?Маленькое сердце

Громова Ксения

– Пожалуйста! – выкрикнула в отчаянии я.

– Заткнись… - начал было Никита и схватил меня за плечо, сильно сжимая плоть пальцами. Попыталась вырваться, но Никита, конечно же, был сильнее, и просто скрутил мои руки.

– Мама! Не надо! Мама! – закричала Вика и громко заплакала.

Мои крики, плачь малышки и ругань Никиты – все это смешалось в одну ужасную какофонию. И я просто с ума сходила от этого шума.

– Тихо! – внезапно раздался крик. Михаил повысил голос, но все стихли. Мы невольно замерли и посмотрели на мужчину.

–

Так, - он обратился к Вике, - ты не плачь. Ведь никто тебя не обижает, правда? Полина, ты идешь с нами. А ты… - он повернулся к Никите, - а с тобой еще поговорю отдельно. Ты все же нарушил приказ… Я не разрешал тебе приходить сюда.

– Но ты и не запрещал! – воспротивился Никита, раздраженно вскинул руки.

– Но я и не разрешал, - Михаил угрожающе приподнял брови, - Хочешь еще что-то сказать?

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, и первым сдался Никита.

– Отлично, - поднял руки в знак поражения, - я понял.

И направился на выход, перед этим, правда, бросил на меня злой многообещающий взгляд.

Мы остались втроем.

Я, Вика и Михаил.

А, да. И моя просьба, на которую я так и не получила ответ.

– Вы поможете мне?

– Пошли, - проигнорировал меня мужчина и направился на выход, держа Вику за руку. Малышка послушно засеменила за ним. Я не могла больше позволить быть ему с ней наедине. Кое-как поднявшись со стула, я прижала руки к груди и на дрожащих ногах зашагала за ними. Каждый шаг отдавался болью в спине. Но мне было плевать.

Ради своих детей я должна двигаться дальше.

Первый шаг за порог этой комнаты, и я ослепла. Немного, потому что свет был приглушен. Хватило несколько секунд, чтобы зрение пришло в норму. Все-таки я долго провела в полутьме.

– Идем, - услышала голос Михаила и вскинула голову. Меня держали в подвале, это точно. Ведь как объяснить наличие лестницы, ведущей вверх?

Михаил и Вика уже успели подняться.

– Быстрей. Поторапливайся!

И я ускорилась, прислушиваясь к своим ощущениям. Казалось, что живот перестал болеть. Но мне все равно было страшно. А Михаил так и не ответил… Поможет ли он мне?

Поднималась, держась за перила. Боже, дай сил. Дай сил. Дай сил выжить и спасти моих детей.

А еще я верила, что скоро нас найдет Ваня. По-другому просто быть не могло! Он не мог бросить нас. Просто не мог. Я верила в него, я ждала его.

Михаил вывел нас в длинный темный коридор, стены которого были увешаны картинами. У меня происходил диссонанс в голове. Слишком все культурно выглядело для преступника.

Здесь было много комнаты, но все двери, ведущие в них, были закрыты. Я переживала, что нам придется идти слишком долго, и мой организм не выдержит.

Но, наконец, мужчина остановился возле очередной двери и открыл ее, пропуская нас вперед.

– Прошу.

Всю дорогу я внимательно следила за ним и Викой. Ее ладошка и пальчики были такими хрупкими и маленькими, и я опасалась, что Михаил может причинить ей боль.

–

Вы вызовите мне врача?
– задала еще раз этот же вопрос.

Михаил кивнул, и волна облегчения заполнила меня.

– Но сначала сделаем один ва-а-а-жный звоночек!

Он усадил нас на диван, а сам опустился на журнальный столик, стоящий напротив нас. В его руках быстро оказался черный мобильник, который он протянул мне.

– Без глупостей! – предупредил он, - Будешь говорить только то, что я тебе скажу, поняла?

– Да…

Я уже знала, кому он звонил. Ване. Все это «представление» с похищением было только ради него.

Длинные гудки длинною в мою жизнь.

– Чего тебе, сука? – и родной голос Вани остро резал мои нервы. – Эй?

– Ваня… - прошептала я, а на глаза навернулись слезы. – Ваня, ты слышишь меня?

Тишина. Мне уже начало казаться, что я ошиблась, что Михаил позвонил другому человеку… Но, наконец, он ответил.

– Полина?

– Ваня…

– Полина, ты в порядке? Вика с тобой? Вам не делали больно?

Михаил щелкнул пальцами, привлекая мое внимание. Он постучал по своим губам и стал тихо произносить слова, которые я начала послушно повторять.

– Ваня, он говорит не искать нас… Все равно не найдешь. Нас отпустят только тогда… Когда ты дашь добро на торговлю в твоем районе. Это единственное ус-условие… Пока с нами обращались хорошо. Но это не может продлиться долго… - говорила, словно робот. Михаилу это понравилось, и он кивнул. Вот тогда я и не выдержала.

– Ваня, Ванечка, забери нас! Забери! Мне страшно!

А потом Михаил вырвал у меня телефон.

– Вот мое условие, Костылев! Даю тебе три часа, чтобы дать мне положительный ответ, а иначе…

Договаривать это предложение не было смысла. Все и так было понятно. Если Ваня не даст свое чертово согласие, то нас уже ничто не спасет…

Михаил отключился и посмотрел на меня. Строго. Словно папочка, который разочаровался в своей ненаглядной дочурке.

– Ну, что ж… Ты меня немного огорчила… Но пока твой Ванечка, - на имени моего мужчины он усмехнулся, - ведет себя как послушный мальчик, я не стану наказывать тебя. Я заранее позаботился о тебе! Врач постоянно дежурил здесь. Сейчас тебе помогут.

Я категорически не понимала этого человека. Он не желал мне зла в открытую, предлагал помощь. Но все равно мне было мерзко, неприятно даже смотреть на него. И в то же время этот человек показал мне кое-что. Другую сторону Вани, которая меня пугала. Он явно был как-то связан с преступным миром, иначе бы нас не похищали. Да и про какую торговлю говорил Михаил? Наркотики? Оружие? Все вместе? И это меня пугало. Невероятно пугало. Я думала, что мой Ваня был обычным гражданином. Моя ошибка была в том, что я сразу все не поняла. Ни Ваня, ни Андрей не горели желанием рассказывать, кем работает старший Костылев. Вот именно тогда я должна была насторожиться… А меня в тот момент заботили совершенно другие вещи, к сожалению.