Маскарад для маркиза

Мэллори Анна

Каллиопа усмехнулась и вошла в гардеробную.

– Чем ты тут занимаешься? Я скоро должна идти на встречу с родственником Роберта, и мне нужна соответствующая одежда.

Хозяйка костюмерной буркнула какую-то непристойность и с триумфом выхватила с вешалки нечто из текучей материи.

– Гм... А где остальное?

Дирдре бросила на нее многострадальный взгляд.

– Ты будешь в нем сногсшибательна. Примерь. – Она сунула в руки гостьи платье. Прошелестел мягкий шелк, и у Каллиопы возникло острое желание прижаться к нему

щекой; роскошная нежно-бирюзовая ткань сама ласкалась к ней.

Дирдре втолкнула ее в примерочную и засуетилась среди хлама, подбирая и пряча обрезки тканей.

Девушка медленно разделась и проскользнула в платье. Дирдре помогла застегнуть его и расправила материал.

– Великолепно!

Каллиопа нахмурилась:

– Я повторяю: где остальное?

– А ничего больше нет. Это была твоя идея – выступать в роли куртизанки, но ты же не можешь играть ее в своей привычной одежде. К тому же пора тебе начать одеваться эффектнее. Неудивительно, что в тех скучных серых платьях ты не подцепила ни одного воздыхателя.

– Ди, ты же знаешь, что на переднем плане мне не преуспеть. Избыточное внимание не помогло бы мне влезть в гнездо гадюки, зато скрывать ложь стало бы гораздо труднее.

– Твоя рекомендация компаньонки была подделана прекрасно. Вот только ты своим «великим исходом» отсыпала себе внимания полной мерой.

– И вот к чему это меня привело.

– Слушай, это будет блестящее развлечение! Ты только должна вжиться в роль. Любовница кузена графа и герцога – как восхитительно!

Каллиопа хмуро разглядывала себя в глубоко декольтированном платье.

– Любовница только на словах. И потом, я всегда предпочитала петь в хоре.

– Но теперь ты должна выйти на авансцену. Это единственный способ привлечь к себе внимание и получить нужную информацию. Ты долго прослужила в театре и сможешь сыграть главную роль. – Дирдре взяла с туалетного стола щетку. – Так что садись и дай мне приготовить тебя к вечеру. Красивый джентльмен, грандиозное вечернее платье, прелестная прическа, ошеломляющие драгоценности и новый облик – я в восторге от твоей авантюры!

Каллиопа засмеялась и села в кресло.

– Да, помнится, ты всегда охотно подключалась ко всем моим проделкам.

От нежных воспоминаний у Дирдре разгорелись глаза. Расчесывая Каллиопе волосы, она сказала:

– И всегда попадала с тобой в неприятности. Мама с папой считали, что ты невинная овечка, а я вдохновитель проказ, хотя все было как раз наоборот.

В ее словах не было неприязни, только веселье.

И тут вдруг Каллиопа уловила запах гари и часто задышала.

– Черт, утюг перегрелся. – Дирдре кинулась к утюгу, а Каллиопа постаралась привести в норму дыхание.

Все связанное с огнем вызывало у нее тревогу. Дело давнее, но она все еще помнила ощущение от пепла в волосах. Дом охвачен пламенем, мать кидается назад в этот ад... Каллиопа закрыла глаза, чтобы прогнать видение. Та ночь привела ее к Дейлисам. Она

не помнила, как добралась до их дома; ей нравилось думать, что это душа матери отвела ее в безопасное место. Мать дружила с этой семьей, хотя редко бывала у них в гостях.

Ранним утром на ступеньках дома нашли скрючившуюся Каллиопу; от страха она не смела постучать. Дейлисы втащили ее в дом, накормили супом, потом уложили в кровать вместе с Дирдре, и мама Дейли спела ей колыбельную. С тех пор это ее семья.

Каллиопа понемногу расслабилась и отдалась манипуляциям Дирдре. Та ловко подколола ее локоны и закрепила парик из длинных каштановых волос.

Дирдре разбирала баночки, разбросанные по столу, и по очереди прикладывала к щеке Каллиопы. Когда она осталась довольна выбором, то приступила к работе. Сосредоточенно сдвинув брови, она изменила ей форму и цвет лица, наложила краску для век, растушевала по щекам легкий румянец, подкрасила губы.

– Превосходно. Мужчины так и попадают вокруг тебя, но это будешь не ты. – Дирдре коварно подмигнула ей.

Каллиопа посмотрела в зеркало и едва узнала себя. Ее охватило непонятное чувство свободы, как бывало всякий раз, когда она преображалась в нового человека. Макияж сделал ее новой женщиной, которую не терзали демоны прошлого.

В дверь постучали; не дожидаясь ответа, вошел Роберт, а за ним высокий блондин с блестящими зелеными глазами.

Взглянув на Каллиопу, Роберт замер на месте.

– Калли?

Каллиопа и Дирдре засмеялись, а красивый незнакомец в темном вечернем костюме выступил вперед. На его лице отразилась целая гамма чувств – он как будто встретил давно потерянного друга. В приветливых зеленых глазах искрилось ощущение родства душ.

Он перевел взгляд на Дирдре:

– Роберт, ты мне не сказал, что здесь будут две потрясающие дамы.

Дирдре смерила его уничтожающим взглядом:

– Калли, давай на сегодня поменяемся ролями. Обещаю доставить тебе хороший материал для карикатур.

Незнакомец заморгал; Роберт выглядел так, как будто готов был засунуть ей в рот кляп.

– Ради Бога, перестаньте, и так все очень непросто. Знакомьтесь, Стивен Чалмерс, а это мисс Каллиопа Минтон и мисс Дирдре Дейли. Не будем забывать приставку «мисс», договорились?

– Конечно, кузен. Дамы. – Вошедший медленно поклонился каждой и без всякого раскаяния ухмыльнулся Роберту, но тот его проигнорировал.

– Калли, Стивену в основном известна твоя ситуация. Дальше ты его просветишь. Поскольку сегодня вы представите себя свету в качестве пары, посещение оперы будет безопасным способом проверить, подходите ли вы друг другу и стоит ли продолжать маскарад.

Каллиопа кивнула.

– Это долгий забег, так что обсудите детали своего соглашения. – Он покашлял. – Она должна вернуться домой в пристойное время. Одна. – Он послал Стивену предостерегающий взгляд, но прекрасный Адонис его жизнерадостно отмел.