Маскарад для маркиза
Шрифт:
– Мой Бог, как ты прекрасна!
Тихий внутренний голос забил тревогу, но Каллиопа от него отмахнулась и, обвив его за шею, прижалась к нему. Джеймс тут же опрокинул ее на себя. От него исходил такой жар, что она, казалось, вот-вот растает. Ее тело требовало большего.
Она почувствовала твердый отклик его тела. Его руки легли ей на ноги и стали медленно пробираться вверх, сдвигая тонкую голубую ткань. Каллиопе казалось, что от охватившего ее жара она сейчас умрет.
Руки Энджелфорда поднялись к ее бедрам, и тут
Каллиопа отпрянула и неуклюже повалилась на противоположное сиденье, проклиная свое безрассудство. Что на нее нашло? Опустив голову, она старалась подавить унизительное чувство и вернуть себе должное достоинство.
Пока она поднимала парик и несколько шпилек, Энджелфорд сидел неподвижно и смотрел на нее непостижимо черными глазами.
Экипаж остановился; Каллиопа еле успела вдеть последнюю шпильку, и тут же лакей открыл дверь. Она не оглядываясь пошла к дому. Только оказавшись под защитой каменных стен, она решилась выглянуть в окно. Карета медленно удалялась.
Боже, что он подумал? И о чем она сама думала?
– Калли?
Каллиопа вздрогнула и оглянулась – позади нее стояла Дирдре..
– Ди, ты испугала меня до смерти, честное слово!
– Я думала, что прислать путаную записку и приехать – не одно и то же. Ты говорила, что приедешь, помнишь?
Каллиопа разгладила помятую юбку.
– Ох, извини. Сначала я должна была убедиться, что вы в безопасности. К тому же я заработалась.
Дирдре нахмурилась.
– Что значит – вы в безопасности?
Черт побери, он же запретил объяснять!
– Я слышала, по городу ходит какая-то болезнь – вот и хотела убедиться, что вы ее не подхватили.
– Болезнь? А где ты была?
– В опере.
– И где Стивен? – Дирдре выглянула в окно. Обычно Стивен заходил вместе с Каллиопой.. – Он как-то объяснил свое отсутствие?
– Он прислал извинения по поводу того, что не смог прийти на маскарад, и сегодня тоже. Вот почему он послал Энджелфорда сопровождать меня... – Ложь громоздилась на ложь, и на сердце у Каллиопы становилось все тяжелее.
Дирдре оглядела ее и удовлетворенно ухмыльнулась:
– Энджелфорд? Как интересно! Я вижу, такое усердие тебе пришлось по душе.
Каллиопа нахмурилась:
– О чем это ты?
Дирдре заулыбалась еще шире и ничего не ответила. Пожав плечами, Каллиопа направилась к лестнице; ей хотелось поскорее снять с себя вечернее платье. Она знала, что Дирдре идет следом; обожаемая сестра улыбалась, как кошка со сметаной на усах.
– Стивен не мог, а мне был нужен эскорт, вот и все.
Дирдре выдержала паузу и затем игриво сказала:
– Да, это вполне объясняет, почему у тебя парик съехал набок.
Веселое
Ну и где эта щетка для волос? Только что была здесь.
Каллиопа встряхнула несколько платьев, разбросанных по полу. Щетки нет. Она проверила другую кучу. И здесь нет. Наверное, Дирдре куда-то засунула ее перед уходом.
Каллиопа с ворчанием встала на четвереньки и заглянула под кровать. Пусто. А на полках шкафа? Только одежда.
Ну ладно, можно хотя бы одеться к его приходу.
Каллиопа перешагнула через кучу белья и взяла соблазнительное утреннее платье сапфирового цвета, единственное, которое осталось на вешалке после припадка бешенства. Она притронулась к нежному шелку и отдернула руку как ошпаренная. Платье, трепеща, полетело на пол.
Нет, лучше уж она наденет скучное серое, скромного покроя, с закрытым воротом. Торопливо, пока не передумала, она натянула на себя благопристойное платье.
Где же щетка?
Ее отвлек короткий стук во входную дверь, и голос Гриммонда возвестил о приходе Энджелфорда. Каллиопа посмотрела на часы. Полдень. Она проваландалась целое утро.
Каллиопа подбежала к зеркалу. Словно в насмешку, щетка лежала на туалетном столике. Схватив ее, она кое-как разгребла волосы, в тысячный раз удивляясь, что же с ней такое происходит.
О Боже, что он скажет? Она спустилась вниз и с восхитительным спокойствием вошла в библиотеку.
Энджелфорд сидел за ее письменным столом, отчего ее неуверенность тут же сменилась раздражением.
– Добрый день, милорд. Пожалуйста, чувствуйте себя как дома.
Он поднял глаза и скривился, поглядев на ее старомодное платье. Потом он внимательно изучил ее лицо, и глаза его приняли такое же непостижимое выражение, как накануне в карете. А потом он улыбнулся:
– Спасибо, мисс Минтон, я именно так и делаю. Пожалуйста, присаживайтесь. – Он указал на соседнее кресло, и Каллиопе захотелось ударить его ножом для разрезания бумаги, лежавшим на краю стола.
Видимо, Энджелфорд проследил за ее взглядом, потому что переложил нож на другой край стола.
– У вас блестят глаза. Вы плохо спали? – Он говорил тихо и как-то сдержанно.
– Я спала прекрасно. Почему вы спрашиваете?
– Я не извиняюсь за то, что произошло вчера в карете, потому что наслаждался интерлюдией, как и вы. Единственное, о чем я сожалею, – что поездка слишком скоро закончилась. В другой раз я исправлюсь.
Все возможные ответы, словно ударившись об эти слова, рассыпались в прах. Каллиопа покраснела.
И тут же в мгновение ока Энджелфорд из соблазнителя превратился в делового человека и перевел взгляд на лежащую перед ним стопку бумаг. Взяв верхний лист, он подтолкнул его к ней – это была копия списка, который они вчера нашли, с добавлением еще нескольких имен. Затем он вынул из кармана очки.