Малера
Шрифт:
– Больно?
– Нет! Пошел в жопу, озабоченный!
Далась ей эта жопа.
Выдирает свои пальцы, но я не отпускаю. Немного неловких движений и мы валимся в гамак. Хорошо, что он широкий. Плохо, что падаю прямо на нее. Лера выгибается, пытаясь выбраться и нечаянно прижимается ко мне грудью. Тесно. Как по моим ощущениям – очень чувственно. Время замедляет свой ход, и я тягуче отсчитываю секунды, которые становятся мега-длинными.
Замираю и осматриваю ее. Прилипаю к лицу и жадно разглядываю. Красивая. Злая. Бешеная.
– Пусти, бегемот!
– Лера! Ты мне глаз подбила. Нужна компенсация. – смотрю на ее рот.
– Сейчас врежу!
– Да за что?
– Ты! Хотел! Тормознуть! Гад! – практически выплевывает свой яд.
Вот оно в чем дело. Довольно ухмыляюсь про себя. Ясно все. Зацепило. Это знак!
– Все. Тормоза спущены.
– Нажаты!
– Не-а! Не угадала. Жму на спусковой, – подрываюсь и целую ее.
Ну не могу удержаться. Впиваюсь как оголодавший. Нежная. Сладкая. Космо-о-о-с-с-с-с. Хочу! Я ее хочу. Так встает, что отрываюсь от Леры и сгибаюсь от нахлынувшей острой, но такой приятной боли. Задыхаюсь.
– Что это? – ерзает она – Что ты в меня им тычешь? – пытается сбросить – Уйди! Слезь с меня!
Мой налитый и очень твердый конец упирается ей в бедро. Прямо во внутреннюю сторону. На грани. Немного повернуться и упрусь прямо туда. И если я это сделаю, то она окажется без трусов сразу. Сорву. И насрать, что родаки в доме. В голове мутится и крутится все калейдоскопом. Все впадинки ее ощущаю остро и слишком сильно это действует.
– Лер, - шепчу сквозь сжатые зубы – Может попробуем? Я не могу больше терпеть.
– Нет! Нет!!! – сопротивляется адски. – Слезай же.
Без вариантов!
Как разорванный пакет сгребаюсь и отодвигаюсь в сторону. Валюсь рядом с ней на спину и закрываю глаза руками, иначе от жести похоти сейчас кровь из глаз польется. С трудом реанимируюсь и пытаюсь вернуться в действительность.
– Фу…- передергивается она. – Положи свой… этот на место. Пусть он ляжет назад!
Возмущенный голос вырывает меня из тумана и опускает с размаха на землю.
– Кого? – не понимаю ее.
– Вот! – тычет пальцем на мой член. – Он стоит!
– Представляешь! Так бывает. Когда пиздец как хочешь! – но все же поправляю, чтобы она перестала орать. Блядь…Не ложится! – Я не могу. Никак пока.
– Убери! – нервно взвизгивает, но самое интересное, взгляд не отводит.
Лера неловко сидит в гамаке. Еще и в сторону пытается отползти. Не получается. Без конца ко мне скатывается. И то, что она все время касается меня своим горячим бедром, провоцирует смертельно. Член не опадает совсем. Я хочу ее потрогать. Ломит все тело, а пальцы особенно. Чтобы не усугубить, опускаю башку между своих ног. Сука… Я бы между ее опустил! Не даст ведь!
Просто бы языком почувствовать ее шелк кожи. Облизать твердые соски, провести рукой по…
– Мот! – тычок в бок очень
Прочухиваюсь и поднимаю голову. Хуже все стало. Намного хуже. Ее футболка задралась немого. И вновь в мозгу всплывает ее голый живот, как тогда на квесте. Со стоном откидываюсь на сетку и закрываю лицо руками. Стону, как умирающий.
Она сводит меня с ума.
– Что тебе, Лерочка? – тру обреченно лицо.
Короче, думаю, что надо подрочить, иначе пиздец. Растерев лицо, поворачиваюсь к ней. Что скажет?
– Давай по-хорошему. Да прикрой ты это! – вздыхаю, но накидываю на торчащий конец мастерку, которая случайно валяется поблизости. – Ты мой друг!
– Я больше не твой друг!
– В смысле? – поднимает брови. – Мы теперь в контрах? А как же вся наша прежняя жизнь?
– Нет, малыш. Мы, как ты выражаешься, не в контрах. Просто теперь я хочу, чтобы ты была моей. И ты будешь. Не ори! – прижимаю ей палец к губам, когда вижу, что она открыла рот для потока возмущений. – Ну не смогу я как раньше. Перемкнуло. Ясно? Короче, я понял. Ты росла только для меня. Ты моя!
Архарова отползает от меня и растерянно смотрит. Глаза в какой-то момент наливаются слезами. Она даже больше не злится. Она в шоке. Да я и сам там же нахожусь. До конца не догоняю, какого хера так вышло. Но я не могу по-другому. Как бы я не старался, все равно возвращаюсь к тому, что она моя. Нет больше ни грамма сомнений. Вообще нет.
Это карма, судьба, стечение обстоятельств. Я хуй знаю что! Но я не могу отдать ее кому-то, особенно этому придурку. Ну что он ей может дать? Да ничего! Он по факту просто гандон и все. А я другое!
– Мот, ты больной? – настороженно спрашивает. – Ты реально считаешь, что у нас что-то выйдет?
– Обязательно!
– Нет, ты все-таки чокнутый. А обо мне ты подумал? Спросил?
– Лер, я все видел, как ты смотрела, – высказываю ей свои догадки. – И поцелуй нечаянный наш тебе понравился. Да? Иначе что засмущалась потом?
Краснеет страшно. Просто помидор перезрелый. Закрывается. Опускает лицо в свои коленки и занавешивается волосами. Молчит, ничего не говорит, но я-то знаю, что прав. Не лез бы тогда, если бы ошибался. Да? Да же! Да!
– Тебе показалось, – доносится глухой голос.
– Ага. Точняк.
Улыбка раздирает мое лицо. Не могу сдержать. Захлестывает от того, что верные догадки. Я знал! Знал же ж!!! Все получится, пусть не сразу.
– Пошел ты, извращенец!
Махом перекидывается через меня и за секунду исчезает. Это что? Что за херня!
Свинтила. Смахнулась как фанера. Да что за нахрен! Ладно. Все равно по-моему будет. Побрыкается пусть немного. На празднике моем помотаю ей нервы. Ревность самое лучшее лекарство для проявления чувств. Воспользуюсь Викой. А Лерка, хер с ним, пусть с Максиком припиливает, а там на месте разберемся. Испорчу один свой день рождения. Их еще много будет.