Маска времени
Шрифт:
– Мои фантазии, как ты их называешь, ничем тебе не угрожают. Здесь не идет речь об измене или о чем-то другом. И я не собираюсь заниматься поисками в течение хотя бы нескольких месяцев. Обещаю. Я собираюсь заняться только работой. Я не могу так расстраивать Конни.
– А меня, значит, можешь. – Кемпбелл смотрел Кейт прямо в глаза. – Настанет весна, и сумасшествие вернется, да?
– Может быть.
– Брось это, Кейт. Твои поиски только разрушают наши отношения.
– Ты сам не понимаешь, о чем просишь. Обещаю, что наши отношения разрушатся еще быстрее, если я не дойду в своих поисках до конца.
– Нет.
– Прямо сейчас? – спросила она, пытаясь сохранить спокойствие.
– Да. Сейчас. В противном случае я буду искать другую женщину. Может быть, у нас с ней не будет таких сложных отношений. Может быть, она окажется моложе тебя и из тех, кого не особенно мучит прошлое.
– Моложе? – Рот ее искривился в улыбке. – У тебя неплохо получается с ультиматумами, Кемпбелл.
– Потому что я не живу в мире фантазий, – отрезал он, – и точно знаю, что мне надо.
– Господи!
– Ты была жестока со мной. Теперь настал мой час.
Кейт готова была разрыдаться.
– Но мне нужно время, Кемпбелл. Чтобы подумать.
– Нет. – Его лицо потемнело от гнева. – У тебя нет времени. Никаких трюков. Никаких тайн. Или ты навсегда отказываешься от своих поисков, или я бросаю тебя!
– Я не могу отказаться, – прошептала бессильно Кейт.
Наступило мрачное молчание. Наконец он освободил ее руки и отступил назад. Взглянув в лицо Кемпбелла, Кейт поняла, что он уже давно принял решение, еще до прихода сюда. За время путешествия в Россию Кейт потеряла Кемпбелла. С некоторым равнодушием она подумала о той, молодой, что заменила ее, и которую он уже успел сделать своей.
– Прощай, Кейт.
И даже не поцеловал, уходя.
Она продолжала стоять не двигаясь и тогда, когда услышала шум мотора отъезжающего «порше».
На следующее утро Кейт проснулась рано, как только солнце появилось из-за горного хребта. Какое-то время после пробуждения она ощущала только пустоту в душе и никак не могла понять, что с ней. Наконец вспомнила, и боль пронзила все ее существо. Кейт с трудом смогла встать с постели.
Она сделала себе кофе и подошла с чашкой к окну. Из окон открывался прекрасный вид на гору Вейл. Ночью был настоящий буран, и сейчас все кругом ослепляло белизной. Кейт поняла, что вернулась вовремя, к началу сезона. Теперь до самой Пасхи работы будет хоть отбавляй.
Между тем солнце поднялось и осветило все вокруг. Заработали подъемники, начав ползать по склонам. Отсюда они казались неуклюжими жуками. Кейт смотрела на них, пила кофе и старалась больше ни о чем не думать, пока не пришла пора идти на работу.
«Граф ризот» был одним из самых больших и богатых отелей в Вейле. Семьдесят номеров, три ресторана, Weinstube [11] в баварском стиле, два минеральных источника, конференц-зал и выходы к лучшим трассам – все это было воплощением мечты владельцев скромной семейной гостиницы для горнолыжников, с которой они начинали двадцать лет назад.
11
Винный погребок (нем.). – Прим. пер.
«Граф ризот» мог гостеприимно принять
Лучшие строители возводили «Граф ризот», и лучший персонал теперь обслуживал его. И здесь могло осуществиться любое желание клиента, даже самое бредовое. И обслуживалось это великолепие с тактом и поразительной отлаженностью.
Законным результатом всех усилий стала немалая прибыль хозяев отеля. Номер на одну ночь в разгар сезона стоил около 350 долларов. «Граф ризот» давал ежедневную прибыль 30 тысяч долларов, а в месяц – свыше миллиона. А с учетом новой стратегии даже в летний период здесь проводились всевозможные симпозиумы и конференции. И последние три года «Граф ризот» приносил не менее семи миллионов ежегодно.
Женщина, которая могла бы похвастаться тем, что именно она создала отель, имела широкое мужественное лицо, решительные манеры и была очень энергичной особой, что позволяло многим усомниться в ее шестидесяти пяти годах. Она выглядела лет на двадцать моложе. Недавно опубликованная ее биография подробно рассказывала о тридцатилетней деятельности Констанции Граф в гостиничном бизнесе. Эта женщина стала настоящей легендой. Многие из ее служащих испытывали страх перед ней, но Кейт никогда не слышала от своей начальницы ни одного замечания или грубого слова. Кейт вообще считала, что этот страх был рожден скорее той уверенностью, которую буквально излучало все существо Констанции. Поэтому в душе Кейт ничто не дрогнуло, когда ее взгляд встретился со взглядом серых проницательных глаз хозяйки при входе в ее великолепный кабинет.
Они быстро обменялись поцелуями. И хотя Конни была намного старше Кейт, они были подругами, и партнерство по работе не разобщало их, а, наоборот, делало еще ближе. Но Кейт сразу же уловила запах дорогих духов «Диориссимо», напряженное выражение лица и поняла, что серьезный разговор неизбежен.
– Садись, – скомандовала Конни, указывая рукой на стул рядом с ее письменным столом из черного мрамора. Кейт повиновалась и села, скрестив руки на коленях. – Как отдохнула?
– Хорошо.
Конни по-прежнему продолжала напряженно изучать ее. Скорее всего, она уже знала про Кемпбелла.
– Выглядишь усталой. Но, думаю, ты скоро отойдешь, ведь время пока еще на твоей стороне. – Конни говорила отрывисто и без пауз. – Слишком много времени ты провела в России.
– Понадобилось немало дней, прежде чем я смогла выйти на нужных людей и получить необходимую информацию. Этим и объясняется мое долгое отсутствие.
Прости, Конни, если я создала тебе трудности. Надеюсь, что Дженнифер смогла меня заменить.
Но Конни будто отмахнулась от этой темы:
– Об этом после. Так ты узнала все, что хотела знать?