Мародер
Шрифт:
Стрела пролетела по сумасшедшей дуге и воткнулась в землю.
Я никогда не слышал, чтобы она так сильно смеялась. Я обернулся, и она указала на меня.
— Только взгляни на свое лицо!
Она засмеялась еще громче, но пыталась сделать такое же лицо, как у меня. Может быть, она уже обоссалась от смеха, но трудно было сказать, когда она не могла сохранить невозмутимое выражение лица. Она почти хрипела. Когда она снова смогла нормально дышать, она сказала:
— Ты не привык, чтобы женщина подставляла тебе подножку, верно, Мародер?
Я прижался вплотную к Кили, скользя рукой вверх по ее спине, чувствуя
— Неплохо, душа моя, — сказала она у меня за спиной. — Совсем неплохо. Я чувствую некоторый потенциал.
Она сказала это так небрежно, как будто не называла меня как-то иначе, чем она меня называла — Келли, Мародер, ублюдок, похититель ее времени или сердца. Это было то же самое, что и в первый раз, когда она назвала меня Кэшем.
— Что?
Она приподняла волосы, поправляя их так, чтобы они не развевались на ветру.
— Я назвала тебя моей душой. Не заключай сделку по этому поводу. Ты — моя душа и мое сердце, с тех пор как ты украл его.
Кили снова развернула меня к цели, подстроив мое тело определенным образом. Рядом с ее телом, направляющим мое, мы поражаем каждую цель. Мои стрелы застряли прямо рядом с ее, за исключением последней, когда она выстрелила, прямо как Робин Гуд. Кили расколола свою же стрелу прямо посередине.
— Молодец, — сказала она, отходя от меня. — Хорошая работа.
Я кивнул ей и вернул лук. Кили взяла его у меня и прислонила к небольшому сарайчику, в котором раньше хранились инструменты и прочая ерунда. Я наблюдал за ней с минуту, прежде чем засунуть руки в карманы и пойти обратно на ферму.
— Кэшел Келли, — сказала она. — Я остановился. — Возьми меня с собой на долгую прогулку по пляжу.
Она оказалась рядом со мной раньше, чем я ожидал. Она вложила свою ладонь в мою, переплетая наши пальцы.
Я вздохнул и кивнул.
Мы прошли вдоль участка и пересекли неровную дорогу, наши ботинки натыкались на камни, отделявшие сушу от моря. Вода время от времени вливалась в трещины, заполняя пустоты, а затем устремлялась обратно. Она отпустила мою руку, когда я наклонился, чтобы поднять камень и бросить его.
— Расскажи мне, что произошло в тот день, — попросила она. — День, который все изменил.
В тот день, когда я потерял своего старика и брата.
Я прочистил горло.
— Мой старик водил нас в зоопарк Бронкса. Он водил нас туда, когда хотел поговорить с нами о чем-то важном. У них был зеленоглазый тигр, которого он называл моим тотемным животным. Смотритель зоопарка иногда позволял нам его покормить. — Я снова наклонился, ища другой камень, чтобы бросить. — Наш старик сказал нам, что у него было плохое предчувствие по поводу чего-то. Они у него часто случались — плохие предчувствия. Его бизнес по большей части выводил из себя многих. Потому что, если ты не выводишь кого-то из себя в этом мире, ты делаешь что-то неправильно. Наличие к тебя врагов свидетельствовало о том, что ты кого-то очень вывел из себя. Ты отстаиваешь то, чего хочет кто-то другой.
Затем я выпрямился, держа в руке четыре маленьких камешка. Я выбросил один, и море поглотило его.
— Он
Я растер камешки между ладонями, а затем бросил еще один, на этот раз дальше предыдущего.
— После того, как мы покинули зоопарк, мы собирались поужинать в квартире моего старика. Молли всегда готовила специальное блюдо по воскресеньям, и мы должны были ужинать с ними. Машина преградила нам путь прежде, чем мы вошли в дом, и когда мой старик встретился с теми людьми взглядом, он сказал нам зайти внутрь и подождать.
Я взобрался на каменную насыпь, повернувшись, чтобы подать жене руку. Она взяла ее и встала рядом со мной. Кили высматривала что-то на горизонте, прищурившись.
— Я этого не сделал. У меня поселилось ощущение мороза вдоль шеи, как будто дикое животное собиралось вонзить в нее свои зубы и искалечить меня. Поскольку я не заходил, то Килл тоже остался ждать со мной.
Я бросил еще один камень, на этот раз сорвавшийся с места от порыва ветра. Он приземлился где-то вдалеке без каких-либо доказательств того, что он где-то приземлился.
— Мой старик наклонился, разговаривая с двумя мужчинами через опущенное стекло их автомобиля. Они спорили, но говорили едва слышно. Это был один из людей Грейди и Скарпоне. Пока они спорили, подъехала группа копов, завизжали шины, завыли сирены. Они вытащили оружие, как только выскочили наружу. Старик Стоуна кричал моему, чтобы тот поднял руки вверх. Мой старик сделал, как тот просил, но сказал Стоуну, что сначала ему нужно закончить дело. Скотт Стоун, который в то время был патрульным полицейским, не согласился. Прежде чем отец Стоуна дал ему добро, он надел наручники на моего старика, и когда он вытаскивал его из машины, Скарпоне выстрелил ему в грудь. Прямо ему в сердце. Копы начали стрелять. Так же поступили и мужчины в машине. Я пошел по направлению к своему старику, но Килл набросился на меня прежде, чем я успел туда добраться. Кто-то стрелял в меня. Он принял пулю, предназначенную мне.
— И лишился возможности ходить, — сказала Кили, забирая последний камень из моей руки и бросая его.
Она положила руку мне на бок и развернулась так, что оказалась передо мной на самом краю скалы.
— Тогда ты украл мое сердце из мести.
— Я потратил всю свою жизнь, моя дорогая, ожидая, чтобы украсть подходящее сердечко.
Она моргнула, глядя на меня, ее глаза были цвета небесной сини.
— Правильно — то, которое ты нашел благодаря своему плану мести.
— Если путь в ад может быть вымощен благими намерениями, — я пожал плечами, — может быть, путь в рай может быть вымощен людским предназначением.
Порылся в кармане и вытащил кулон, который подарил ей в нашу первую брачную ночь. Я помахал им перед ее лицом, и когда она потянулась, чтобы взять его, я отдернул его назад.
— Если ты снимешь его или даже попытаешься вернуть мне его снова, ты не сможешь сидеть две недели.
Она подтолкнула его ко мне со злым блеском в глазах, и когда Кили это сделала, я крепче сжал кулон, а она лишь крепче сжала со своей стороны. Она поняла, что я говорил чертовски серьезно.
— Не буду, — прошептала она. — А теперь верни его мне. Он принадлежит мне.