Мандира
Шрифт:
Она видела, как он до боли сжал кулаки, что побелели костяшки пальцев и Геля начала читать про себя молитву. Бабушка со стороны мамы Гели постаралась, чтобы ее внучки знали элементарную «Отче наш».
Мандира не подозревая о бури, вызванная ее именем, схватила со стола фотографию и улыбаясь помахала ею перед Адрианом. Это возымело должным эффектом. Понемногу Адриан стал приходить в себя, но полностью гнев не прошел.
– Мама!
Он взял у дочери фотографию и зачарованно уставился на красивую девушку. Почему, спрашивал он себя. Почему она ушла от него?! Боги наверняка смеются над ним, переворачивая его жизнь вверх тормашками.
– Тебе лучше уйти.
–
Адриан закрыл глаза и сосчитал до двадцати для пущего эффекта.
– Позже Света.
– Когда?
– ПОЗЖЕ!
– Но… - растерянно пролепетала Света, обескураженная его внезапной резкостью.
Он обернулся к ней.
– Ты не хочешь обсуждать при детях свою тайную жизнь? Определенно нет. И не делай такого лица, - он подмигнул ей. – Думала, я ничего не пронюхаю?
– Не ругайся при детях, - бросила она сдавленным от страха голосом. Одно дело насмехаться над ним, совсем другое узнать, что он все знает о ее «тайной жизни». Адриан не из тех мужчин с карими, холодными как лед глазами спускающие измены своей девушки. Она сама давно поняла это, и научилась все утаивать от него. Правда, жажда развода, возымело над здравым смыслом.
Черные брови взлетели вверх.
– С ума сойти! Наверное все же Бог существует, раз ты хоть один раз за свою никчемную жизнь подумала о детях.
Мандира снова взяв фотографию, спрыгнула со стула и побежала к подъездной аллее. Не упуская девочку из вида, Адриан продолжил спорить с женой. Геля с пустыми глазами подошла к машине, наблюдая как ее младшая сестренка весело улыбаясь, словно мир всегда был таким прекрасным и волшебным играла с бабочкой. Открыв дверцу машины, она плюхнулась на заднее сидение и что есть силы, сдерживала слезы. Неужели так будет всегда? Спросила она себя, мрачно посмотрев в сторону ругающейся парочки. Где так глубоко любящие семьи, что привыкла Геля видеть в кино. Да потому что реальность, намного труднее вымышленного сюжета фильма. Здесь нет преданности, любви, радости и уверенности в том, что ты кому-то нужна.
Ну вот. Сколько она не старалась себя сдерживать, предательские слезы заструились по щекам.
Мандира бегая за бабочкой, уронила фотографию. Поднялся сильный ветер, вихрем подогнав фотографию в центр дороги. Улыбаясь Мандира не зная ни о какой опасности, побежала прямо на середину дороги. Родители из-за спора не замечали проказы Мандиры. Геля, пытаясь успокоиться в ожидании сестренки, повернулась к заднему окну, и истошно закричала.
Из угла выскочила легковая машина, несшаяся на полной скорости в сторону Мандиры. Света и Адриан слишком увлеченные спором, не сразу поняли что случилось. Адриан повернулся к машине и увидел, как его старшая дочь что есть силы бежит в сторону дороги, истошно выкрикивая: О Боже! Пытаясь понять, что происходит и полностью игнорируя ругательства жены, Адриану предстала картина полная ужаса. Ноги уже сами несли его, на ходу прося Бога избежать самого страшного.
Ничего не подозревавшая девочка с улыбкой на личике подняла фото и подпрыгивая помахала бегущему отцу, который в свою очередь махая руками, пытался как-то достучаться до дочери.
Известить об опасности.
Время буквально остановилось, все произошло довольно быстро. Раздался сильный удар. Птицы, скрывавшиеся в листьях деревьев, взлетели в небо, под рев боли мужчины, потерявшего свою любимую дочь.
Глава первая
12 декабря, 2010 года.
Кто не отвечает
спасает обоих - и себя и другого.
Так не привычно для меня начинать рассказ, но, кажется если буду молчать, непомерно совершу глупость о которой буду сожалеть много лет. Смахивает на мыльную оперу, не вижу для себя лучшего выражения чувств, поведать все то, что произошло со мной много лет назад. Воспоминания они так приятны, какими бы они не были. Впрочем, не мне ли вам говорить об этом? В каждом из нас есть частица того момента, которого не хочется забывать. Держать в своем сердце глубоко, глубоко, пока не останется в памяти навсегда. Что поделаешь, люблю отходить от основного текста и болтать о всякой ерунде. Недостаток, но как говорит моя сестра – Мандира буддист.
Итак, правильнее начать рассказ с представления моей семьи. С самого начала вы знакомы с моей сестрой Гелианой. Она сестра наполовину, так как у нас разные матери и она старше меня на семь лет. За такой период жизненного пути и познания самой себя (опять философия) Геля успела закончить МГУ (Московский государственный университет) с отличием по специальности журналист и открыть свой магазин по продаже женской и мужской одежды. Что заметьте странно, при ее образовании.
Парней у нее было хоть отбавляй, тем более с такой внешностью – яркой и приметной, она любила разбивать мужские сердца. Маму Гелианы звали Александра, родственница богатой семьи Алиевых, но о них потом. Вернемся к теме: Геля росла неприступным ребенком, всеми силами стараясь не быть для отца обузой и стараться оправдать его ожидания. Что удалось ей с размахом. Любимый цвет – фиолетовый, но при отличном настроении может надеть костюм эмо, называя его никак иначе издевательством Мандиры. Как настоящая индианка или индианка наполовину, я люблю яркие цвета и всякая блеклость навлекает на грусть и склонность к суициду. И даже если это шутка, я горжусь тем, что могу с гордостью говорить, что знаю что такое пенджабская еда.
В юности, а если быть точно лет в семнадцать, Геля встретила одного привлекательного парня. Наблюдая с балкона по ночам на небо, невольно я видела, как они обнимались в саду, весело смеялись так что этот удивительный звук проникал глубоко в сердце. Да она была влюблена. Первая любовь Гелианы Лион наступила в первую стадию к взрослой жизни. Они познакомились на дискотеке, тогда Геля первый раз ушла на танцы – наш отец настоящий пуританин. Так и началось: веселые прогулки, цветы, записки по вечерам, но потом вдруг все изменилось. Не было уже смеха под окнами, не было красивых улыбок или фотографий со счастливыми моментами. Все изменилось. Разгадать тайну я не смогла, несмотря на то, что мы сестры, Геля мало что рассказывала о себе. А в семье кроме отца и ее, никто не вдыхал в меня сознание реальности там за стенами.
Прошел год, Геля поступила в институт и уже через пять лет выпустилась с отличием. Геля всегда мечтала открыть собственное дело, быть независимой от кого либо, и мы (я и папа), ее поддерживали. И вот уже как четыре года я не видела ее. Как все любящие сестры мы переписывались с ней, но мои ответы на то, как прошел тот или иной день начинался всякий раз с одной фразы – была в комнате, смотрела телевизор, читала и… и нет никакого И. Света запретила мне выходить из дома, да и после одного случая я сама себя заперла под ключ.