Малькольм
Шрифт:
Малькольм хотел спросить, что такое современник, но старая страсть к вопросам вдруг покинула его. Он обнаружил, что его больше не заботит, кто есть кто. Слишком многое случилось, слишком много людей приходило и уходило из его жизни. Почувствовав нежданное тепло и давление Мельбиной руки, он механически поднес ее руку к губам и поцеловал.
— У меня была такая долгая короткая жизнь, — сказал Малькольм. Он хотел, чтобы эта реплика была немой, слышной ему одному, но по случайности слова прозвучали
— Я пошла бы за тебя, — сказала она Малькольму.
Малькольм опять сжал ей руку.
— Тебе нельзя опять замуж, Мельба, — предупредил ее Гас. — Подумай о…
— Хватит, Черныш, — прервала его Мельба. А когда Гас попытался что-то сказать, она добавила, — Я СКАЗАЛА!
Гас уставился на свой бокал, и Мельба повторила мягче:
— Черныш был моим первым мужем. Мой Номер первый, — так мы иногда называем его.
— Мне за это не стыдно, — ответил Гас.
— Я так рада, что он тебя нашел, — Мельба опять повернулась к Малькольму и тепло поцеловала его в губы. — Как ты думаешь, ты найдешь со мной свое счастье?
Малькольм вдруг почувствовал уверенность:
— Да, Мельба, да.
— Ну разве это не прекрасно? — Мельба обернулась к Гасу. — Ты опять дуешься? — попеняла она Гасу.
Не дождавшись отклика, она поставила вопрос.
— Ты на мне женишься, Малькольм?
— Все это так быстро, — возразил Гас. — Подожди до вторника.
— Какой к черту вторник? — она опять накинулась на Гаса. — Я забыла про дни недели со времен Фредди и с тех пор, как ты проделал со мной свои грязные судебные махинации… При чем тут вторник? — пожаловалась Мельба с гневными слезами на глазах.
Мельба опять пожала Малькольму руку.
— Ты — первая настоящая находка Гаса, — объяснила Мельба Малькольму. Губы ее еще немного дрожали. — Я тебе правда нравлюсь? — спросила она Малькольма после паузы, во время которой все они покончили с выпивкой.
— Правда, Мельба, — ответил Малькольм, и это была правда. Потеряв Жерара Жерара, мистера Кокса, Кермита и скамью, он был теперь привязан к Мельбе сильнее, чем к любому другому существу, исключая, конечно, отца.
— Правда, Мельба! — внезапно выкрикнул Малькольм и поцеловал девушку в горло.
— У меня еще никогда не было такого быстрого восхищения, быстрого счастья, — начала говорить Мельба, но, перехватив взгляд Гаса, вновь принялась жаловаться. — Ты завидуешь моему счастью, да? Отвечай, завидуешь? Ты завидуешь этому малюсенькому кусочку счастья в моей ничтожной, жестокой жизни…
— Мельба, детка, чего мне завидовать твоему счастью, — ответил Гас. — Но я не хочу, чтобы ты сейчас торопилась к супружеским отношениям. Подумай, сколько раз ты обжигалась. Подумай о судах,
— Он завидует мне, — пояснила Мельба Малькольму.
— Как ты узнал, что он современник? — Мельба подозрительно осведомилась у Гаса, мотнув головой в сторону Малькольма.
— У меня есть тенденции! — Гас был несколько возмущен.
— Я думаю, это была… чудесная случайность, и ты не заслужил ни благодарности, ни награды! — прокричала Мельба, и ее накладные ресницы задрожали от бурного дыхания.
Гас поднес к глазам кулаки и сказал, черт побери, она теперь хочет отобрать его награду.
— Ладно, ладно, — извиняющимся тоном сказала она Гасу, — будет тебе награда. Не надо занудствовать о том, чего все равно не докажешь. Ты нашел этого мальчика, и я буду тебе вечно за это благодарна. Вечно.
Она потрепала Малькольма по руке.
— Черт, мы будем так счастливы, — прошептала она. — Я обо всем позабочусь, — и она подмигнула ему всезнающе.
Малькольм издал звук, напоминающий воркование. Он никогда еще не слышал от себя таких звуков, и поэтому испуганно выпрямился.
— Разве он не прекрасный, а, Черныш? — Мельба привлекла внимание Гаса к Малькольму. — Ты заметил, у него три ямочки, когда он улыбается.
Гас опять издал несколько коротких стонов и начал подносить кулаки к глазам, но опустил их на стол по-мужски, с грохотом.
— Это ты прекрасна, Мельба, — отвечал Малькольм. — Из нас двоих… прекрасная ты!
— С тех пор, как мне стало двенадцать, мне никто такого не говорил. — Она быстро приложила к щеке платок.
Гас закрыл глаза ладонью.
— Если ты хочешь на мне жениться, милый мой, — сказала Мельба Малькольму, — мы можем попросить Гаса объявить о помолвке. Здесь почти все — современники.
— Мельба, Бога побойся! — Гас прокричал ломким фальцетом.
— Говори нормальным баритоном, когда обращаешься ко мне, — процедила Мельба.
— Малькольм, — Мельба опять повернулась к мальчику, — мне нет дела, современник ты или нет. Конечно, я знаю, что Гас наврал мне про тебя. Но я хочу выйти за тебя, если ты хочешь жениться на мне. Меня проняло… как молния… меня пробило.
— Он же МАЛОЛЕТНИЙ! — проорал Гас обычным своим голосом.
— Не слушай его, — сказала Мельба, постукивая по мрамору стола. — Всегда все можно устроить. Чернышу кажется, что надо вести себя осторожнее, хотя по-настоящему он самый смелый мужчина на свете. За шесть недель брака многое можно узнать о мужчине. Но наш с тобой брак, Малькольм, будет долгий-предолгий, славный мой…
Она наклонилась через стол и поцеловала ее долгим поцелуем.
— Дыхание — как свежее сено, — отметила она.