Маскарад для маркиза
Шрифт:
Но Джеймс не успел ничего спросить: сигнал возвестил, что скоро начнется второй акт, и Хоулт откланялся. Джеймс поискал Каллиопу и с раздражением обнаружил, что в вестибюле ее нет. Неужели ушла? Он торопливо прошел вложу, но и там ее не было. Второй акт уже начался, и в его груди шевельнулся страх.
Обернувшись, он увидел Терренса Смита, человека, которого ему приходилось видеть с Каллиопой на светских раутах. Смит постарался сделать вид, что кого-то ждет, но без особого успеха.
Джеймс решил его игнорировать и пошел на первый этаж. Завернув за угол, он чуть не столкнулся
– Джентльмены! – Он слегка поклонился и снял шейный платок.
Группа быстро рассеялась; с губ уходивших слетали торопливые извинения. Последним убрался тот, что поднялся с пола.
– Что вы здесь делаете? – требовательно спросил Джеймс, когда все разошлись.
Каллиопа недружелюбно посмотрела на него и попыталась улизнуть, но он схватил ее за руку и повторил вопрос. Изложи вышла какая-то пара, и он ослабил хватку, а затем повел ее к лестнице.
– Отпустите меня, – прошипела она.
Но он отпустил ее только после того, как они оказались на улице. Оказавшись у кареты, Каллиопа ощетинилась, но все же забралась в нее. Шлепнувшись на сиденье, она уставилась в стену.
Энджелфорд сел напротив.
– Может, вам напомнить, что мы пришли не для того, чтобы вы в самом деле начали искать себе нового покровителя?
Каллиопа повернулась к нему; глаза ее сверкнули как два кинжала, и Джеймс с трудом подавил желание вскинуть руку для отражения удара.
– Нет, милорд, я и сама способна это сообразить.
– Итак, что вы там делали?
Каллиопа поджала губы.
– Я собирала информацию, касающуюся нашей проблемы, и одновременно отбивалась от так называемых покровителей.
– И что же вы выяснили?
В ее взгляде появилось отвращение.
– Что все мужчины – скоты.
Джеймсу стало смешно; напряжение отпустило его.
– Дорогая, вы сами выбрали этот путь – жить за счет мужчин, причем таким способом, который будит в нас худшие качества. Чего еще вы ожидали?
Каллиопа вздохнула и откинулась на спинку сиденья.
– Я все-таки надеялась на лучшее.
Джеймс нахмурился, но она продолжала как ни в чем не бывало:
– Во время антракта я опросила четырех человек из списка. Лорд Рот, единственный джентльмен из этой компании, задавал слишком много вопросов о Стивене. Мистер Тернберри проявил глубокий интерес к нашим отношениям. Лорд Петтигрю – похотливый бульдог, в его глазах всегда настороженность: я уверена, он что-то выискивает. Лорд Хоулт говорил загадками, и никто из них не был искренним по поводу Стивена. Еще там кучковались человек десять шумных и напористых господ, которых нет в списке. – Она поочередно загнула пальцы.
Джеймс был слегка ошарашен.
– Должен сказать, неплохо для начала.
Видимо, Каллиопа расслышала в его голосе удивление,
– Милорд, вот увидите, я весьма наблюдательна, и у меня большой опыт...
Джеймс кивнул; он уже обдумывал второй этап плана.
– Кстати, Терренс Смит тоже крутился возле ложи. Он как-то причастен к вашей маскировке?
– Нет. – Она помедлила. – Но я перенервничала, встретившись с ним в опере. Не думаю, что этот человек узнал во мне Маргарет Стаффорд, но он был одним из немногих, с кем я регулярно разговаривала на великосветских приемах. При виде его я на миг сбилась с роли.
Это известие чуть не увело его в сторону, и он спросил:
– В высшем свете с вами не слишком хорошо обращались, и поэтому вы сменили сферу обитания?
Каллиопа ответила, не глядя на него:
– Вам ли не знать, милорд. Вы были хуже всех.
В нем колыхнулось раскаяние, но он его подавил.
– Я все еще задаю себе вопрос: с какой целью вы стали убогой Маргарет Стаффорд? Если бы я знал, какую великолепную любовницу можно из вас сделать, будьте уверены, я бы опередил Стивена.
От возмущения лицо Каллиопы пошло пятнами.
– Вы просто нахал! Не понимаю, почему я трачу время на разговоры с вами. Мы можем продолжать расследование, обмениваясь минимумом слов. Что до меня, то я умолкаю... – Ее голос оборвался, потому что Джеймс схватил ее правую ногу и положил себе на колени.
– Прекратите! Отпустите ногу!
Несмотря на ее протест, он снял туфлю и стал растирать ступню.
– Это неуместно! Прекратите немедленно! – Она наклонилась, пытаясь высвободить ногу, но он ей этого не позволил.
Каллиопа зашипела словно змея, и Энджелфорд довольно улыбнулся:
– Расслабьтесь, мисс Минтон.
Каллиопа скрестила руки на груди, и Джеймс продолжил массировать ей ногу. Тряска кареты убаюкивала. Он почувствовал, что она сдается, взял другую ногу и проделал с ней то же самое.
Каллиопа закрыла глаза и тихонько вздохнула. Этот благодарный вздох заставил его прекратить врачевание. В воздухе явно потеплело, и ему пора было брать контроль над ситуацией.
– Каллиопа...
Карету тряхнуло на ухабе, и девушка завалилась на правый бок. Он подхватил ее, и она, испуганно засмеявшись, искоса посмотрела на него. Он увидел ее напряженные глаза, наклонился и поцеловал. Все мысли о необходимости взять ситуацию под контроль испарились... Ее губы по вкусу напоминали мяту и пахли лавандой. Лаванда и что-то еще...
Не прерывая поцелуй, Джеймс втащил ее себе на колени и погладил по затылку; затем сунул пальцы под парик, выдернул шпильки и прижал ее к себе.
Каллиопа задрожала, но все же обняла его в ответ и поцеловала от всей души.
И Джеймс снова подарил ей поцелуй.
Глава 7
Каллиопа забыла обо всем на свете.
Все рациональные мысли куда-то подевались с того момента, как их губы соприкоснулись. Приятное чувство, вызванное массажем, превратилось в кромешный ад. Он гладил ее по голове; волосы высвободились и улеглись ей на плечи. Его пальцы спустились по ним на корсаж платья.