Мама поневоле
Шрифт:
Меня все еще потряхивало от случившегося на кухне, губы саднило, а тело помнило все его горячие прикосновения. Взаимная переглядка длилась недолго, но напряжение между нами с каждой секундой лишь возрастало. Мы снова были наедине, в спальне, а я все так же сильно желала с ним близости. Такой ли я была сильной, какой считала себя десять минут назад, когда сбежала от него наверх? Может быть наоборот – слишком слабой, забывшей, что от себя и своих желаний не убежать, сколько не прикрывайся маской равнодушия?
– Я напугал тебя? – спросил он, на что я слабо качнула головой, не сводя с него глаз.
– Ты смотришь
– Я... Вам лучше уйти, Глеб. Я не дам согласия на брак, не стану вашей любовницей и...
Мужчина сделал несколько шагов в мою сторону, а когда он приблизился ко мне вплотную, я сжалась, но совсем не от страха. Я не его боялась, а своей реакции на этого мужчину. Подняла свои глаза к его красивому лицу и сглотнула нервный ком.
– Ты, наверное, успела обо мне что-нибудь выяснить и знаешь, что я находился под следствием?
Я покачала головой из стороны в сторону.
– Намекаете, что будете вести себя со мной методами, какими бы действовал Игнат в случае моего отказа?
– Нет, – горько усмехнулся он. Его позабавили мои выводы? Только я ничего смешного не сказала. – Что бы там не выяснила, хочу, чтобы ты знала: я не бью, не насилую и не склоняю к сексу женщин против их воли. Ты сама пришла ко мне. Сама позвонила, сама попросила о помощи. Я помог. Хотя после нашей встречи в кафе дал себе зарок не вмешиваться в твою жизнь и быть сторонним наблюдателем, пока ты сама не попросишь меня о чем-то.
– Это шантаж? Какой вы представляете нашу жизнь? Зачем это необходимо? – я смотрела в его лицо с недоверием.
– Достаточно колоритной, – он сделал еще шаг, протянул руки, сжал ими мои плечи и поднял меня на ноги, вглядываясь потемневшим взглядом в лицо. – Меня влечет к тебе, а это прочный фундамент, поверь мне.
– Стать вашей узаконенной содержанкой?
– Мне больше нравится слово любовницей, потому что жить за чужой счет, исходя из нюансов дела, с которым я ознакомился, когда решил узнать немного больше о матери своей дочери – это не про тебя.
Мужской рот впился в мои губы требовательным и властным поцелуем. Не знаю, были ли у меня шансы противостоять мужчине в этой схватке, но я устала сражаться. Устала быть сильной, устала со всеми воевать. Может быть, если не провоцировать его, то он успокоится, охладеет в своих желаниях и выкинет весь этот бред с браком из головы? А если так сильно переживал за дочь, то пусть приставит к ней охрану...
Руки мужчины крепко обняли меня, и он углубил поцелуй. Я поняла, что не имею столько ресурсов, чтобы сказать ему сейчас «нет». И я вовсе не сильная. Вот ни грамма. И все так же безумно желала с ним секса. Затуманенный мозг плохо соображал, но, кажется, я и не думала сейчас ни о чем, а отдавалась своим чувствам и принимала его настойчивые ласки. Все происходящее между нами точно не походило на склонение к сексу. Это называлось обоюдным желанием.
– Я постараюсь быть нежным... – услышала его шепот, и он опрокинул меня на кровать. Твердые пальцы развязали узел на халате, и мужчина жадным взглядом окинул мое голое тело. На мне ничего не было, кроме простых хлопковых трусиков, которые намокли от желания подчиниться его силе. – Ты ведь тоже вспоминала о той ночи?
Его руки сминали мне грудь, глаза выжигали воронку, а я забыла в эту
– Вспоминала или нет? – нарочито медленно повторил он, давая мне возможность снова его остановить.
– Да… – хрипло прошептала я, мечтая ощутить вес его тела на себе, его твердые и упругие толчки.
Мужские ладони спустились мне на живот, и он аккуратно снял с меня белье, его пальцы тут же нашли чувствительную точку и нажали на нее, массируя мягкими движениями. Я выгнулась ему навстречу и, видимо, точно сошла с ума, собираясь снова заняться сексом с этим человеком.
– Посмотри на меня, – попросил он, лаская мой клитор большим пальцем, распределил влагу по моим складочкам и ввел в меня палец.
Низ живота стянуло в тугой узел, и я была готова раскрошиться в руках этого человека на много маленьких кусочков, не выдержав такого напряжения. Оргазм был таким мощным, что я на мгновения выпала из реальности и зажмурила глаза, сотрясаясь всем телом в мужских руках.
Ощутив его горячую ладонь на своих губах, я услышала тихий шепот, который доносился до меня как будто издалека:
– Тсс… Ты разбудишь детей…
У меня кругом шла голова, и я должна бы была уже прийти в себя после такой сильной эмоциональной встряски, но задрожала еще сильнее, когда Глеб избавился от своей одежды и расположился между моих бедер, а я ощутила его твердую головку у входа.
Длинным и глубоким толчком мужчина оказался внутри, а я выгнулась дугой, закусывая губы, чтобы не стонать и не издавать громких звуков, причиняя себе тем самым боль. Нормально ли испытывать такое сильное влечение и чувства к почти незнакомому человеку? Не знаю... Но сейчас я не хотела об этом думать. Глеб вколачивался в меня и, кажется, забыл о своем обещании быть нежным, но мне это было и не нужно. Мне хотелось большего. Поймав его темп, я подавалась бедрами навстречу, царапала его спину своими короткими ноготками. А когда ощутила новую волну наслаждения, которая затопила меня с головой, вцепилась зубами в его плечо. Я захлёбывалась в этих ярких ощущениях, в калейдоскопе чувств. Это было не похоже ни на что...
Глеб лежал сверху, придавливая весом своего тела, и тяжело дышал мне в висок, обжигая дыханием, а его член пульсировал внутри меня.
– Я не уйду этой ночью… – тихо прошептал он спустя какое-то время, когда я восстановила дыхание, и снова ощутила в себе его глубокие толчки и зарождающееся желание.
Горячие и влажные губы ласкали мою кожу, жалили, залечивали, вытесняли всю ненужную шелуху из моей головы. Довериться мужчине было все еще очень страшно, но позволить ему присутствовать в моей жизни – почему нет? Если он решил напомнить мне, что я все еще в первую очередь женщина, которую необходимо любить, то у него это хорошо получилось. Эта ночь не шла ни в какое сравнение с предыдущей, потому что я ощущала все не сквозь призму принятых препаратов, подмешанных мне в шампанское, а пропускала эти эмоции и желания через себя, даже и не подозревая, что способна на такие сильные чувства.