Маскарад для маркиза
Шрифт:
«Титулованных особ – по одной за раз», – печально прозвучало в ее голове.
Поглощенная своими мыслями, Каллиопа не заметила человека, задумчиво стоящего в дверях, поигрывая ее тросточкой.
Глава 2
– Калли, тебе не кажется, что ты несколько увлеклась маркизом Энджелфордом? – поинтересовался Роберт Крукшенк, ее наставник и выдающийся карикатурист.
Каллиопа раздраженно взглянула на него и упала в мягкое кожаное кресло.
– Он дает столько материала! Как можно
Роберт покачал головой и пригладил модный чуб.
– Три рисунка на ту же тему – «Похождения маркиза». Сосредоточиться на одном человеке – плохая идея. Тем более он член палаты лордов и слишком высоко ценит свою неприкосновенность.
– Пожалуй, ты прав. Но, согласись, иллюстрации хорошие.
Роберт еще раз поглядел на рисунок.
– Более чем хорошие – они вдохновенные. Но будь осторожна. Энджелфорд всемогущ, и он не привык к такого рода вниманию. Никто из художников не рисовал его в столь нелестной манере. – Роберт подтолкнул к ней лист и развалился в кресле, закинув ноги в блестящих ботинках на край ее огромного стола.
– На данном этапе твоей карьеры гораздо легче и безопаснее изображать тех, кто рассчитывает на знать и поощряет ее.
Каллиопа чуть не застонала.
– Это уже столько раз было!
Роберт покачал головой – он явно начинал сердиться.
– Калли, уясни одну вещь. Новизна вовсе не обязательна. Одно из величайших испытаний мастерства художника – создать нечто выдающееся из обыденного.
– Да, я понимаю. Просто Энджелфорд – интересный объект. – И заслуживает взбучки, мысленно добавила она и посмотрела на рисунок. Маркиз припустился за дюжиной полуодетых куртизанок, ловко избегая капканов, расставленных мамашами и дебютантками. Некоторое время Каллиопа разглядывала карикатуру со смешанным чувством удовлетворения, злости, грусти и сожаления, затем поставила справа внизу размашистую подпись «Томас Ландерс» и толкнула лист обратно к Роберту.
Крукшенк вздохнул и аккуратно положил лист поверх двух других карикатур на маркиза.
– Издатели очень довольны твоей работой. Продажи возросли. Они желают, чтобы загадочный мистер Ландерс и дальше подкармливал прессу. Ты заметишь, что компенсация увеличилась.
Он вручил ей пачку денег; она видела, что он с трудом скрывает гордость.
– Спасибо, Роберт. Ты хороший друг, не знаю, что бы я без тебя делала. На следующей неделе у меня будет для тебя новая подборка, и я обязательно сменю тему. – За спиной она скрестила пальцы и пообещала себе, что в самом деле постарается.
Роберт посерьезнел.
– Смотри за тем, что делаешь, Калли. У меня неприятное чувство по поводу направления, которое ты выбрала с маркизом. Скорее всего эти три скетча станут печатать два раза в месяц, чтобы насытить аппетит публики. Твои прежние картинки были совсем другими. – Он покачал головой. – А после этих трех языки развяжутся, так что приготовься к возможным последствиям в течение нескольких месяцев. И еще... – Роберт небрежно пожал плечами. – Твоя работа хорошо оплачивается, так что ты, видимо, не примешь мой совет.
Каллиопа засмеялась,
– Кончай-ка ты с этим.
– Не волнуйся, леди Симпсон уже прекратила мою службу. Придется и мне уволить «Маргарет Стаффорд».
– Да, я знаю. Даже в клубах говорят про «киллройский инцидент». Ты сделала бал у Киллроев событием сезона. И все же эта дама отчистила перышки от всеобщего внимания, несмотря на то что ее назвали свиньей.
На этот раз Каллиопе не удалось скрыть смущение, и Роберт, потянувшись через стол, похлопал ее по руке.
– Такой поворот событий должен тебя только радовать. Если я не ошибаюсь, ты во всеуслышание назвала леди Симпсон чем-то вроде чертовой бабушки. Безотносительно к чувствам, которые ты испытываешь к этой женщине, и к тому, что должность при ней давала доступ в высший свет, ты, по собственному признанию, вышибла из нее мозги.
Он придвинул к ней чистый лист.
– Теперь ты просто обязана отразить это событие с позиции Маргарет Стаффорд. Другие художники постесняются наживаться на чужом сюжете, а ты должна представить себя в наилучшем свете.
Каллиопа кивнула, выдвинула верхний ящик стола и выложила готовые и подписанные карикатуры. Роберт взял верхнюю и разразился хохотом.
На картинке был изображен воробей с перевязанной лапой – он измазал в смоле и перьях гарпию, застывшую с разинутым ртом. На заднем плане птицы в нарядном оперении таращили на них глаза и подбирали с полу разлетевшиеся крошки.
– Вот еще одна. – Каллиопа подала вторую карикатуру, посвященную леди Симпсон: та большим ножом резала жареную свинью, в морде которой угадывалось сходство следи Киллрой.
– Баснословно! Публике понравится.
Каллиопа позволила себе слегка улыбнуться. Она неплохо с ней разделалась. По одной титулованной особе за раз.
– Однако после этого ты остаешься в довольно стесненном положении, – сказал Роберт, засовывая рисунки в кожаную папку. – Теперь никто не возьмет тебя компаньонкой. Способов выступать в убогой одежде и не быть узнанной не так уж много, а ты не раз подчеркивала, что желаешь сохранить инкогнито.
Да, анонимность для нее теперь становилась проблемой. Каллиопа знала свет. У леди Солсбери широкий круг друзей, они держат ее в курсе того, кто сейчас в изгоях. И поскольку Маргарет Стаффорд определенно попала в категорию изгоев, Каллиопа могла только вздохнуть с облегчением и поблагодарить себя за то, что она в свое время основательно замаскировалась.
Скрестив руки на груди, Роберт терпеливо ждал ответа, и Каллиопа тяжело вздохнула.
– Роберт, после долгих размышлений я решила посмотреть на высший свет под совершенно другим углом.
Он поднял брови, но промолчал, ожидая продолжения.
– Для этого мне потребуется твоя помощь. Нужно найти мужчину благородного происхождения, которому можно полностью доверять. Понимаю, что задача почти невыполнимая...
Она тут же увидела интерес в глазах Роберта – он любил трудные задачи.