Маришка
Шрифт:
– Скажите, а как зовут того человека, с которым вы сейчас встречались? – спросила Маша, когда вернулась в машину Макса.
Макс посмотрел на нее и она заметила, как его глаза блеснули таким же стальным блеском, как и у того человека. Впрочем, Макс тут же взял себя в руки и вежливо ответил:
– Его зовут Семен. А почему вы спрашиваете?
Маша уже поняла, что зря спросила его об этом, поэтому только пожала плечами, и ее смуглые щеки опять залил румянец.
– Куда мы едем? – спросила она, скорее для того, чтобы поменять тему разговора, чем
– Обедать. – Макс немного нахмурился, поняв, что девушка не собирается ему отвечать.
– Максим Эдуардович, мы так не договаривались, – запротестовала Маша. – Сейчас еще рано обедать и я не брала с собой денег.
– Очень жаль. Я же рассчитывал, что вы и за меня расплатитесь. И кстати, Маша, личная просьба. Называйте меня просто Макс. А то с вами я начинаю чувствовать себя стариком.
Маша опустила плечи и неуверенно кивнула.
В Адлере они зашли в небольшой и совершенно пустой ресторанчик на набережной.
– Я хочу спросить, только не удивляйтесь, пожалуйста, – сказал Макс, когда они уселись за столик. – Я не мог вас нигде раньше встречать? Мне почему-то знакомо ваше лицо.
– Поэтому вы и позвали меня поехать с вами, да? – спросила Маша, разглядывая меню с замысловатыми названиями кавказских блюд.
Макс улыбнулся и кивнул.
– Да. Я думал – присмотрюсь поближе и вспомню. Но не вышло.
– Не знаю, где вы могли видеть меня, но я точно вас раньше не встречала, – уверенно произнесла Маша и захлопнула меню. – У меня хорошая память на лица, которые мне интересны.
– А мое лицо вам показалось интересным? – удивился Макс.
– Скорее, необычным, – уточнила она.
– Так, рассказывайте. Очень любопытно.
– Меня заинтересовало в нем отсутствие мимических морщин. Есть только одна, между бровей. При таком лице увидеть настоящую эмоцию – редкость. Сегодня мне это удалось. Она есть на фото на пляже. Помните?
Подошла девушка официант, чтобы принять заказ. Макс, не заглядывая в меню, заказал себе салат и телятину в сливочном соусе марсала. Маша попросила только запеченные овощи.
– А что-то будете пить? – спросила официантка с надеждой. – У нас хороший выбор вин. Я могу что-нибудь порекомендовать.
Макс вопросительно посмотрел на Машу, но она отрицательно покачала головой.
Когда официантка ушла, Макс сказал ей:
– Зря вы отказались, Маша. Здесь действительно есть неплохое вино. Кстати, я еще вчера заметил, что вы совершенно равнодушны к алкоголю.
– Это потому что алкоголь неравнодушен ко мне, – со вздохом произнесла Маша. – В том смысле, что хмелею я моментально. Конечно, я не буду распевать песни и танцевать на столах этого милого заведения, но мне это помешает фотографировать и здорово усложнит наше с вами общение.
– Тогда я не буду больше настаивать, потому что хочу еще кое о чем вас расспросить. Можно?
– Конечно, – кивнула Маша. – Что вам интересно?
– Мне интересно, почему вас не заинтересовало лицо Лики, – серьезно сказал Макс. – Мне показалось, что
– Но… – Маша смутилась немного и тоже стала серьезной. – Я же сказала, что сделаю ей фотосессию. Если успею, конечно. Вы же вечером уезжаете, насколько я знаю…
– Нет, Маша, вечером уезжаю только я. Вернее, после обеда. Лика останется здесь на столько, на сколько пожелает. – Он улыбнулся уголками губ, глядя Маше прямо в глаза. – Но вы уходите от ответа. Что с Ликой не так? Разве она недостаточно красива?
Маша немного помолчала, прежде чем ответить. Ей совсем не хотелось как-то обидеть или задеть Макса, который так неожиданно хорошо был к ней расположен. Она нервно заправила выбившуюся из косы прядь волос за ухо и осторожно проговорила:
– У вашей Лики, безусловно, красивая внешность. Но это с позиции зрителя. А с позиции фотографа довольно форматная, поэтому не очень интересная. Вот, вкратце как-то так…
– Хотите сказать, что вас, как фотографа, мое лицо без мимических морщин могло бы заинтересовать больше, чем лицо Лики? – уточнил Макс, внимательно слушая ее и пытаясь разобраться.
– Я бы так не сказала, – покачала она головой и виновато улыбнулась. – Как фотографа в вас меня бы заинтересовало скорее не ваше лицо, а ваши руки. Они у вас такие… живые. В отличие от лица, они подвижны, но все движения четкие и отработанные. За вашими руками очень интересно наблюдать. – Они оба посмотрели на руки Макса. Маша с улыбкой, а Макс с удивлением. – А у Лики нет таких частей тела, которые характеризуют ее сущность. Она знает, как нужно улыбаться, как встать для того, чтобы это было красиво. И это красиво. – Маша кивнула. – Только такие фотографии не будут живыми…
Официантка принесла еду и выставила тарелки на стол перед ними.
– Маша, а расскажите мне немного о себе, – попросил Макс. – Чем занимаетесь, где учились, например. Так мне будет легче вспомнить, откуда я вас могу знать.
– Я работаю бухгалтером на фирме у мужа и Тимура.
– Никогда бы не подумал, что вы любите цифры, – сказал Макс, отрезая себе небольшой кусочек сочного мяса. – Вам нравится то, что вы делаете?
Маша тоже принялась за свою еду.
– Ни с цифрами, – сказала она, – ни с бухгалтерией у меня большой любви не сложилось, тут вы правы. Этот роман у меня по расчету. Мне неплохо платят и обучают за счет фирмы. А училась я вместе с ребятами. Только на разных факультетах. Мы с Олей, женой Тимура, на филфаке, на год младше.
– А это вам нравилось? Я имею виду филологию.
– Думаю, что нет… – Она ненадолго задумалась. – У меня нет склонности к углубленному изучению языков.
– Но вы же неплохо знаете английский, как я понял?
– Да, и еще итальянский, но я его хуже знаю. А на филфак я пошла за компанию с Олей. Мы с ней дружили еще со школы и потом пошли вместе в институт. «Факультет невест» оправдал свое название и мы с Олей вышли замуж, когда закончили учебу.
– А теперь работаете за компанию с мужем и Тимуром?