорю — задание срочное, — Лыткин занервничал. — Попросите Степана и по пути вместе заедете домой, соберите необходимое. Только быстро! Выехать должны сегодня к обеду. Прибыть — к вечеру. Ясно.
— Ясно.
Я вышел из кабинета, сжимая в руках командировочные документы. Заболотье. Глушь страшная, судя по названию. Но, с другой стороны, от Архива подальше — хоть немного выдохну от Лыткина и его интриг. Он, судя по всему, тоже хотел от меня избавиться, пусть и на время.
Лыткин вышел следом.
— Постой-ка. Я тут подумал… Негоже одному ехать — дел много, не справитесь. Нужен помощник.
Он оглядел офис.
— Ветрова! Вы с Николаевым в командировку поедете. Поможете ему.
У меня внутри всё оборвалось. Алину — в дальнюю командировку за двести километров отсюда? Девушке хватит и одного чтобы разорвать невидимую жизненную связь с Архивом и умереть.
— Аркадий Фомич, — как можно спокойнее начал я, — там же глушь. Дорога долгая, условия тяжёлые. А Алину только вчера устроили на работу. Зачем ее отправлять? Может, лучше кого-то из опытных? Костю, например?
— Костя занят, — отрезал Лыткин. — А Ветрова пусть учится. Практический опыт ей не помешает. — Он посмотрел на Алину. — Вы же не против, Алина… как
— Сергеевна, — ровно ответила девушка. Голос её не дрогнул, но я видел, как побелели костяшки пальцев, сжимающих край стола.
— Вот и отлично. Значит, решено. Да, и учтите: Заболотье — место глухое. Связи там нет, магический фон нестабильный. Обсидианы выдам конечно, но… В общем, осторожнее там.
— Аркадий Фомич, а можно я вместо Алины поеду?
Мы все разом оглянулись.
— Вы? — Лыткин удивлённо приподнял бровь. — Екатерина, вы-то тут причём? Я Ветрову посылаю.
— У Алины справка, — сказала Катя. — Освобождение от физнагрузок. Хроническое заболевание, знаете ли. Ей в болота нельзя, врачи запретили.
Я едва не поперхнулся. Про заболевание она, конечно же, врала, причем очень уверенно. Алина, стоящая рядом, замерла, боясь дышать.
— Что за заболевание? — подозрительно спросил Лыткин.
— Ну это, наверное, лучше у нее спросить. Скажи, Алина, — Катя глянула на девушку.
— Ну видимо серьезное. Я в детали не вникала, но справка есть. Можете проверить в медпункте.
Лыткин поморщился. Проверять ему явно не хотелось — возиться с бумажками, тратить время.
— А вы, значит, хотите вместо неё?
— Да. Практика очень хорошая, — Катя улыбнулась самой невинной улыбкой.
Лыткин посмотрел на меня.
— Николаев, вам Екатерина подходит?
Я внутренне выдохнул.
— Вполне, Аркадий Фомич. Мы с ней уже работали вместе. Сработались.
— А вы, Алина Сергеевна, не против остаться? Признаться, вы тут очень хорошо справляетесь, у меня к вам никаких нареканий.
— Я буду только рада остаться тут! — пискнула Алина.
Лыткин подумал секунду, потом махнул рукой.
— Ладно, без разницы. Мне главное, чтобы манускрипты доставили. — Он ткнул пальцем в Катю. — Значит, вы едете. Оформляйтесь как прикомандированная. Деньги до обеда успевайте получить, потому что в бухгалтерии переучет будет.
— Спасибо, Аркадий Фомич, — сказала Катя уходящему вслед Лыткину.
— Я думала, умру на месте, — прошептала Алина. — Катя… ты… спасибо тебе!
— Всегда пожалуйста! — улыбнулась девушка и хитро посмотрела на меня. — К тому же я и сама не против выбраться на свежий воздух из этого пыльного Архива. Тем более с таким спутником!
Я откинулся на сиденье старого, видавшего виды «УАЗа». Степан, коренастый мужик лет пятидесяти в промасленной кепке, уверенно крутил баранку, объезжая ямы на разбитой просёлочной дороге. За окном мелькали берёзы, перемежающиеся с чахлыми ёлками, и чем дальше мы уезжали от города, тем сильнее чувствовалось: здесь совсем другая реальность. Дремучая, глухая, пропитанная сыростью и тишиной.
Катя сидела рядом, прижимая к груди сумочку. Девушка молчала всю первую половину дороги, глядя в окно, и я чувствовал, что в этом молчании зреет какой-то важный разговор.