Марш к морю
Шрифт:
– Ну, мы слышали, что вы не можете переплыть его, - сказал Панер, - но мы сделали в этом мире немало вещей, которых никто никогда раньше не делал.
– Они пересекли горы Тарстен, - вставил Растар.
– Нет! Правда?
– Кар рассмеялся.
– И действительно ли земля за ее пределами заполнена гигантскими каннибалами?
– Думаю, что нет, - сказал Корд. Старый шаман обладал сильным даром к языкам, но, не имея собственного языка, ему не хватало поддержки автопереводчика, которой пользовались люди, и к'вэрнийский генерал пристально посмотрел на него, услышав его ярко выраженный и весьма необычный акцент.
–
– Довольно близко к четвертой части пути вокруг света от Тарстенов, - согласился Панер.
– И люди на дальней стороне Тарстенов не сильно отличались от вас. Правда, без циванов, без туромов.
– Воистину, мы живем во времена чудес, - сказал Кар.
– И я не хотел обидеть ваших людей, Д'Нал Корд.
– И я ничем не обижен, - запинаясь, сказал аси.
– Далеко мы зашли, и многое я повидал. Многое остается неизменным от одной стороны к другой.
– Он на мгновение огляделся.
– Хотя это, безусловно, самый большой город, который я когда-либо видел. Войтан был таким же... живым до своего падения, но он не был таким большим.
– Войтан?
– спросил Кар.
– Долгая история, - сказал Роджер.
– И предостерегающая.
– Да, - согласился Корд, выразительно хлопнув в ладоши, и спокойно посмотрел на к'вэрнийца.
– Войтан, как все знали, был неприступен. До кранолта.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
Роджер оглядел комнату и удовлетворенно кивнул. Помещение было относительно небольшим, но удобным, располагалось на обращенной к морю стороне цитадели и выходило окнами на синее К'Вэрнийское море, и морской бриз, который дул из окон с этой стороны, выходил наружу через внутренние окна, которые смотрели во внутренний двор с другой стороны. Колокольня цитадели находилась менее чем в пятидесяти метрах от этих окон, и принц внутренне содрогнулся при мысли о том, что будет, когда начнут бить "часы" к'вэрнийцев, но он был готов принять это как цену окон. В любом случае, во всем городе не было места, где он мог бы реально надеяться избежать звона колоколов, а ветерок, дующий через комнату, казался почти невероятно приятным после душной паровой бани городских улиц.
В комнате были вездесущие низкие подушки и столики, но Мацуга уже установил его походную кровать и откуда-то раздобыл стол повыше. Вместе с его складным стулом это было удобное место, с которого можно было обдумывать свои следующие шаги.
План был прост. Они должны были показать жителям Бухты К'Вэрна некоторые военные технологии из кровавого прошлого человечества, которые были бы в пределах их нынешних возможностей в обмен на путешествие через океан. Это звучало разумно, когда они все обдумали перед отъездом из Диаспры, но Поэртена уже высказал свое мнение о мореходных качествах местных лодок, и это было не очень хорошо. В голове Роджера звенели такие фразы, как "жесткость палубы", "надводный борт" и "кливерные паруса", большинство из которых он уже знал по своим собственным дням яхтинга. Поэртена, однако, казался настоящим кладезем информации о практичных рабочих лодках с парусным движителем, и этот источник говорил "Ни за что".
Таким образом,
Остальная часть плана тоже начинала выглядеть сомнительной. Они еще не встречались с местным советом, но Бистем Кар явно чувствовал, что Бухта К'Вэрна не так непобедима, как считали Растар и Хонал. Если его отношение разделял совет в целом, то может не сработать простой способ сказать: "Эй, вот несколько трюков. Повеселитесь, и мы уйдем отсюда",.
Все это звучало так, как будто могло означать еще одну битву, и Роджер не был уверен, что готов к этому.
Он посмотрел на море и вздохнул. Большую часть своего семнадцатого лета он провел в плавании по голубой воде у Бермудских островов, где, в отличие от Пинопы, парусный спорт был скорее развлечением богатых, чем вопросом экономического выживания. Гонки на голубой воде в Атлантике были товарищескими соревнованиями между членами финансовой элиты и их тщательно подобранными экипажами, и используемые яхты имели такое же малое сходство с тем, что было необходимо здесь, как гоночный флайер с грузовиком на воздушной подушке, но, учитывая выбор между плаванием на грузовом шлюпе по средне-атлантическому шторму и борьбе с боманами, Роджер был уверен, каким будет его ответ. Даже с учетом возможности появления морских чудовищ для пущей убедительности.
Кто-то постучал в дверь, и он повернулся к ней. Охранником снаружи была Депро, и она отказалась встретиться с ним взглядом, когда открыла дверь, впуская Мацугу. Инцидент в Ран Тай все еще лежал между ними, как минное поле, и он должен был преодолеть его. Ран Тай доказал, что неразумно подходить слишком близко к телохранительнице, но еще менее разумно иметь телохранительницу, которая была смертельно зла на тебя. И Депро не могла просить о переводе, так что рано или поздно ему пришлось бы поговорить с ней об этом и попытаться сгладить ситуацию.
Кроме того, он все еще был глубоко смущен своими чувствами к ней.
Он вздохнул при этой мысли, затем снова улыбнулся, услышав, как Мацуга возится у него за спиной. Тихое кудахтанье, когда камердинер приводил в порядок вечный беспорядок, действовало успокаивающе.
– Ты рад, что выбрался из кухни, Костас?
– Это был очень интересный опыт, ваше высочество, - ответил камердинер, - но, учитывая все обстоятельства, да, я очень рад. Я всегда могу вернуться и внести там вклад, если у меня будет настроение, и не похоже, что на данный момент я действительно все еще нужен.
– С колонной из более чем пяти тысяч человек, людей и мардуканцев, найти поваров было достаточно легко.
– Но мы все будем скучать по твоему рагу из атула, - пошутил Роджер.
– Боюсь, вам придется просто пострадать, ваше высочество, - ответил Мацуга.
– Это забавно, на самом деле. Я дал этот рецепт одному из диаспранцев, и он просто уставился на меня в шоке. Я полагаю, что для людей это эквивалент тушеного мяса бенгальского тигра. Не то, что они сочли бы нормальной едой.
– "Сними шкуру с одного бенгальского тигра..." - пробормотал Роджер со смешком.
– Совершенно верно, ваше высочество. Или, может быть, "Сначала разделайте тираннозавра".